И сразу выругался вслух. Блин. Чуть не убил его… Щит, что ли картонный? Как стрела могла почти полностью пробить его? Зато как он побежал, аж приятно смотреть.
Подождал еще пять минут, чтобы убедиться, что они сидят в своем доме и не выйдут из него. Пару раз кто-то из них пытался высунуться из окна, но мои стрелы заставляли их спрятаться.
Потом вернулся за Петром и мы двинулись дальше.
— Петя, не нервничай, все хорошо, — успокаиваю его из невидимости. — Тебя никто не тронет, я за этим слежу.
— Легко тебе говорить, когда ты невидимый, — бурчит тот.
— Разговорчики, солдат, — попытался спародировать Комбата.
Опасный участок прошли без проблем. Проблемы нарисовались чуть позже, когда по неосторожности Петр зацепил стоящую на тротуаре машину, сработала сигнализация и та завыла на всю улицу.
Пришлось бежать очень быстро.
— Петя, ты мудак, — отдышавшись, сказал ему, когда было относительно безопасно.
— Прошу прощения, — опустил тот глаза.
Увидав стены общаги, я спокойно смог выдохнуть. Наконец-то они в безопасности. Всю дорогу переживал за них, как бы я смотрел в глаза Прапору, если бы с ними что-то случилось.
— У вас здесь так чисто и зомби практически нет, — удивленно сказал он, рассматривая территорию перед общагой.
Ага, чисто… увидел бы он, что творится дальше по улице, куда вояки скидывали гниющие трупы. Там картина явно не для слабонервных.
— А лужи засохшей крови тебя не смущают? — указываю рукой на ближайшую.
Военные молодцы, вокруг все убрали и теперь постоянно патрулировали эту местность. Правда, далеко от общаги не отходили, да и зачем, зомби сами постоянно лезут к нам. Главное, как я уже понял, надо их постоянно зачищать, чтобы опять не собралась большая толпа под стенами общаги.
Кстати, надеюсь, что Петр сделает нормальные баррикады, а может и стену построит, как в Китае. Было бы совсем неплохо. Укрепления, вот одна из причин, почему я пошел за ним.
А вот и охрана направляется к нам. Ах, да, они ведь меня не видят, а только мужчину с ребёнком на руках. Пять человек идут к нам с автоматами наперевес, причем готовые в любой момент открыть огонь на поражение.
Снимаю свою невидимость, а то еще реально пристрелят Петю, тогда Прапор их яйца на кулак намотает.
— Бойцы, отставить, — кричу им. — Будете направлять эти штуки в мою сторону, проведу вам сеанс телепортации.
— Это Варг, — узнали они меня.
— Кто с ним? Нам не докладывали о гостях, — они думают, я буду докладывать?
— Что за телепортация? — светловолосый парень лет двадцати задал вопрос, который я ждал.
— Телепортирую оружие из ваших рук в другое место, — говорю спокойно, улыбаясь.
Вояки хмурятся и делают шаг назад. Шутка не удалась.
— Варг, нам не докладывали, что ты будешь с гостями, — а вот и главный из них. Плохо, что не знаю его имени.
— Боец, я не обязан отчитываться, доложи Комбату, с ним и разберемся, — хмурюсь от того, что теряем время.
Нет никакого желания отчитываться перед ними, пусть идут лесом. Мы проходим мимо расступившихся людей. Они и так уже доложили обо мне, и скоро сюда заявится Комбат, поэтому, зачем мне с ними разговоры тут вести.
— Я смотрю, ты со всеми ведешь себя как засранец — улыбнулся Петр. — Как тебе еще Комбат шею не скрутил?
— Запарится крутить, — с бравадою отвечаю, хотя сам понимаю, что может и скрутить…
До берлоги Прапора не дошли всего метров двадцать, как нам навстречу вышел Комбат.
— Варг, что за подрыв дисциплины и почему на охраняемой территории находятся посторонние? — посмотрел он на меня вопросительно.
— Да ладно тебе, с каких это пор любимая внучка Прапора для тебя стала чужим человеком? — улыбаясь, указываю на девочку на руках у Петра. — Может настучать ему на тебя? Представляю, сколько раз потом он тебе будет это вспоминать…
Комбат улыбнулся, потом до него дошло сказанное, и он перевел свой взгляд на чумазого Петю. Лицо мужчины было перепачкано засохшей кровью, к тому же было очень грязное, вот и не признал сразу.
