от пальцев.
Вдоль предплечий шел неровный ряд зазубренных крючьев, у основания облепленных зарубцевавшимися комьями плоти. Готов Паутину поставить, судя по шрамам, от родных локтевых, лучевых, плечевых костей и ключиц не осталось ровным счетом ничего. Титановые протезы? Скорее всего, если не что-то похуже. Каждый палец словно топором разрубили, вставили в два обрубка, торчащих из кисти, по куску заточенного железа и каким-то черномагическим образом срастили все воедино, создав лучшую косплей-версию Фредди Крюгера. Десять-пятнадцать сантиметров ножей-когтей. Солидно.
А потом взгляд одного из паучков споткнулся об заваленный книгами стол и я охуел еще сильнее, хотя казалось бы, куда дальше. После откровений симбиота меня сложно удивить, все же история становления Налла - это серьезная планка, которую сложно сходу перепрыгнуть. И у консервированных голов вампира и оборотня это не получилось. Что такое кровосос и шелудивая псина на фоне Бога Тьмы, Камней Бесконечности и Целестиалов? Ничто. Тут скорее всего сыграл своего рода культурный шок масс-медиа эффекта.
Вдох-выдох.
Как говаривал один чувак за десять минут до своей смерти - "Погнали наши городских!"
Собрался. Снял пистолеты с предохранителей. Пинок в дверь. Повезло, ударил, как в роликах на YouTube бывшие спецназовцы показывали, выломал с первой попытки. Часть замка остается в дверном косяке, дверь с размаху впечатывается в стену. Грохот. Рывком влетаю в коридор, едва не спотыкаясь в спешке об выступ порога. Пауки ведут меня по выстроенному в мозгу маршруту, нельзя терять время, нельзя давать им возможность подготовиться, от колдунов неизвестно чего можно ожидать. Меньше пяти секунд. Я добрался до них меньше, чем за пять секунд, задевая плечами косяки, цепляясь курткой за обои и отчаянно скользя подошвами берцев по ламинату.
Моя туша втискивается в дверной проем, ведущий в спальню. С ходу начинаю стрелять от бедра, расстояние хуета, тут и плевком достану, не смотря на плохое освещение.
Верхний за время моего марш-броска развернуться к двери корпусом, одновременно с попыткой соскочить с кровати, но запутался ногами в одеяле и на момент моего приближения частично распластался на полу. На губах и подбородке белесые потеки спермы. Обнаженное тело нижнего все в поту, стоящий колом член и кубики пресса в смеси слюны и кончи. Упавший выбрасывает в мою сторону руку, одновременно с этим я жму на спусковые крючки. Что-то срывается с его пальцев. Я дернулся в сторону. Боль обожгла голову. Это было... паучье чутье? Невероятно сильное стремление, практически неосознанный рефлекс помноженный на инстинкт выживания, сместиться с линии поражения. Я этого даже осознать не успел. Колдунишка швырнул в меня полумесяц фиолетового пламени, но из-за подобия чутья он не раскроил мне череп, а лишь содрал кусок скальпа.
Боль и гнев сводят судорогами мне предплечья, порождая короткую плеть свинца. Переносица, скула, верхняя челюсть - минус один, во второго разряжаю остаток барабана. Кровь растекается по полу, пропитывает смятые простыни.
Все? Все. Попыток воскрешения они не предпринимают.
Выдыхаю, пряча стволы за пояс. Кровь ручьями заливается за шиворот. Вроде бы огонь должен прижигать раны, не давая им кровоточить, но магический напалм имел другое мнение по этому поводу. Смотрю на себя паучками с разных ракурсов. Могло быть и хуже. Фиолетовый серп аннигилировал ухо, часть плоти, скрывающей скулу, висок, лобную и теменную кость. Сквозь рану можно было увидеть мой череп. С двух рук поливаю голову паутиной. Как показала практика она отличный заменитель полевой медицины, а если я не истеку кровью, то об остальном позаботиться регенерация.
И тем не менее, открытым остается самый животрепещущий вопрос этого дня, секс со своим клоном - это инцест или особо извращенный вид дрочки?
Глава 5. Безумный Павук. Паутина Ярости ч. 5
Я выбрал чистые от биологических выделений участки тел, всаживая туда ножи хелицер. Высосал их досуха. Не поленился и проделал недавно выученный фокус с глазницами и мозгами, не сколько из-за паранойи, что они вернуться и будут мне мстить, а скорее из желания узнать все что только можно, извлечь каждый бит знаний из их плоти.
Они абсолютно идентичны. Реально копии до самой последней клетки.
Но вот в чем проблема - среди них не было оригинала. Их сознание и их плоть отличалась от стандартной человеческой, не было мутного озера эмоций и мыслеобразов из которого я мог зачерпнуть лишь последние несколько минут адского сплава сознания и подсознания. У них была многоступенчатая пирамида, каждый ярус которой - один из тех младенцев в колбе, каждый из них полноценный блок памяти и по сути часть поведенческой матрицы самосознания, которые соединившись воедино образовывали цельную личность, связанную с сознанием остальных клонов в очень ущербном подобии коллективного разума. И я заглянул в него, опутал Паутиной, вогнал хелицеры своего восприятия и познал всю их суть.
Джонатан Натаниэль Галлахер всегда стремился к запретным знаниям. К тому, что могло возвысить его над простыми смертными, тому что могло сделать его лучше, могущественнее, богаче и сильнее. Власть и деньги - да, банально, да, давно уже как приелось, но в мире просто нет более распространенной мотивации для самосовершенствования и проворачивания сомнительных в морально-нравственном плане делишек. Вначале он вел не особо примечательную жизнь мелкого жулика. Домушник, щипач, взломщик и в тяжелые времена уличный грабитель. Но в какой-то момент его переклинило - поймал собой пулю, прошла навылет, но именно в этот момент до мозга Джонатана дошло, что что-то в его жизни происходит определенно не так. Он попытался сколотить вокруг себя небольшую банду, заняться серьезными делами, но крупно погорел, влипнув в долги, из-за которых рванул отсиживаться в Канаду, где обитал его двоюродный брат. Где-то на полпути в обшарпанном кабаке он познакомился с одним интересным человечком. Слово за слово, Галлахер заинтересовался и по итогу вступил в паству зарождающегося культа. Джонатан был крайне пронырливым малым и останавливаться на уровне жалкой шестерки не собирался. Подобострастием и парой подстав
