бездна, и я теряю зрение, падая куда-то в темноту.
- 10 Семен -
Это лютая дичь. Пиздец, с которым надо что-то делать.
Такие вот мысли бродят у меня голове, когда стою на кухне и курю в открытое окно.
А ведь бросил же…
С сожалением смотрю на уже третью выкуренную сигарету.
Какого, блядь, хера во мне бродит этот морок? Что за долбаная реакция на вертихвостку, из-за которой я вынужден прозябать в этой дыре?!
Отрава. Не иначе. Наверняка у нее в крови эти ебучие феромоны, от который башку сносит начисто.
А это ее - “Сём”?! Это вообще противозаконно, что мое имя на ее губах звучит покруче ядреного заряда бодрости от медиков, который выдавали нам в спецназе.
Хоть выцарапывай кусок мозга, где хранится это воспоминание.
Смотрю на занимающийся рассвет и гадаю - что делать дальше? Казалось бы, ответ очевиден - пользовать девку в свое удовольствие. Это по ее вине я тут застрял. Так пусть расплачивается!
Вот только… Не нравится мне эта моя реакция на нее. Я, словно наркоман, который пытается бросить, стою здесь и сдерживаю порыв пойти обратно в спальню, лечь рядом с сонной Воронцовой и еще раз взять. Уже без бешенства и злости. Плавно, мягче, растягивая удовольствие на двоих…
Да ебаный ты в рот!
Херачу кулаком в стену, и только боль хоть немного отрезвляет. К чертям эту ведьму.
Не заслужила она человеческого отношения после того, что сделала.
Знал бы тогда, кто ее папаша, не подошел бы ни в жизнь. Как говорится, яблоко от яблони.
Про Алекса Воронцова ходило много всякого. Чувак, когда-то работавший в спецразведке, вроде как ушел на заслуженный покой, решив открый свою охранную фирму. Казалось бы, история не новая, вполне себе шаблонная.
Так да не так. Если не знать, кто у него брат и чем занимается, то по всему выходило, что Алекс Воронцов - стандартный вояка в отставке.
Вот только ворочал дела он весьма непростые, и поговаривали, что Алекс и нечист на руку, и что прикрывает кого попало. И что борзый слишком именно потому, что за его спиной брат в погонах. Ну, и вообще фигура он темная. Но весомая.
Так чего было ждать от наследницы таких генов? Только подставы. Грамотной. Устроенной по всем законам жанра.
Я же ведь потом, когда понял, кто меня обставил, даже не поленился анализы сдать, чтоб понять, чем она опоила меня.
Те, правда, ничего не показали. Но я был уверен - дело нечистое. Ну не могло меня вот так повести на девку, чтобы аж про безопасность забыл, вырубился к чертям.
Но сейчас, прокручивая наш забег в бане, уже начинаю сомневаться в первоначальной версии. Что, если Воронцовой банально повезло, что я, такой недалекий осел, повелся на нее потому что… Да черт знает почему?
Как же грамотно меня развели в тот раз!
Черная злость до сих пор бурлит во мне. Я два года выжидаю, выстраиваю план, который поможет мне отомстить тому, кто и устроил все это.
И тут такой подарочек…. Кто бы отказался?
Вот только на повестке остается важный вопрос - как не провалиться в этот морок и опять не нахлебаться этой отравы под завязку?
Душу очередной порыв вернуться в спальню.
К черту. На хер.
Нельзя. Пусть отпустит немного. Да и времени у меня вагон и много тележек вдогонку. Хоть весь год развлекайся. Вряд ли ее хватятся быстро. Но даже если и так - телефон здесь не ловит. А если и пойдут искать, спрятать в подпол я ее всегда успею - благо о том, что гости заявятся, узнаю я заблаговременно.
Так что времени для того, чтобы отыграться и взять свое, у меня предостаточно.
И это очень греет.
Раз уж она, продажная шкура, решила устроить мне подлянку, будет справедливо проучить ее.
За окном светлеет, а я так и стою у окна, ищу те самые спокойствие и равновесие, что помогали держаться все это время.
Но и это спасительное одиночество нарушено и довольно грубо - слышу тихие шаги. Когда живешь один в лесу, любые звуки начинаешь воспринимать более остро. Дичаешь. Не без этого.
Еще один шаг. Кажется, я даже дыхание ее слышу. Затаилась, словно испуганный зверек.
Ну что ж, я думал дать ей передышку, но если глупый кролик сам бежит навстречу хищнику… Я не виноват.
Оборачиваюсь и встречаю настороженный взгляд Татьяны. Оцениваю ее внешний вид.
- Ты вовремя, - ухмыляюсь, замечая как она бледнеет, но все же старается держаться гордо и независимо.
Это будет долгий и очень насыщенный день, детка. Уж я постараюсь.
- 11 Таня -
Первое, что я понимаю, когда просыпаюсь - я не дома. И не в гостинице. А еще у меня болит все.
Нет, не так. У меня болит ВСЕ!
И особенно между ног…
Жмурюсь, надеясь, что те картинки, всплывающие у меня в памяти, это всего лишь больное воображение. Но чем меньше морока сна остается, тем яснее понимаю - я в полной заднице.
Семена в комнате не оказывается. И это хорошо. Не готова я прямо сейчас с ним видеться. Надо сначала хоть прийти в себя немного и понять, куда делась моя одежда.
Впрочем, куда я вспоминаю почти сразу. А вот как я оказалась в спальне - вопрос. Последнее, что помню - баню, жарко, душно и… горячо. И не потому что Терехов растопил ее. А потому что оттрахал меня так, что я, похоже, словила такой приход, что вырубилась насовсем.
И вот только сейчас проснулась.
Одеться мне не во что - сумка моя, черт знает, где. Сама я голая и в отметинах после контакта, так сказать, с хозяином дома. И раз уж такие дела, решаю, что имею право взять его футболку. Она мне, правда, сойдет за платье, но за неимение лучшего…
Зачем-то прикидываю, как выглядела бы на мне рубашка Терехова. Ну точно, похоже, я уже немного того. Наверное, головой вчера ударилась, когда падала.
В доме поразительная тишина. Для меня, человека привыкшего к шумному мегаполису, это очень непривычно. И если бы не ситуация с Семеном, я бы, пожалуй, даже насладилась такой вот депривацией.
Осторожно прохожу по коридору. Разглядеть и запомнить расположение комнат вчера я, естественно, не успела. Так что теперь двигаюсь наугад.
Правда, мне везет - я почти сразу сворачиваю в нужную сторону и нахожу кухню. Именно там я вижу Терехова. Он стоит ко мне спиной, смотрит в окно. Я даже замираю на несколько мгновений - все-таки красивый мужик. Жаль, что такой подлец и мразь.
Делаю еще шаг, и тут он оборачивается. Медленно, словно знает, что я за ним наблюдаю. На его лице появляется самодовольная ухмылка, а в глазах мгновенно вспыхивает азарт.
- Ты вовремя, - выдает он, а я едва успеваю удержать себя