— Петя? — удивленно переспросил он.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Здравия желаю, товарищ Комбат, — отдал честь Петр.
—Ну, Варг! Ты вновь смог удивить меня, — не веря своим глазам, покачал головой полковник. — А как Прапор удивится. Не буду тогда вас задерживать, но позже обязательно зайду.
Проводив Комбата взглядом, мы пошли к Прапору.
Он, как всегда, был на своем рабочем месте. Увидев меня, он улыбнулся и пригласил войти, а когда за мной появился Петр с внучкой, его лицо начало приобретать разные оттенки, от белого и серого до синего. Я даже испугался, как бы его не угробила такая неожиданная радость.
Но он оказался мужиком крепким и за пару минут снова научился разговаривать.
— Петр… Кто тебя так? — было первое, что он спросил.
Он вихрем рванулся к нему и, забрав внучку, крепко прижал ее к себе.
— Деда… — были ее первые слова, которые она произнесла при мне. Девочка разрыдалась, уткнувшись в его широкую грудь.
Не хочу им мешать, а потому оставив им на столе три серые коробки, закрыл за собой дверь с той стороны.
Глава 4
4 Глава
В квартире было спокойно. Девушки поинтересовались, чем я занимался и как прошел мой день, хотя он не прошел еще. Рассказал им результаты последней вылазки. Потом спросил у них, может что-то принести из города, так как планирую еще раз выйти на охоту. Надо поднимать свои уровни, чувствую, что они уже близко.
А может не и близко. Как оказалось, моя главная ошибка была предложить им принести что-нибудь из города. Твою мать… кто бы мог подумать, что им нужно практически все. Даже Лиза с Аней подключились к составлению списка.
Однако это не так важно. Сегодня планирую прогуляться к одному торговому центру, а там, как помню, было множество маленьких магазинов. Так почему бы не захватить чего-то нужного, если не найду ничего интересного для себя.
— Может, всё-таки пообедаешь? — еще раз спросила меня Полина.
— Не стоит, — не хочу тратить время, — я перехвачу пару бутербродов и пойду.
Зашел на кухню и увидел на плите две кастрюли, литров так на двадцать. В них что-то вкусно булькало.
— Полина, у нас все так плохо? Я что, действительно много ем? — я заметил за собой повышенный аппетит, но не до такой же степени…
Девушка смутилась, но в этот раз не особо. Ясно, снова ее благотворительность.
— Сейчас электричество есть только в двух квартирах во всем доме. Ты не против, если я приготовлю немного еды людям? Там варятся самые простые супчик и кашка, ничего особенного, — она опять виновато посмотрела на меня.
— Я тебе говорил, делай как хочешь, я не против, — взамен получил поцелуй и, черт возьми, мне начинает это нравиться.
— Ты лучший, спасибо — прошептала она мне на ухо.
— А ты сама хоть ешь? — прошелся взглядом по ее фигуре. — Или все людям отдаешь?
— Боишься, что поправлюсь? — она игриво улыбнулась и провела руками по своим изгибам. — Не переживай, я владею магией, за которую девушки готовы душу продать. Я ем и не поправляюсь.
— Хорошая магия, — оцениваю еще раз ее тело. — Но про пищу тоже не забывай, и повторюсь еще раз на всякий случай, не мучай себя голодом ради других, если вдруг придет тебе такая мысль в голову. Просто скажи мне, я дам еще коробок с едой.
Полина тяжело вздыхает…
— Я себя не ущемляю, честно, — тяжело ей думать о таком. — Просто там дети, и они голодают. Это ты у меня молодец. Вот вчера муж подруги принес две коробки домой, а там из нормальной еды только хлеб… Остальное вода, приправы, жвачки и пачка сухарей.
— Так ты можешь им раздать все наше ненужное из кладовки. У нас там целая гора всякой еды собралась за последнее время, которую никто не ест, — вспомнил, как меня в последний раз чуть не засыпала гора чипсов при открытии кладовки. — Только мелкие пускают слюни при виде чипсов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А ты не будешь против? — слегка неуверенно спросила она. Видимо уже думала об этом, только не решалась спросить до сих пор.
