— И… сглотнул Спэгг, дрожа всем телом, — я…
— By, ты первый, — сказал Солдат.
Но тут вперед выскочил молодой воин и кинулся на Солдата, размахивая дубинкой. Солдат увернулся от удара, нацеленного ему в голову, и рубанул дубинку у рукояти. Оружие развалилось на две части. Молодой воин ошалело созерцал обрубок, зажатый у него в пальцах. А вслед за этим он осознал, что острие меча Солдата приставлено к его горлу. Юнец завыл песню смерти, ожидая неминуемого конца, но Солдат удержал руку.
— Мы пришли не для битвы, а чтобы отыскать меч. Я не хочу смертей. Хотя я убью, если меня к тому вынудят.
Крупный псоглавец, окруженный большой свитой, что-то пролаял в сторону By. Несомненно, это была шишка среди людей-собак — если не сам король. Казалось, By пытается возражать. Лай короля собак сделался громче и настойчивее. На миг искатель мечей опустил голову, а затем поднял взгляд. Ему отдали приказ.
By кивнул Солдату:
— Нет смертей. Ты очень умный человек, что вызвал на поединок, пока мы не нападать скопом. Очень умно. Если бы мы навалились на тебя разом, ты бы умер быстро. Но мы видеть, как ты сражался один на один, и знать, что ты плохой человек внутри. Очень плохой. Я думать, ты убил многих воинов в поединке. Да, в конце концов, ты умрешь, но только после многих из нас. Как ты узнать, что мы скажем «да» на поединок? Очень умно. Я поищу для тебя. Потом ты уедешь, мы пойдем за тобой, поймаем тебя у границы и зарежем. By надеется, что тебя разорвут на куски.
— Большое спасибо.
Солдат, Голгат и Спэгг разбили лагерь у ручья, подальше от логовищ и земляных жилищ псоглавцев. Первым делом Голгат прошелся по берегу ручья, собрал ароматические травы и разбросал их вокруг лагеря. Он желал перебить вонь влажной шерсти, которая доводила до безумия всех троих — даже Спэгга, хотя он и сам не особенно благоухал. Хорошо еще, что спутники расположились с наветренной стороны от людей-собак, но стоило ветру перемениться, и удушающий «аромат» псины становился невыносимым.
В первую ночь они распределили караулы: Спэгг стоял первую стражу, Голгат — вторую, а Солдат был последним часовым маленького лагеря. В поселении до восхода горели сторожевые огни; свет отражался от низких облаков и затмевал звезды.
Люди— звери нисколько не интересовались тем, что происходит у них над головами. Как и большинство животных, они были прожорливы и в те моменты, когда не ели, охотились или собирали еду. Одно-единственное нервное взлаивание, раздавшееся в ночи, могло породить целый хор, зачастую перераставший в многоголосый вой. Тогда стражник обходил земляные жилища и колотил в двери палкой, чтобы восстановить тишину.
Может, всему виной собачья натура, думал Солдат. Трудно жить, когда ты наполовину человек, а наполовину — зверь…
Лишь занялся серый рассвет, и Солдат решил пройтись, чтобы размять затекшие ноги. Окружающий пейзаж был скуден и жалок. Жесткая земля поросла колючим терновником и низким кустарником. У зверолюдей были самые бедные почвы в этой части света. Здесь не росли зерновые, а из дичи встречались лишь птицы да кролики. Подобные суровые условия могли породить только диких, агрессивных существ, какими и были люди-псы. Набеги и грабежи — вот их единственный способ добывать себе пропитание.
Внезапно в голову Солдату пришла новая мысль, и он резко остановился на полушаге. Безумная идея, что и говорить, но он отчаянно желал проникнуть за стены Зэмерканда. Солдат решил огласить свой план Голгату и посоветоваться с ним.
Пока Солдат размышлял, ему на глаза попалась змея, схватившаяся с цаплей. Спустя несколько секунд он осознал, что змея попала в беду: цапля намеревалась съесть ее. Солдат ринулся вперед; напуганная птица отпустила добычу и взмыла в воздух. Змея заструилась прочь, поднимая пыль, пока не добралась до большого камня. Солдат и сам не мог понять, отчего он кинулся на подмогу. Это было сугубо рефлекторное движение, но, разумеется, змея оценила его. Она проговорила:
— Я любимица богини Кист, и за мое спасение ты получишь награду. Она такова: ты можешь отдать по одному приказу насекомым, птицам и рептилиям. Используй их мудро, воин. — С этими словами тварь исчезла под камнем.
— Вот так-то, — весело сказал Солдат сам себе. — Пошел прогуляться и вернулся с наградой.
Он понятия не имел, когда и как станет использовать эти приказы, однако был уверен, что рано или поздно награда ему пригодится.
Вернувшись в лагерь, Солдат обнаружил, что его поджидает ворон.
— А, вот и ты. Я уж подумал, что воины-псы приготовили из тебя рагу.
— Да нет, все в порядке. Спасибо за заботу.
— Лиловая цапля сказала мне, что ты спер ее завтрак. Это плохо. Не стоит наживать врагов среди нас, птиц. Мы правим воздухом. Теперь каждая птица — отсюда и до Лазурного моря — попытается обгадить тебя.
Солдат проигнорировал угрозу.
— Лучше скажи, как поживает моя жена? Много ли от тебя пользы, если ты не приносишь мне вестей из дома?
— С Лайаной все в порядке. Кафф заходил ее навестить.
— Ты всегда так говоришь, стоит мне уехать.
— Такова правда. Кафф пришел, намереваясь соблазнить принцессу Лайану, однако она дала ему от ворот поворот.
Солдат помрачнел.
— Почему никто его не пристукнул?
— Флаг перемирия и все такое…
— К черту флаг перемирия! Я бы зарубил его на месте.
— Именно поэтому он и дождался, пока ты уедешь, прежде чем высунуть нос из-за стен. Он говорит, что получит твою голову на блюде еще до конца года. Гумбольд, само собой, с ним не пошел — он слишком занят казнями гутрумцев. Если этот старый хрен продолжит в том же духе, то скоро в городе вообще никого не останется.
— Мы должны попасть в Зэмерканд, — пробурчал Солдат. — И непременно попадем, помяните мое слово. — Он подошел и слегка пнул Спэгга, чтобы разбудить его.
— А-а? — вскрикнул Спэгг, перекатываясь на спину. — Что стряслось?
— Пора готовить завтрак. Скоро придет By.
Голгат зашевелился и сел. Его взгляд упал на ворона.
— Эта чертова птица опять здесь?
— Да, спасибо за заботу, — отозвался ворон, передразнивая Солдата. — А ты как поживаешь, обалдуй?
— В один прекрасный день я ощиплю тебя живьем, пташка.
Голгат встал и пошел к ручью умываться. Когда Спэгг поднялся вверх по ручью, намереваясь справить нужду в ту же самую воду, протестующий рев Голгата едва не опрокинул его. Спэгг вернулся смущенный.
— Куда ж еще человек может сделать свое дело, — проворчал он, — если не в ручей?
— Если тебе надо облегчится, спустись ниже по течению, — сказал Солдат. — Но почему именно в ручей?
— Вообще-то нормально делать это в текущую воду.
Ворон сказал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
