Читаем без скачивания Топор гуманиста - Александр Тюрин

Сектанты не отпускают, но и не кончают заложников, «оседлав» захваченных банкиров и финансистов, начинают управлять экономикой и вообще богатствами всего мира…

Своими неловкими пальцами я снимаю и отсоединяю интимные детали одежды у Жени, потом вторгаюсь в ее зовущий организм. Программист Миша взывает ко мне, требуя уточнений. Лодыжки разнузданной дамочки у меня на плечах, щекочут мои уши. Но вскоре неловко задета кнопка «escape» и генерация игры прекращается. Женевьев кончает балдеть и, посчитав, что все задания исправно выполнены, отчаливает.

А я еще месяц возился совместно с Мишей и Левой над генерацией игры «Секта Будильников: конец прежней жизни». Другие игрушки тоже требовали трудодней и стулочасов, но «Секта» питалась нашей энергией словно живая.

У товарищей программистов действительно имелось масло в голове. Их система усваивала предложенную мной фабулу и тему, развивала сюжет, вставляла в сценарий точки выбора и альтернативные линии. Система разворачивала диалоги, сцены, создавала завязки, кульминации, развязки. Она знала даже, как генерировать шутки — мне оставалось только просмотреть список и отсеять неудачные; умела построить разговор с женщиной, с торговцем, с полицейским; соображала, как разыграть детективную интригу. Запустив процесс, я фактически действовал как редактор.

Я подал идею, что неплохо бы сектантам еще и установить ядерный мини-реактор на ледник в Гренландии, чтобы после приличного разогрева тот нырнул в море, поднял уровень мирового океана и тем самым устроил бузу в глобальном масштабе. А система сразу раскрутила ситуации с кражей мини-реактора, с обстоятельствами сползания ледника, с цунами и наводнениями. В общем, класс. Система даже придумала, чем сектанты будут оболванивать народ, каким образом станут капать на мозги, то есть сама создавала пропагандную продукцию.

Я с трудом выносил эти сюжеты, они не только противоречили общественной нравственности, но и здравому смыслу. Естественно, я отсеивал девяносто процентов из них, но и те, что оставались, более всего походили на сны. На сны-кошмарики.

Человек раскапывает могилу и видит вместо гроба дверь, открывает ее, а там комната, где сидит его мама и смотрит телевизор.

Клерк входит в кабинет, бьет графином своего шефа, потом осколком стекла срезает кожу с его лица и напяливает ее на себя. Начальник отправляется по частям в унитаз, а подчиненный занимает его место.

Мамаша качает на руках ребенка, который на ее глазах зеленеет и превращается в большую ящерицу. Женщина в отвращении отбрасывает гадину от себя.

На уроке биологии в школе ученики внезапно усыпляют свою учительницу хлороформом, раздевают ее и начинают изучать анатомию и гастрономию, вначале визуально и пальцами, потом с помощью скальпелей, ножей и вилок.

Отмечается чей-то день рождения. Праздничный стол, торты, вино. Гости окружают именинника. Они чуть расступаются и виден аквариум, в котором плавает живой примерно трехмесячный человеческий зародыш.

И все далее в таком же духе, в сопровождении придурочной музыки. Лишь изредка давался безобидный видеоряд вроде охоты анаконды на кролика, или акулы на купальщика, причем глазами зверя-победителя.

Я скинул ВР-шлем и обратился с претензиями к Мише:

— Что это за фигня? Она вся предназначена для поворота мозгов у тех, кто станет играть в нашу игру. Мы что — дали клятву свихнуть максимальное количество народа?

— Я не очень понимаю тебя. Неужели какая-то компьютерная игра может повернуть начинку, например, в твоей черепушке?

— Еще как.

— Значит, у тебя слабая психика.

— Это у меня-то слабая. Да я в Афгане жрал змей и червяков, которых убивал голыми руками. Улавливаешь?

— Значит, у тебя посттравматический синдром. Мы, кстати, дадим по сети предупреждение, что наша игра предназначена для крепких пустоголовых парней…

Ладно, это, конечно, не мои проблемы. Если местные начальники захотят, они сами запретят такую игрушку.

А вот, кстати, за этими играми у меня руки не доходили до изготовления пищи. Только друг боров из кладовки и спасал меня от худой голодной смерти своей бужениной. Разок явилась Женевьев с гамбургерами. Я как раз прокручивал очередную вставку, призванную запутать сюжет.

