Вон сколько грязи и крови очистил за свою небольшую “карьеру”.
До конца я дня я работал в поте лица. Словно от этого зависело — дадут мне срок на 100 лет или на 90. Даже Миша подобрел и перестал ворчать, решив, что я так перед ним выслуживаюсь за свой прогул.
Мы закончили смену, избавились от грязной защитной одежды и отправились в участок. Надо было расписаться и забрать вещи из шкафчиков.
Миша гордо шагал объемным пузом вперед и широко улыбался всем знакомым. Кажется, он знал всю полицию Москвы-Сити. Я плелся за ним, словно угрюмая, тощая тень. На моем лице как всегда была черная тканевая маска, а голову закрывал капюшон. Полицейские меня либо не узнавали в маске, либо не знали меня вообще. Кажется, для всех я был просто “мишин напарник” или “тот чудик в маске”.
— Может по пивку? — спросил Миша, пока широко расписывался в журнале.
— Не сегодня. Мне надо заглянуть к начальнику.
— Это еще зачем? — удивился напарник.
— Да там бухгалтерия что-то намудрила с моими бумагами. Надо уточнить.
— Я уж думал — вдруг увольняться решил.
— Почему?
— Ну, ты все-таки молодой. Не думаю, что ты хочешь всю жизнь проторчать здесь, как я.
— Ты тоже еще не старый. И нет — я никуда не собираюсь.
Разве что в тюрьму…
— Тогда ладненько. Ну, бывай!
Миша хлопнул меня по плечу и поспешил убраться прочь. Пока его не припахали с еще какой-нибудь работой. В нашем участке это любят.
Ну а я глубоко вдохнул и поплелся в кабинет.
Меня попросили подождать минут десять. И снять капюшон.
Я устроился на протертом диване и нехотя спустил капюшон. Моя пушистая шевелюра вырвалась наружу. Но маску я все-таки не стал снимать.
Рядом со мной был кофейный аппарат. Рядом с ним всегда крутились полицейские. Вот и в этот раз стояла троица, распивая отвратительный дешевый кофе.
По старой привычке я навострил уши. Благо, слух у меня хороший.
Сегодня мне сказочно везет. Ибо я снова услышал интересную информацию.
— Ты опять про эту серию убийств?
— Все только об этом и говорят. Но мало кто знает, что преступник давно известен.
— Да ладно?!
— Ну, вернее не преступник, а целая группировка. Там все очень серьезно.
— А почему тогда медлят? Надо скрутить подонков.
— Ага, если бы. Ты же знаешь, все давно куплено.
— Что, дали на лапу?
— Конечно. И там, видно, столько нулей, что расследование теперь еще долго будет в тупике.
— Но все-таки столько убийств…
— И столько же денег. Эти ублюдки держат за горло всех. Думаю, там речь не только о деньгах. У всех ведь есть семьи, слабые места. Такие люди способны контролировать целую страну.
— Ты про якудза? Про тот клан или как они там себя называют? Значит, слухи не врут, и они действительно в России?
— Уже давно. Но действовать начали только сейчас.
Я судорожно сглотнул и протер взмокшие ладони об джинсы.
— И что, никакой управы?
— Да как всегда, короче. Они всех купили. И суды в том числе. Будут негласными хозяевами города.
— Хреново…
— Не то слово! И сделать ничего нельзя. Я нанимался ловить таких ублюдков и сажать надолго. А вместо этого опять будем разводить “бурную деятельность”, расследования, а потом объявлять, что это самое расследование зашло в тупик.
— Ладно, тихо. Сержант подходит.
— Я тебе ничего не говорил.
— Само собой.
В этот момент меня окликнули:
— Роман, проходите.
Словно на укол к врачу. Смертельный укол.
Я в панике взглянул на дверь с гордым именем начальника отделения. Я пришел сюда за помощью и защитой, я в самом сердце полиции. Но что теперь делать, когда все куплены? Если я все расскажу, меня тут же сдадут прямо в лапы моих врагов. Еще и награду получат за мою шкурку.
То есть, конечно, сейчас меня заверят, что разберутся, что я под охраной, и все в порядке. Потом посадят в машину и повезут в “безопасное место” или на тайную встречу с прокурором. А в итоге — мешок на голову и в канаву. Или прямо в логово клана.
Перед мысленным взором возникло морщинистое, суровое лицо, обрамленное пышной седой гривой. Глаза скрыты черными стеклами очков. Но даже сквозь них они прожигают все живое. Глава клана, “большой папа”, “биг-босс”. Человек, которого я любил и почитал как отца, а теперь — ненавижу и боюсь.
— Идите, — подбодрила меня девушка в форме, — Я же сказала, вас ждут.
Я схватился дрожащей рукой за ручку двери и заставил себя войти в кабинет.
Глава 5
Типичный кабинет большого начальника. Кожаный диван, огромный стол, награды в золотых рамочках на стенах. А посреди этого великолепия — сам царь. Капитан с очень занятым видом что-то строчил на бумаге. Даже не поднял голову, когда я вошел.
— Здравствуйте! — с трудом выдавил я.
— Здравствуйте, садитесь, — отчеканили мне.
— Есть!
Черт, зачем я сказал это глупое “есть”. Я же не полицейский и не военный. Всего лишь уборщик.
Покраснев до самых корней, я неловко опустился на стул. Тот предательски громко заскрипел, лишь усилив мое волнение. Ну почему вид начальника всегда порождает дополнительный страх? Словно я на экзамене, от которого зависит вся моя жизнь (в Японии реально зависит). Ну когда же я повзрослею!
Прошли несколько мучительных минут в полной тишине. И в тот момент, когда мне уже казалось, будто мы сидим так уже целый час, капитан поднял голову и пристально посмотрел на меня. Кажется, мой растрепанный вид не слишком ему понравился, ибо между его густых бровей сразу образовалась недобрая складка.
— Что вы хотели, молодой человек?
Защиту, спасения своей бесполезной шкурки. А главное — спасение для Мико. А лучше — вернуться в прошлое и сделать так, чтобы моя жизнь никогда не пересекалась с этим проклятым кланом.
— Я…эээ…
— Ну?
Это суровое “ну” заставило меня встряхнуться и быстро ответить:
— Капитан, я пришел просить прибавку.
Ну конечно! Такой простой и понятный предлог. И как я с самого начала об этом не подумал. Гениальная мысль пришла только сейчас, с перепугу.
— Прибавку?
Недобрая складка стала еще глубже.
— Да, я работаю уже больше года. Цены растут, сами понимаете. А зарплата у меня совсем небольшая…
— Прибавку, — мрачно повторил начальник, — Ну что же, посмотрим.
Он для виду покопался в стопке бумаг на столе. Я был почему-то абсолютно уверен, что там просто какие-то рандомные документы.
— Помнится, у вас было несколько прогулов. Ваш напарник вас покрывает время от времени. Да-да, мне все известно. Еще был больничный
