по наитию сложилось у меня в голове. Признаться, я не сомневался в том, что непременно добьюсь успеха. Хотя моя уверенность и была основана лишь на узорах, ведь изменения на плетениях так и остались непроверенными.
Теперь нужно восполнить растраченный заряд моего амулета. После чего попробовать осуществить задуманное. В прошлые разы проблем с этим не возникло. После происшествия с Седовым я обратился к нескольким дворянам типа того же спившегося Виталия Николаевича, которые за отдельную плату в несколько дней напитали бриллиант до краёв. Потери во время схватки с убийцами на Московском тракте в одночасье закрыл князь Долгоруков. И в этот раз я решил попробовать пойти тем же путём, чтобы уже этой ночью проверить свои выводы…
— Здравствуйте, Мария Ивановна, — поднявшись с полумягкого диванчика в гостиной, приветствовал я великую княжну.
— Здравствуй, Пётр. Что-то случилось? — поинтересовалась она, уже не делая замечаний по поводу дружбы и не требуя обращаться к ней на «ты».
— Я к вам с просьбой. Не могли бы вы помочь заполнить мой амулет, — извлёк я свой «Панцирь».
Нет, ну а что такого. Она же при каждом удобном случае позиционирует себя моим другом, так отчего бы этим и не воспользоваться. Всё равно ведь не отстанет, да и для окружающих, в том числе и врагов, я её ближник со всеми вытекающими, и охотятся на меня по этой же причине. Я, конечно, в Воронеж прискакал один, но причина тут вовсе не в том, что расслабился, а в секретности.
— Ого! — увидев практически полностью разряженный амулет, удивилась она и тут же всполошилась. — Ты в порядке?
— В полном, — заверил её я.
— Это что же такое с тобой стряслось, что ты разрядил «Панцирь» в хлам? Где произошло нападение? Сколько их было? Ушли или там и легли? Я немедленно отправлю…
— Спокойствие, Мария Ивановна. Только спокойствие. Дышите глубоко. Ничего страшного не случилось, — перебил я всполошившуюся великую княжну.
— Ты не понимаешь, Пётр, батюшка и матушка убыли в Москву, а в их отсутствие я единственная представительница старшей ветви рода и имею все полномочия…
— Ваше высочество, не случилось ничего такого, с чем бы я не мог справиться. И вообще, дайте сюда. Времени это займёт больше, но как-нибудь обойдусь сам, — протянул я руку к амулету.
— Я не сказала, что не готова помочь. Напротив, хочу… — убирая руку и слегка отворачиваясь, возразила она.
— Не стоит меня опекать, Мария Ивановна. Я и сам могу позаботиться о себе, и не только, — перебил её я.
— Намекаете на двойное моё спасение?
— Не намекаю, а говорю прямо. Памятуя и о вызволении Лизы и боярышни Столбовой, — и не подумал я скромничать.
— Фи таким быть, Ярцев, — фыркнула она.
Резко обернулась, слегка взметнув юбки, являя взору аккуратные туфельки на симпатичном каблучке, и направилась на выход из гостиной. Вот так взглянешь со стороны и можно считать, что аудиенция закончена. Однако амулет она унесла с собой, а вскоре после её ухода появилась служанка с кофейником и рассыпчатым печеньем. Помнит Долгорукова о двух моих слабостях — кофе и сладком.
Не успел я приговорить чашку, как появилась Мария и, присев за чайным столиком напротив меня, выложила на стол мой амулет. Я взял его и убедился в том, что он заполнен до краёв. Судя по достаточно длительному её отсутствию, она не воспользовалась для его заполнения другими камнями, а попросила об услуге дворян, находившихся в усадьбе.
Никто из князей и бояр не станет делать ставку только на боевых холопов, поэтому в усадьбе или во дворце непременно присутствуют одарённые. С чем я лично был полностью согласен. Единственно на месте родовитого дворянства я всё же не стал бы экономить на защите своих вассалов, разумеется, при наличии такой возможности.
— Благодарю, Мария Ивановна, я ваш должник.
— Мария, — устало вздохнула она.
— Опять за рыбу деньги, — покачал я головой.
— Ты неисправим. Ну да, и мне терпения не занимать. Но про то, что должник, это ты зря сказал, — поёрзав немного и потянувшись к кофейнику, задорно произнесла она.
— Я вам дважды жизнь спас, — напомнил я, поспешно отрабатывая назад.
— Это другое, — беззаботно отмахнулась она.
— И чем же я могу быть полезным вашему высочеству?
— Во-первых, я хочу приобрести себе такие же двуствольные пистолеты и карабин, как и у тебя, — сделав глоток кофе, загнула она пальчик и тут же спохватилась. — Ты не подумай, не бесплатно.
— А в чём проблема? Обратитесь к мастеру Дудину, он легко выполнит ваш заказ вне очереди, — пожал я плечами.
— Обращалась. Он сказал, что карабин, как у тебя, выполнить не составит труда, но такой же убойности добиться не получится, потому что ты используешь особую пулю.
— Всё верно. Так-то моё ружьё по убойности ничем не отличается от обычной фузеи. Но со стреловидными пулями уже совсем другое дело. Вот только если делать ставку на неё, то тогда мне же придётся вам ещё и пули предоставить, каждая из которых штучная работа. Вот уж увольте меня от радости снабжать вас боевым припасом. Тут и себе-то устаю делать. Поэтому советую вам двуствольный штуцер.
— У него убойность вдвое слабее.
— Зато с боеприпасами никаких трудностей, достаточно иметь при себе соответствующую пулелейку. Я серьёзно.
— Ладно, убедил. Тогда вторая просьба. Не мог бы ты до моего отбытия в корпус сопровождать меня. Это только на месяц.
— Но компань…
— Новых компаньонов мне назначил батюшка, — перебила она меня. — Я имею в виду не это, а сопровождение в качестве друга. Ну или не друга, а…
— Вам страшно, — понял я.
Мария отвела взгляд, взяла чашку и отпила глоток терпкого напитка. Медленно поставила её на блюдце и всё так же, не поднимая головы, ответила:
— Страшно, — не стала она кривить душой.
— И вы думаете, что от меня будет больше толку, чем от подготовленных воинов?
— В прошлый раз их хватило только на то, чтобы умереть, — горько улыбнулась она.
— Это всего лишь от отсутствия должной защиты.
— И всё же.
— Я не могу неотступно находиться подле вас, Мария Ивановна. Я, конечно, должник, но-о…
— Только на выездах. Мне нужно нанести два визита вне Воронежа.
— Хорошо, —
