10 лет, а детей – в детдом.
Филипп Тюрин
Меркантильными соображениями руководствовался и маньяк Филипп Петрович Тюрин, промышлявший в послевоенном Ленинграде. Он работал извозчиком при заводе «Большевик», а в свободное от работы время убивал людей, присваивая их вещи. Тогда многие приходили на рынок, стараясь обменять вещи на еду. И порой это были довольно ценные вещи – по меркам 1946 года.
Тюрин прогуливался по сравнительно небольшим Смоленскому и Предтеченскому рынкам и высматривал тех, у кого были вещи получше или какие-то ценные предметы, к примеру – патефон. Он предлагал им обменять вещи на картошку. Люди радостно шли вслед за Тюриным, навстречу своей смерти. Ему было все равно, кого убивать. Не пожалел он даже молодую пару, готовившуюся к свадьбе: они хотели выменять продуктов для праздничного стола.
В милицию поступали заявления об исчезновении людей. Порасспросив продавцов на рынках, милиционеры установили: все пропавшие беседовали с мужчиной лет сорока. Сыщики прочесывали окрестности рынков – безрезультатно.
Тела своих жертв Тюрин обычно топил в затоне реки Невы неподалеку от своего дома в районе под названием Уткина Заводь. Чтобы тела не всплывали, Тюрин привязывал к ним куски железнодорожных рельсов. Дно водоема было настолько илистым, что потом обнаружить тела не смогли даже аквалангисты.
Со временем Тюрин разленился и принялся прятать тела прямо на территории завода – в пожарном пруду и в заброшенном дзоте – заглубленной в землю огневой точке, оставшейся со времен войны. В начале 1947 года завод закрылся и туда наведались сборщики металлолома. Они и обнаружили раздетые и связанные тела с проломленными черепами. Когда обыскали дно невского затона рядом с заводом – нашли еще тела.
И хотя Тюрин к тому времени уже с завода уволился, его заподозрили сразу: уезжая, он увез с собой 11 чемоданов, набитых вещами. Кроме того, описание внешности Тюрина совпадало с описаниями того сорокалетнего мужчины, с которым пропавшие разговаривали на рынках. А в его комнате нашли таз с человеческой кровью.
Милиционеры отправились за подозреваемым в его деревню.
Тюрина арестовали. В его доме обнаружилось много вещей, значившихся в протоколах о пропаже людей. Среди всего прочего нашлись восемь наручных часов и три патефона. Тюрин не пользовался ими, не пытался реализовать, просто складывал и хранил.
Изобличенный Тюрин стал давать показания. Он рассказывал, что приводил жертв в полуподвальное помещение и там, на лестнице, убивал сильным ударом по голове. Так он говорил на следствии. Но улики показывали на иное: на полу не было найдено следов крови. Не было крови и на одежде жертв, хранившейся у Тюрина. Значит, он приказывал своим жертвам раздеваться, чтобы не испачкать одежду кровью, связывал их, женщин, возможно, насиловал. А убийства совершал где-то вне барака.
Тюрин сообщил, что начал убивать еще весной 1945-го, что всего убил 29 человек. Но обвинили его всего в 14 убийствах – по числу найденных тел, однако и этого хватило, чтобы назначить высшую меру наказания.
Криминология – 1966
После войны многое изменилось, в том числе и в области криминологии и криминалистики. В конце 1945 года приказом НКВД СССР был образован Научно-исследовательский институт криминалистики, на который были возложены задачи по внедрению научно-технических средств в деятельность милиции, разработке новых и совершенствованию имеющихся методов и средств обнаружения и исследования вещественных доказательств, осуществлению повторных и наиболее сложных экспертиз для органов внутренних дел.
Советские специалисты познакомились с зарубежными теориями на этот счет, а в 1957 году в СССР на русском языке вышла книга С. Свенссона и О. Венделя «Раскрытие преступлений», ставшая культовой.
Но противодействие проникновению всего нового было очень сильно. Партийные чиновники предпочитали придерживаться старой идеологии: мол, еще немного и преступность сойдет на нет… Среди криминалистов бытует легенда, что во время одной из реорганизаций очередной министр приказал уничтожить толстые архивные тома с бесценными материалами о маньяках и рецидивистах, посчитав их хламом. А ведь именно на этом материале учились молодые сыщики, молодые криминологи… Но партийные бонзы, по всей видимости, полагали, что учиться им незачем, они продолжали твердить: преступность как чуждое нашему обществу явление должна исчезнуть сама собой. На одном из пленумов Никита Сергеевич Хрущев даже объявил дату, тогда будет пойман последний жулик.
И все же именно в хрущевское время, в 1966 году, вышел первый советский учебник по криминологии. Произошло это во многом по инициативе выдающегося советского ученого-правоведа Алексея Адольфовича Герцензона.
Конечно, с современной точки зрения учебник этот был до предела идеологизирован и в чем-то даже не помогал раскрывать преступления, а, напротив, вводил в заблуждение. «Неблагоприятные условия формирования личности – основная причина возникновения антиобщественной установки в сознании того или иного лица», – заявляли авторы учебника. Они объявляли всю преступность исключительно социальным явлением, считая поиск «психологических причин» тех или иных преступлений вредным занятием. Ну а далее следовала типичная казуистика: 80 % убийств, согласно статистике, были непредумышленными, совершенными на почве опьянения, а другие 20 % – «сопровождавшихся хитроумными инсценировками» – объявлялись «представляющими интерес скорее для криминалистов, нежели для криминологов, поскольку их раскрытие сопряжено с большими трудностями».
Так, может быть, и не было в те годы маньяков? В 1920-е и 1930-е годы немотивированные убийства могли совершать люди, чья юность пришлась еще на царские времена. А к 1960-м годам должно было вырасти новое поколение, воспитанное советской школой… Может быть, оно стало совсем другим? Да, конечно, другим. Но нелюди, выродки встречаются даже в самые прекрасные времена. И 1960-е годы в этом отношении ничем не отличались от прочих.
Валерий Девятьяров
Девятьяров Валерий Прокопьевич родился в 1944 году в Якутии. Окончил 7 классов. Страдал заиканием: в пятилетнем возрасте его напугала собака. Он много занимался спортом и был силен физически, но с девушками знакомиться боялся. «Все эти преступления я совершал в основном из-за того, что имел обиду на девушек за то, что они меня раньше обижали, некоторые не хотели со мной знакомиться, потому что я заикался. Другие девушки меня передразнивали как заику», – объяснял он потом следователю.
Служил Валерий в десантных войсках, где и научился приему «бесшумного снятия часовых».
После армии «отличился» – напал на девушку. Чтобы избежать уголовного преследования, мать решила отправить его в другой город. Так Валерий Девятьяров оказался в Алма-Ате и устроился работать сварщиком в «Казстроймонтаж». При этом он не оставил своего страшного «хобби»: в милицию Алма-Аты одно за другим стали поступать заявления об изнасилованиях. Только в сентябре было зарегистрировано семь эпизодов, в октябре – пять, в ноябре – шесть.
