Чувство вины поползло вверх по позвоночнику. Я ненавидела убивать, даже если хорошо умела это делать.
Говорить о Гильдии или о цели, приведшей нас сюда, равносильно измене. Если тебя поймали, ты молча идешь на смерть, как, безусловно, поступлю и я, находясь в руках смертоносного Фейри.
– Мэг, посмотри на меня, – мягко, но твердо сказал Адам.
Я подняла взгляд и встретилась с его нежным взглядом зеленых глаз. Волосы Адама покрылись испариной и прилипли к лицу.
Выражение его лица не выказывало ни страха, ни гнева за убийство, только одобрение.
– Клятва крови, Син. У тебя не было выбора.
– Это хорошая смерть, безболезненная, – я давилась от желчи каждого слова, – Геката, сохрани ее, – я чувствовала жгучие, предательские слезы, вновь подкатившие к глазам. – Эксуссум, Чандра. – произнесла я, вкладывая в слова достаточно силы, опираясь на ограниченный запас, оставшийся теперь, после использования темной магии.
Дым заклубился от тела, лежавшего в нескольких дюймах от моих ног. А затем тело Чандры поглотило пламя, и невыносимый тлетворный запах горящей плоти наполнил воздух.
Я отвела взгляд от утешительного выражения лица Адама к Темному Принцу и увидела, что он все еще наблюдает за мной.
Глубокий взгляд встретился с моим, мимолетно в нём промелькнуло уважение, и благоговение, прежде чем он повернулся, чтобы взглянуть на Адама.
Он помахал рукой, в эффектной демонстрации магии, чтобы исчез пистолет, положил руки на бедра и покачал головой, будто пытаясь собрать воедино, почему я ее убила.
Я закашлялась, задыхаясь от дыма, поднимающегося от тела Чандры. Ты никогда не привыкнешь к запаху горящей плоти, не зависимо от того, сколько раз ощущал этот запах раньше. Дым жег глаза, заставляя литься слёзы.
– Это было... впечатляюще, – сказал Райдер, подойдя к Адаму, который не отводил взгляда от меня.
– Мэг... – прошептал он, вкладывая всю любовь в слова.
– На кого же ты работаешь? – спросил Райдер Адама.
– Отправляйся в ад Фейри, – прорычал тот, все еще смотря на меня.
Райдер поднял руку и от досады зажал пальцами переносицу. Качая головой, он повернулся и посмотрел прямо на меня. Его взгляд прошелся по мне так медленно, что от меня не ускользнули его намерения.
– Освободи ее Ристан, и положи на кровать.
Я подавила волну паники, которая угрожала захватить контроль над моим разумом от одних лишь его слов.
Он фейри. Он мог соблазнить меня и кормиться пока я все не скажу. Он может лишить меня разума и воли своими умелыми пальцами, оставляя от меня лишь оболочку, в которой я когда-то была.
Демон придвинулся, его елейная магия скользнула по моей коже, оставляя бессильной против смертельного прикосновения.
Цепи, которые они использовали, должно быть пропитаны магией, удерживающей от побега. Вместо того чтобы снять цепи с меня, он снял их с крюка, оставляя меня скованной наручниками и удерживая от использования магии крови.
Я выдохнула, принимая судьбу с удивительным спокойствием, которое я не должна чувствовать.
Кровать была больше похожа на смотровой стол, такие можно увидеть в кабинете врача, покрытый простой белой простыней. Как и комната, кровать выглядела холодной и стерильной.
По мне пробежала дрожь, воспоминание о другом изнасиловании, стиснуло виски, желая разрешить страху, запертому внутри меня с тех пор, как я была ребенком, выйти из-под контроля.
Поскольку я медленно и методично двигалась к столу, я оглядывалась в поисках того, что могла использовать, чтобы избавиться от Фейри, но они приняли меры предосторожности и расставили все в недосягаемости от стола.
Адам закричал, но не от боли, а от того, что должно было случиться со мной. Я молила, чтобы у него хватило здравого смысла отвернуться и не смотреть на происходящее.
Быть превращенным в безмозглое порождение секс-трупа не было моим предпочтительным способом умереть... но зато безболезненно.
Когда мы дошли до стола, грубые руки схватили меня сзади и играючи усадили на него, будто я весила не больше десяти фунтов.
Глубокий голос задрожал у мягкой плоти, когда Райдер прошептал у моего уха:
– Последний шанс, Мэг, – его пальцы все еще впивались в мое тело, отказываясь отпустить кожу.
От них, расплавленной лавой, растекался жар, пронизывая до костей, концентрируясь в самой сердцевине. Долбаные Фейри.
– Пошёл ты, – сказала я, пытаясь скрыть, ощущаемый мной, страх.
Я сидела к нему спиной. Ноги наполовину неуклюже свисали с маленького стола. Спина прижата к твердыне его груди, жар от его кожи обволакивал меня, будто я выкачивала это из его пор.
– Я и намереваюсь пойти и к тому времени, когда я закончу, ты не только будешь умолять меня о большем, ты расскажешь мне все, что я захочу.
От дрожи, прошедшей по моей плоти, появились небольшие ручейки пота, которые объединялись в основании шеи.
Я не уверена, сколько времени будет работать заклинание, нанесенное по линии волос, и будет ли оно вообще работать против Темного Принца, но я нуждалась в этом.
Тайтус, местный татуировщик, нанес чернила, когда мне было тринадцать. И каждый год он укреплял заклинание.
Большинство Ведьм, вступившие во взрослую жизнь, наносят чернила, заклинания защиты или блокирующие воспоминания.
Я хранила воспоминания и душевные шрамы. Они напоминали о пережитом, и как близко я была к смерти на протяжении многих лет. То, что нанесено на моей шее, должно гарантировать, что у меня есть шанс против Фейри, в отличие от моей матери несколько лет назад.
– Зафиксируй ее, – приказал Райдер, отходя от меня.
Демон шагнул вперед, мягко толкнув меня вниз, что было удивительно, так как я на грани смерти.
Затраханная Фейри до смерти... жизнь просто продолжает пинать мой зад. У меня перехватило дыхание, когда руки вновь подняли над головой, но на этот раз на всю длину, затем демон присоединил металлическую цепь к крюку в изголовье кровати, а ноги заковал и зафиксировал.
Когда меня достал ублюдочный Принц Фей, я повернула голову к Адаму, по его щекам текли слезы. Я сочувствовала ему, потому что начни я болтать или намекать на то кто мы, я разделю судьбу Чандры от его руки.
– Ты гребанный ублюдок! Используй меня! – взревел Адам, борясь с цепями, удерживающими его. От него исходили сильные волны гнева, смешанные с отчаяньем, – Мэг... Борись с ним, черт подери!
Я грустно улыбнулась. Он знал, что у меня нет ни единого шанса против Темного Принца. Насколько нам известно, он один из самых мощных Фейри. Я не говорила, не могла.