Прорвавшиеся в небоскреб бойцы группы «Кобра» укрываются в лифтовых шахтах и вентиляционных тоннелях. Начальство давно отказалось от них, списав в категорию «без вести пропавших», и на связь не выходит. И только одна девушка-заложница, дочь крупного финансового воротилы, доставляет им еду и патроны. Но сектанты хватают девицу и приносят в жертву Змею, Владыке Воды («вода» символизирует чувственность и эротику)…

Женя опять не выдерживает своих страстей, укладывается на стол, а потом еще отрывается от него спиной и хватает меня за шею. Это весьма напряженно для моего позвоночника, а ей, гимнастке хреновой, все нипочем. Мне уже, считай, не до секса, боюсь за свой радикулит, пытаюсь как-то закрепиться, уцепив дамочку сомкнутыми в замок руками. В районе ее крестца я нащупываю что-то небольшое, твердое и круглое.

Я под видом любовных деяний переворачиваю Женю на живот, укладываю на стол, «булочками» к себе, а пока довожу мероприятие до разрядки, рассматриваю странный предметец, закрепленный в районе ее крестцовых позвонков. Прямо из тела дамочки торчит небольшой цилиндрик.

Вот так дела, неужели это микрочип? Прямо-таки мистика, вернее, научная фантастика. Я что-то в этом роде придумал для своих сектантов из компьютерной игры.

— Эй, что это, красотка? Да ты не терминатор ли часом?

Она не откликается, похоже, что в обмороке от избытка чувств. Переношу ее на бывшую супружескую кровать.

— Кто и что с тобой сделал, Женя? Я про чип, если не догадываешься.

Наконец она очухалась, как будто подыскав наконец подходящий ответ.

— Я не хотела, Ники, чтобы ты видел. Это несексуальное зрелище. Последствия автокатастрофы. Было повреждение позвоночника и иногда нижним конечностям не хватает иннервации. Микрочип наблюдает за этим делом и когда надо amplify… усиливает нервный импульс.

— Эх ты, бедолага. Но может тебе не стоит с таким энтузиазмом заниматься любовными делишками?

— Я не хочу, Николя, ни в чем обеднять свою жизнь.

— У нас в России такое утверждение обычно относится к посещениям театров и филармоний… А вот я не желаю обеднять свою жизнь по части питательных харчей. Сейчас немного еще повозимся с игрушкой, а потом я все же расслаблюсь и сбацаю ужин из экологически правильных продуктов.

По этому поводу она уже не впала в экстаз. Ее волновало другое.

— Мне кажется, Николя, что «Секта» у тебя действительно получилась.

— А что я до «Секты» сотворил, значит, уже ни в какие ворота не лезет?

Вид у Женевьев неожиданно стал серьезный, такое впечатление создалось, что она думает.

— Ники, ты поди считаешь, что тебе ничего не стоит скропать новую реальность, совершенно unusual, необычную и интересную?

— А разве не так?

— Так, но только с внешней стороны, externally. Уверена, что мы бы имели в этих мирах житие-бытие не интересное, а скучное и паршивое, как и в нашем.

— О, я вижу признаки умничанья. Наконец шикарная западная женщина демонстрирует не только хватательные рефлексы. Честно говоря, я на это даже не рассчитывал.

И «шикарная женщина» стала уверенно наговаривать, как по писанному, что и в нашем, и в напридуманных мирах суть-то одна: человече воюет со смертушкой, как и вереница его предков, вплоть до бедняжки инфузории с туфелькой. Цель одна — уцелеть и размножится. У особо умных товарищей это может иметь несколько извращенный вид — обессмертиться и растиражироваться в виде книги, картины, другого нетленного культурного продукта, или же попасть в history, в память народную, как говорят в России. Но большинство людей предпочитает самый бесхитростный вариант. «Плодитесь и овладевайте землею» — так ведь сказано в Святом Писании, и совершенно правильно. У инфузории это даже получается лучше, потому что она делится каждые полчаса и тем самым бессмертна.

— Значит, попирает она смерть своими жгутиками. Просто завидно. Однако, не умереть — это значит сохранить свое "я". И где же пребывает драгоценное "я" в бесконечно делящейся инфузории?

— Во всей их гуще. "Я" не ограничивается рамками одной особи.

— О, слышу отголоски моей недавней выдумки про Слияние. Хотя не ожидал от шикарной женщины такого потока умных фраз, я просто затоплен.

И опять «шикарная женщина» стала хорошо продуманными фразами объяснять жизнь. Дескать, это не она передирает мой сюжет, а, напротив, я уловил витающую идею. Особь, организм — временный сосуд, temporarily channel для какого-то высшего "Я". Оно может пребывать сразу во многих телах, in many species, а может и нигде. Действительно, КТО-ТО (их немало) живет нами. Они вечно под кайфом, а мы беспрерывно страждем. Им надо почувствовать наше несчастье, наше бздение, нашу смертность, чтобы узнать свое счастье, безмятежность, бессмертие. Одним Высшим больше нравятся наши эмоции, другие специализируются на мыслях, третьи занимаются нашими судьбами.