пользоваться ногами естественно для нас, а вот управлять транспортным средством, пусть таким несложным, как велик, нет. Ты должен выработать устойчивый приобретённый рефлекс.
В кабинете повисло молчание, слышно было, как тикают солидные механические часы, и потрескивают в камине дрова.
— Это понятно, — наконец ответил я, — Но как? С чего начать? Дар не слушается меня.
— Умеешь пупок морщить? — ухмыльнулся знахарь.
— Что? — не сразу дошло до меня, — Нет. Думаю, нет. Я никогда не пробовал.
— Только тут не пробуй. Мне дорога в этом кабинете каждая вещица, — сказал Лакмус, — Сейчас ещё по одной, и поедем на полигон.
Я отказался продолжать, но Лакмус только ухмыльнулся в ответ и сказал, что это часть процедуры активации. Алкоголь необходим для того, чтобы раскрепоститься и выпустить инстинкты на волю. Мне оставалось только довериться профессионалу. Во дворе «больнички» нас встретила Аня, ждавшая моей выписки на лавочке.
Местное поселение иммунных на стабильном кластере состояло из трёх основных районов. Цитадели — центральной, самой старой и самой укреплённой части этого городка, в которой обитали местные старожилы и основатели Зимнего. Города, как называли районы, укрывшиеся между первым и вторым поясом стен. И Внешнего Кольца, где жили свежаки и неграждане. Несложно догадаться, что все складские зоны и промышленность находились именно во Внешнем.
Дом Знахаря располагался в Городе. Улицы здесь покрывала ровная мостовая. Ливневая канализация хоть и работала исправно, но с большим количеством тающего снега справлялась посредственно. Из-за нескольких десятков «зимних» кластеров в округе, прилетавших в Улей прямиком из Якутии, Камчатки, Магадана, побережья Белого Моря и с Аляски, снег в этом стабе был привычным делом. Однако, на зиму с трескучими морозами это всё равно не тянуло. Скорей на позднюю осень со снегом или ледяным дождём. Несколько угольных котельных справлялись с центральным отоплением Цитадели и Города, во Внешнем же Кольце с этим справлялся каждый, кто во что горазд. Сойдя с крыльца, я наступил своими белоснежными кроссовками в одну из чёрных от угольной сажи луж и выругался, почувствовав, что промочил ногу.
Из-за тяжёлых туч выглянуло солнце или то, что его тут в Улье заменяло. Пахло тающим снегом, сыростью и угольной пылью, но именно сейчас хотелось дышать полной грудью и наслаждаться моментом.
Немного щурясь от яркого света, я пролистал выданные мне санитаром брошюрки. Первая оказалась копией той самой книжечки, давшей нам всем возможность выжить в первые дни в Улье. Сейчас я уже знал всё, что там написано наизусть, но выкидывать не стал, а бережно положил в карман. Вторая книжка была почти точной копией первой, только сообщала о правах, обязанностях и льготах, какие положены в Зимнем всем тем, кто только в него прибыл и является свежаком, как я.
Законы запрещали убийства, воровство и драки, что являлось адекватными требованиями цивилизованного общества. Однако законы стаба разрешали дуэли. Да… Без постапокалиптической жести тут не обошлось. В периметре городских стен разрешались только пистолеты и любое холодное оружие, с обязательным открытым ношением. Никаких скрытых кобур. Всю прочую стрелковку хранить и носить не запрещалось, но только в разряженном состоянии и в зачехлённом виде, или просто в сумке.
— Привет, — подошла Аня ко мне, — Выписали?
— Вроде того, — согласился я, — Давно ждёшь?
— Минут двадцать… Бруська позвонила, сказала, что выписывают тебя, я и пришла, а внутрь не пускают.
— Не пускают, — пояснил Лакмус, — Потому что я запретил.
Я вопросительно посмотрел на знахаря, но киргизка опередила меня.
— Почему⁈ — возмущённо спросила она.
— Потому что в Дом Знахаря запрещено проносить оружие без согласия охраны, а вы, юная барышня, — Лакмус ухмыльнулся и нажал на кнопку брелока сигнализации, — Тайком пронесли пистолет, который сейчас лежит в левом внутреннем кармане куртки Орка.
Фарами моргнул ярко-красный импортный спортивный автомобиль незнакомой мне марки.
— Но тут Улей, кругом мертвяки, — начала возражать Аня, — Я боялась за Орка.
— Похвально, — кивнул Лакмус, — Но это не повод нарушать правила.
Аня возмущённо фыркнула.
— Кринжовые правила…
— Поехали, — бросил мне знахарь, — Нам во Внешнее Кольцо, проскочим минут за пять.
— А вы куда? — заинтересовалась девочка, — Можно мне с вами?
