мне никто не заботится. Только о себе. А любовь — это способность жить счастьем любимого. Заботой о нём. Вот и пусть заботятся.
Но Юлька и сама была ужасно влюбчивая. Только быстро остывала. Аселька всегда удивлялась её способности легко забывать того, по кому ещё недавно сохла, ночами не спала. Аселька так не могла. Она вообще долго не могла влюбиться. И уже чувствовала себя какой-то ущербной. Может быть, это ей не дано, думала она — умение любить. И Асель решила сочинить себе какую-нибудь любовь. Сначала это был учитель физики, Нурлан Идрисович. Он был высокий, красивый, всегда в дорогих, начищенных до блеска, ботинках. Аселька решила сохнуть по нему. Писала записочки с признаниями, которые никогда не отправляла адресату, мечтала о нём по ночам. Но это как-то её не грело, и она быстро от него отказалась. Тем более что физик никакого внимания на неё не обращал, ухлёстывая за математичкой. Потом был старшеклассник Мирас. Он был спортсмен, красавец и полшколы девочек по нему убивались. Асель решила, что он достоин её любви. Они стали встречаться и даже целовались один раз. Асельке это не понравилось. Когда она вспоминала потные ладони Мираса, лапающие её за все места и его слюнявые губы, её даже передёргивало от отвращения. Не зная, как должно быть на самом деле, Аселька решила проконсультироваться у более опытной в этом вопросе Юльки.
— Ну, ты крэзи, — рассмеялась Юлька. — Ты что, целоваться не умеешь?
И она стала учить Асельку целоваться. Высовывала кончик языка между губ и с чмокиванием втягивала его обратно.
— Фу, какая гадость, — морщилась Асель. — И что, надо язык ему в рот засовывать? Это же не гигиенично.
— Ну и ходи, как дура нецелованная, — отмахнулась Юлька. — Иди, тренируйся на помидорах.
— Нет, — покачала головой Аселька. — Я, наверное, к этому ещё не готова. Придётся отложить на потом.
— Нельзя личную жизнь откладывать на потом, — философски изрекла Юлька. — Потому что потом, личная жизнь может отложить тебя не на потом, а навсегда. Личная жизнь — девушка капризная. Если не уделяешь ей внимания, она может и обидеться. Решит, что она тебе не нужна, может взять и уйти. Хорошо, если просто уйдёт, а то она может уйти к кому-нибудь другому. И хорошо, если этот кто-то другой окажется порядочным человеком. Вдруг он окажется негодяем и станет использовать твою личную жизнь в своих целях и издеваться над твоей личной жизнью.
— Не знаю, — пожала плечами Асель — Но с кем попало, как-то не хочется растрачивать свою личную жизнь.
Аселька с Мирасом рассталась и решила не торопить события. Всему своё время, решила она и перестала придумывать себе любовь.
Имашев давно уже дружил с Бекетом. Ещё со студенческой скамьи. Их многое объединяло. Но, всё же они часто спорили по разным вопросам.
— Мир кардинально изменяется — говорил Имашев. — И в этом новом мироустройстве Казахстан должен занять свою нишу. Понятно, что мы не являемся высокоразвитой страной и не имеем серьёзного влияния на международной арене. Но мы и не какая-нибудь отсталая, банановая республика, с которой никто не считается. Казахстан находится где-то посередине списка. У нас огромная территория, девятая в мире. Напичканная богатыми природными ресурсами. И у нас очень удачное географическое расположение. Надо просто грамотно распорядиться всем этим. А чтобы привлечь сюда крупных инвесторов, нам нужно только одно — внутриполитическая стабильность.
— О какой стабильности ты говоришь? — возмущался Бекет. — Страну раздирают неразрешимые противоречия. Мы застряли в болоте олигархического капитализма. И мирного выхода из него никто не может предложить. Только радикальные действия. Январские события показали, что народ больше не хочет жить по-старому. А правительство расписалось в своей несостоятельности. Они не могут изменить существующую систему, отлаженную бывшей властью. Потому что они сами являются частью этой системы. Классическая предреволюционная ситуация — верхи не могут, низы не хотят. А власть никто и никогда просто так не отдаёт. И задача прогрессивных сил смести эту прогнившую верхушку, чтобы построить нормальное, демократическое общество. И без революции здесь не обойтись.
— Да не надо никаких революций, — поморщился Имашев. — Не надо крови. Демократию надо строить демократическим путём. Через выборы. Референдумы. Понятно, что это не быстрый процесс. То, что шал здесь нагородил, ещё разгребать и разгребать. Это будет долгий путь. И ускорить его может только грамотная, хладнокровная политика оппозиции. Надо остудить горячие головы. Те, кто хотят по-быстрому разрулить создавшееся положение, могут ввергнуть страну в хаос. И затянуть процесс перехода в новое состояние ещё на более долгий срок. Мы и так экономически слабы. Страна разворована. Экономика запущенна. Если ещё и междоусобные войны начнём вести, то станем лёгкой добычей для какой-нибудь сильной страны. Многие захотят помочь нам навести здесь порядок. Так что мы сами должны этот порядок здесь сохранять. Мир и порядок. Да, нам надо избавляться от своего олигархического прошлого. Надо строить демократию с социальнооринтированной экономикой. Но делать это надо не спеша. Без резких движений. Сейчас нам не надо никаких крутых перемен. Никаких революций. Стабильность — вот наша цель. Внутриполитическая стабильность. Внешнеполитическую нам обеспечат наши партнёры, если мы не будем вступать ни в какие конкретные союзы. Турция с Китаем не позволят России претендовать на наши территории. Так же, как Россия с Турцией не допустят захват Казахстана Китаем. В то же время и России, и Китаю не нужен турецкий сателлит у себя под боком. Как и Россия, Китай боится создания на нашей территории Великого Турана. Синьцзян-Уйгурская автономия — это большая головная боль Китая. Тюрки Синьцзяна — это та ещё бомба замедленного действия. Так что нам надо дружить со всеми. Так мы обеспечим свою безопасность. Когда сильные игроки будут через нашу свободу обеспечивать свою безопасность.
— Ну и под кого Казахстан должен лечь? — усмехнулся Бекет. — С кем бы мы ни вступили в союз, мы всё равно будем от кого-то зависеть.
— А и не надо ни под кого ложиться, — сказал Имашев. — Я же говорю — надо использовать своё выгодное геополитическое положение. Не надо вступать ни в какие союзы. Главное для всех потенциальных инвесторов — это стабильность во внутренней и внешней политике Казахстана. Сейчас в Казахстане ведут свою игру сразу несколько внешних игроков. Каждый из этих игроков имеет свои цели в Казахстане. А все инвесторы заинтересованы в стабильной ситуации, чтобы защитить свои инвестиции. Если подтянем к нам крупных мировых игроков, что, в общем-то, не сложно сделать. Ведь крупные предприятия сейчас уходят и из России и из Китая. Уходить-то они уходят. Но
