4 этаже. Эта кладовка считалась местной курилкой и там часто отсиживались, когда ученики прогуливали уроки. Все об этом знали и учителя в том числе. Директор считала, что такой уголок «независимости» нужен ученикам. Это была своего рода, хорошая немая сделка. Школьникам давали маленькое пространство, прям малюсенькое, в котором они были уверены, что никто из учителей их не тронет. Преподаватели не лезли к ним со своим правилами и требованиями, но все также знали, что, если возникнет какая-либо серьезная проблема, то первым наказанием будет закрытие этой кладовой. Поэтому ученики вели себя в рамках допустимого.
Женя с ноги отрыла дверь в эту кладовую и чуть ли не рыча зашла внутрь. Она была такой раздраженной, что ей было наплевать, если кто-то сидел внутри. Каждый год эта комната обставлялась по-новому. Ученики сами красили там стены, разрисовывали их, убирали за собой, поливали цветы, если их кто-то приносил. Но что не менялось там годами, так это местный диван. Он уже давно превратился в местный раритет, на него клеили нашивки, сшивали большими нитками расходящиеся швы, хотя все эти манипуляции помогали лишь на короткий срок.
– О, наша отличница стала бунтарщичей, – Барби закрыла за ней дверь, она стояла у окна, Женя не сразу её заметила.
– Ты что тут забыла? Ты ведь не ходишь туда, куда ходят все смертные, – фыркнула Женя на неё.
– Знаешь, у меня совсем нет настроения выяснять кто тут круче. Сама знаешь, здесь не устраивают разборки.
Женя плюхнулась на диван.
– Да пофиг, что тут устраивают.
– Уу, а у тебя, я гляжу, настроение по скандалить, – Барби села рядом, – под стать твоему яркому прикиду.
– У меня хоть вкус есть в отличии от тебя. Так и продолжим? – Женя была готова отразить любую атаку, но гнев уже немного начал отпускать.
– Ладно, ладно, – Барби уткнулась в телефон. Женя достала свой. На экране висело сообщение: «Вы добавлены в чат «Коллективный разум»!
– Разум у вас точно коллективный, – пробормотала она, – ауч, – Женя снова вся съёжилась, хватаясь рукой за голову.
– Что с тобой? – испугалась Барби.
– У меня сотрясения вообще-то, вот теперь иногда резкие боли появляются, – у Жени было сморщено все лицо, она полезла в сумку за обезболивающим, быстро закинула таблетку в рот, облокотилась на спинку дивана и закрыв глаза, она начала обратный отсчет.
– 5, 4, 3…
– Это из-за того падения? – осторожно спросила Барби.
– Угу, -ответила Женя продолжая считать, – два, один, уфффф, – выдохнула она, – да, это из-за той подножки, – Женя запрокинула руки за голову и продолжила лежать с закрытыми глазами.
– Извини, Жень, – робко извинилась Барби.
– угу, – все также отстраненно отвечала Женя.
В воздухе повисло неловкое молчание. Маша действительно чувствовала вину, когда ей рассказали, что Женю увезли в травмпункт, она не могла найти себе место. Боялась, что нанесла сильные увечья ей, и что Женя расскажет, кто виноват в её падении. Дополнительных разборок дома она не выдержала бы.
– Почему ты никому не пожаловалась на меня? – поинтересовалась Барби.
– Хм, действительно, почему? – Женя открыла глаза и повернула голову в сторону Барби, – не знаю даже, никто и не спрашивал, – она пожала плечами, а ты вообще почему здесь? У вас же нет первого урока?
– Да у меня родители разводятся, с утра постоянно ругаются по любому поводу. Я уже не могу это все слушать. Лучше здесь отсидеться, – Барби похлопала диван, как старого доброго друга.
– И часто ты тут обитаешь? – таблетка уже подействовала, и Женя смогла немного расслабиться, злость уже отступила, и тут на телефон пришло уведомление:
Коллективный разум, Ульяна: – Женя, привет! Ты уже в школе?
Коллективный разум, Хатуна: – Как самочувствие? Уже лучше?
– Теперь вам интересно, как я себя чувствую, – вслух пробормотала Женя и отложила телефон в сторону.
– Ты кому это? – Барби не сразу сообразила, что, Женя обращается к телефону.
– Да так, мои девочки создали чат вместе с моим другом детства без меня! Представляешь? То есть пока я болею, они тут общаются!
– Мда, неприятненько, конечно. А ты их проучи.
– Ага, – хмыкнула Женя, – создать чатик без них?
– Нет же, – Барби тут же оживилась, – смотри. Они тебя обидели, так обидь их. Задень их за больное.
– Ну не знаю, наверное, лучше сначала поговорить. Они все-таки мои подруги.
– Спустишь это сейчас, потом всю жизнь будешь на обочине жизни. Разве тебе не надоело быть серой мышкой? Посмотри на себя, посмотри, как ты расцвела. Стала интересно одеваться, не стала терпеть пренебрежение, продолжай в том же духе.
– Посмотрим… – Женя задумалась, ей совсем не хотелось ссориться.
Тишину в школе нарушил звонок, в эту же секунду школьники повалили из класса. Было такое чувство, что всё это время они ждали этой секунды, чтобы выбежать на перемену.
Женя встала с диванчика, забрала телефон и направилась на выход.
– Ты идёшь? – спросила она у Барби.
– Ты иди, я тебя догоню.
Женя уже немного отошла от утренней драмы. Она вприпрыжку спускалась с 4 этажа на второй, думая о выступлении. Сойдя с лестницы и повернув в сторону актового зала, она увидела, как Кирилл мило общается с Ульяной. Вот он слегка наклонился в её сторону, а она слегка покраснела. Женю моментально переклинило. Волна ревности пеленой закрыла ей глаза. Она не могла ясно мыслить, тем более действовать. Она резко выдохнула и подошла к ребятам, не показывая своих эмоций.
– Привет, Ульяна! – она подошла к ним и, как ни в чем не бывало, взяла Кирилла за локоть, – Кирилл сказал, что помогает тебе с английским, не правда ли, он лапочка, – она вела себя так, будто Кирилл её парень.
– Привет Жень. Хорошо выглядишь, – она обняла Женю и прошептала ей на ушко, – ты что делаешь?
– Обнимаюсь с парнем, которому нравлюсь. Я решила дать ему шанс, ты же как раз меня просила присмотреться.
На лице Ульяны застыло непонимание:
– Когда ты успела стать такой…, – она не успела договорить, как в разговор вмешались.
– Сучкой? – договорила за неё Барби, которая уже догнала Женю и стояла за её спиной.
Кирилл в этот момент потерялся, он застыл и смотрел на это все, как будто со стороны.
К ним подошла Хатуна:
– Что тут происходит? – напряжение было таким сильным, что назревал конфликт.
– Ничего серьёзного, – ответила Барби.
– А я не тебя спрашиваю, вечно ты лезешь туда, куда тебя не просят, – грубо ответила ей Хатуна.
– Вообще-то, Хат, это ты лезешь не туда. И не надо грубить, – вступилась Женя за Барби.
Хатуна посмотрела на Ульяну, на её лице так и застыло выражение: «Что происходит?». Не найдя никого отклика
