и стабильно оставляли себе часть добытого в ходе вылазок добра. У них всегда была лучшая одежда, лучшая еда, они проживали в хороших условиях, обставляя свои квартирки добытой снаружи мебелью. Насколько понял Павел, попасть в поисковую группу мечтали многие, но удавалось это единицам. Кого-то забраковывали еще на подступах, с первого взгляда определив неподходящую кандидатуру, кто-то проваливал различные испытания, которым подвергали претендентов.
Павел решил, что выбиться в поисковики было бы для него наилучшим вариантом. Ему казалось, что он вполне подходит на эту роль. Он был молод, относительно здоров, имел богатый опыт выживания во внешнем мире и не испытывал суеверного страха перед мертвецами. Если он не годится в поисковики, то кого же туда набирают? Не все же там сплошь бывшие спецназовцы и прочие сверхлюди.
Но прежде чем проситься в поисковую группу, следовало осмотреться и обжиться, изучить здешние порядки и нравы. Павел решил не гнать коней. Для начала следовало покинуть лазарет, а уж дальше будет видно, что да как. Возможно, найдутся добрые люди, что возьмут его под крыло или хотя бы помогут дельным советом.
На пятый день он уже чувствовал себя полностью здоровым. Вначале лежать на койке и бездельничать было даже приятно, но это занятие ему вскоре наскучило. А потому, когда доктор осмотрел его, и справился о самочувствии, Павел заверил его, что полностью поправился и готов к выписке.
Впервые с момента прибытия в Цитадель он покинул стены лазарета. Когда шагнул за порог, то едва тотчас же не бросился обратно — его дико напугал шум и гомон множества голосов. Повсюду были люди. Много-много людей. Павел основательно отвык наблюдать вокруг себя толпу.
Затем, осмелев, он осторожно выбрался из лазарета. Задрав голову, Павел изумленно разглядывал крепостную стену, опоясывающую городок по всему периметру. Она была воистину огромной. Сложенная из бетонных блоков стена выглядела несокрушимой. Никаким мертвецам, сколь бы много их ни навалились, не под силу было ни обрушить ее, ни преодолеть поверху. Стену усиливали часто стоящие цилиндрические башни, каждая из которых сама была будто отдельная крепость.
— Господи! — простонал Павел невольно. — Да как же они все это построили?
— Жить захочешь, и не такое построишь, — услышал он рядом с собой насмешливый голос.
К нему приблизился высокий молодой мужчина с красивым мужественным лицом.
— Андрей, — представился он, протягивая Павлу руку. Тот поспешно пожал ее и назвал свое имя.
— Ну, идем, — сказал Андрей. — Покажу, где ты будешь жить, а заодно объясню, что к чему. Ты как, здоров? Работать можешь?
— Да, — ответил Павел, идя рядом со своим провожатым.
Цитадель была плотно застроена жилыми домами и складами. Те располагались ровными линиями, между которыми пролегли довольно широкие улицы. Но крыши даже самых высоких зданий не доставали до края крепостной стены.
Людей в Цитадели было много, и все они были охвачены бурной деятельностью: что-то таскали, грузили, строили. Повсюду пахло едой, будто ее готовили в каждом доме. А еще на каждом шагу играла музыка, льющаяся из многочисленных динамиков. Централизованного электроснабжения в Цитадели не было, но люди находили способы подзарядить аккумуляторы электронных устройств. Почти на каждой крыше чернели прямоугольники солнечных батарей, а в одном месте Павел увидел генератор, провода от которого тянулись в удивительный дом, обшитый снаружи паркетом. Вообще архитектура строений была самой разной, и походило на то, что каждый украшал собственное жилище в меру возможностей и фантазии.
Неподалеку от главных ворот, вплотную прилепившись к крепостной стене, выстроились в ряд три двухэтажных кирпичных строения с множеством небольших окон. Это многоквартирное жилье явно не относилось к разряду элитной недвижимости, но Павел и не рассчитывал, что ему с первых минут выдадут в пользование царские палаты. Его устраивало уже и то, что не придется спать под открытым небом, к чему за минувший год с лишним он успел привыкнуть. Привыкнуть-то привык, но удовольствия от спартанских условий бытия получать все же не научился.
Здание внутри было разделено перегородками на крошечные комнаты, в которых только и помещалось, что две узкие койки, да очень узкая тумба между ними. Несмотря на микроскопический размер, комнаты были чистые и вполне пригодные для того, чтобы коротать в них ночи. Днями же, как понял Павел, сидеть в четырех стенах в любом случае не придется.
Андрей провел его по пустому узкому коридору мимо ряда дверей, и завел в одну из комнат. Там, как и везде, оказался стандартный набор мебели — две койки и тумба. Одна койка была застелена, сверху на ней валялась слегка битая жизнью кожаная куртка. На тумбе стояла алюминиевая кружка и железная чашка, в которой покоились ложка, вилка и нож. Рядом высилась пластиковая бутылка, наполненная некой прозрачной жидкостью, предположительно водой. На второй койке раскинулся голый, тощий, как блин, матрац.
— Вот, поживешь пока здесь, — сообщил Андрей, указав ему на свободное ложе. — Мы в эти общаги селим всех новичков. А дальше все зависит от того, как у тебя пойдут дела.
— А как они могут пойти? — осторожно спросил Павел.
Андрей сложил руки на груди и взглянул на собеседника.
— Пойти они могут по-разному, — ответил он серьезным тоном. — Тут все в твоих руках. Можешь через два-три месяца в люди выбиться, а можешь и через год оставаться все здесь же. Как себя проявишь, так и будет. У нас тут никаких социальных программ не предусмотрено. Все в твоих руках. Как любит говаривать князь — конкретный пацан сам на поверхность всплывет, а лоху и на дне хорошо.
— Понимаю, — сказал Павел. Что-то в этом духе он и ожидал услышать.
— Ну, вот и хорошо, — кивнул Андрей, и улыбнулся. — Свой люкс запомнил? Идем, выдадим тебе одежду, ну и всякую мелочевку. Тебя в лазарете в эти тряпки нарядили?
Павел посмотрел на свою одежду. Это был старый, застиранный до белизны, камуфляж, и кеды на три размера больше, сшитые на какого-то великана-топтуна. Иного наряда у медиков не нашлось, а его собственная одежда, грязная и выпачканная фекалиями, отправилась на помойку.
— Что дали, и на том спасибо, — ответил Павел.
— Да брось, — фыркнул Андрей. — Уж чего-чего, а тряпья у нас выше крыши. Все склады им забиты. Пойдем, подберем тебе приличные шмотки, а то ты в этом наряде на бомжа похож.
Остаток дня Павел потратил на ознакомительную экскурсию. Как и сказал Андрей, недостатка в одежде Цитадель не ощущала, и после посещения склада Павел стал похож на нормального человека. Помимо одежды и обуви ему выдали набор железной посуды, зубную щетку, тюбик пасты и три куска мыла. Так же он