— Мы на полигон, — пояснил Лакмус, падая в водительское кресло, — Можно? Даже не знаю…
— Пожалуйста! — попросила бывшая беспризорница.
— О! — усмехнулся он, — Ты знаешь волшебное слово! Тогда, пожалуй, можно. Если, конечно, Орк не возражает.
— Не возражаю, — кивнул я, — Чур, я на заднем сидении.
— Спасибо! — Аня кинулась мне на шею и с минуту на ней висела, болтая ногами в воздухе.
Мустанг Знахаря обладал очень мощным двигателем, сочетавшимся с невероятно мягким ходом. Если Город был похож на город, машина в котором смотрелась довольно органично, то вот Внешнее Кольцо выглядело не так презентабельно, и ярко-красный автомобиль прохожие провожали взглядами.
Глава 8
Полигон представлял собой железобетонную коробку без крыши, куда нас пустили бесплатно, увидев, что мы с Лакмусом. Оказавшись внутри, он научил меня «морщить пупок». Минут за десять неудачных попыток удалось «договориться» с мицелием, что новая моторика пупка отвечает за Дар.
Показалось даже, что я ощутил резерв своего внутреннего аккумулятора. Целью для «молнии» послужила металлическая бочка.
— Прицелься в неё указательным пальцем, — говорил, со знанием дела, знахарь, — А теперь морщи пупок и стравливай потихоньку…
Из моего указательного пальца с треском ударил одиночный электрический заряд. После того, как я проморгался от яркой вспышки, оказалось, что в воздухе стоит запах озона, бочки на месте нет, а я почувствовал как меня одолевает слабость. Нестерпимо захотелось приложиться к фляге с живуном.
Лакмус загадочно улыбался. Аня прыгала от восторга. Лишь я глуповато моргал, никак не в силах поверить, что всё получилось. Девочка легко сорвалась на бег, помчавшись искать бочку, а мы со знахарем последовали за ней. Бывшая беспризорница разразилась новой порцией восторгов, когда нашла несчастную металлическую тару на двести литров. В толстой стенке была прожжена дыра с кулак.
— Ну вот, — без удивления сказал Лакмус, — На этом мою консультацию можно считать оконченной. Регулярно морщи пупок, стреляй из пальца молнией и не забывай пить регулярно горох.
— Как регулярно? — уточнил я.
— Начни через день. По крайней мере, первый месяц. Грамм по двести пей, — ответил знахарь, — Если почувствуешь, что мало, попробуй каждый день. Если не будет головокружения, болей, тошноты, продолжай пить каждый день, но дневную дозу не увеличивай. Не нужно злоупотреблять биологическими продуктами чужой биохимии, к тому же очищенными от ядов через марлевый фильтр.
— Понял. Спасибо. — поблагодарил я Лакмуса, — А как быть со вторым Даром?
— Он у тебя не проявился ещё… Начни пить раствор гороха, как я сказал. Хорошо бы чёрный или красный жемчуг принять под моим надзором, но откуда его взять? — Лакмус назидательно поднял палец, — Но сам не ешь жемчуг, даже если попадётся. Штуки это дорогие и редкие. Даже свежаки глотают его прямо на кластерах, так сказать, во избежание… Но в твоём случае всё может закончиться усугублением мутации.
Знахарь улыбнулся, подмигнул и ушёл, а я остался на полигоне, смотря вслед франтоватому мужчине в начищенных сапогах. Кто-то меня подёргал за рукав. Обернулся, но никого не увидел. Аня уже переместилась в другую сторону при помощи своего дара аномальной скорости.
— Хочешь, покажу, чему я научилась, пока тебя лечили? — с хитринкой в раскосых глазах спросила девочка.
— Конечно, стрекоза! — ухмыльнулся я, — Давай, показывай!
Мы переместились к мишеням, где Аня достала своего «Носорога» и показала. Я не сразу понял, что я увидел. Глаза отмечали всё, но разум не успевал обрабатывать и осознавать. Бывшая беспризорница поразила три мишени, стоящие довольно далеко одна от другой. Треск револьверных выстрелов слился в сплошную канонаду. Фигура девчушки последовательно появилась в трёх разных местах в общей сложности, преодолев метров шесть-семь. Не веря своим глазам, прогулялся до мешеней. Для пистолета довольно точно получилось. Шесть-десять-семь-восемь.
— Ну как? — спросила девочка, сияя как начищенный пятак.
— Отлично! — похвалил её я, — Сколько ты патронов сожгла, пока научилась?
— Около двух сотен, — похвалилась Аня, — Пару дней тренировалась.
Представил, сколько тут могут стоить патроны, и мне поплохело. Пока девочка отпивалась живуном, я потренировал свой
