в дубовой доске и глиняном кувшином для подмывания. Ностальгия резко отпустила. Я сосредоточился на делах.
— Когда это было? — спросил я.
— Прошлым утром, — тяжело вздохнув, ответил Сперат. — Когда уже осталась видной только последняя звезда.
Я задумался, мучительно переводя это в часы. Выходило, что кто-то мог увидеть как на меня напали позапрошлой ночью, дождался конца схватки, и отправиться сюда. Если этот кто-то был верхом, то он бы добрался часа через четыре, даже не сильно понукая лошадь. Наемники с моим трупом где-то пропадали целый день и полночи. И только потом привезли меня обратно. Причем, они гнали, не жалея лошадей. Эту скачку я смутно помню. Урывками. Видимо периодически приходил в себя. Выходит, я потерял где-то один световой день. Ничего, бывали запои и страшнее. Но интриги потерянному времени добавляло то, что оно было между смертью Магна и появлением в его башке меня.
— Мне надо поговорить с людьми, что сопровождали меня, — наконец выдал я вслух. А сам подошел к сундуку, стоящему в полосе света, падающего из окна-бойницы. Массивный и чуждый роскоши вокруг, сундук был закрыт на замок, ключ от которого я с облегчением нащупал в своем кошеле.
— Вы про варранцев? — осторожно уточнил Лучано. — Они скорее всего сейчас в Военном доме, за городом. Разрешит ли ваш отец вам покинуть город…
Его прервал грохот металла. Это я открыл сундук и начал вытаскивать оттуда доспехи. Да, самое ценное хранится под замком в личных покоях. В этом мире доспехи — одна из самых дорогих вещей, что есть у дворянина. Дороже них только лошади. Дороже лошадей, только замок целиком. И то, смотря какой замок, и смотря какая лошадь.
Я достал свою старую кольчугу. Сделанная на заказ несколько лет назад, сейчас она мне была тесновата в плечах. Я задумчиво осмотрел её и бросил Сперату. Он испуганно отшатнулся и обескураженно уставился на тяжело ударившийся у его ног сверток.
— Это тебе, — сказал я.
— Безмерно благодарен, мой сеньор, это великая честь служить у столь благородного господина, и великая радость что среди ваших достоинств есть и такое редкое, как щедрость, — затараторил Сперат явно заранее заготовленную фразу. Но смотрел он на меня с жутким подозрением. Лучано удивленно охнул. Ну да, шикарный подарок. Меня кольнул стыд. Мой оруженосец заслужил наверняка куда больше заслужил подарок.
— Лучано тебе подберем что-то попозже. Все мое тебе будет мало, — я все так же стоящему у двери Лучано. Тот посмотрел на меня без благодарности, а даже с каким-то недоумением.
— У меня уже есть доспехи, спасибо сеньор, — осторожно ответил тот. Что это они на меня оба так смотрят, с подозрением. Ах да, раньше Магн не проявлял особой щедрости к подчиненным. Нет, щедрость он проявлял. К друзьям, близким по статусу, к девкам, особенно к девкам с сомнительным статусом. Ну, и где теперь эти друзья. Я наконец добрался до потайного отделения в сунудуке. Выудил оттуда увесистый кошель. Осторожно проверил содержимое. Двадцать дукатов. Красивые, блестящие кругляши диаметром сантиметра в три давили приятной тяжестью на руки. Магн смог потихоньку откладывать. В основном, зажуливал, недоплачивая своим портным. Двадцать дукатов — хорошая сумма. Пару месяцев назад городской совет нанял бригаду каменщиков обновить стены. Ну, как бригаду. Эти вольные каменщики перемещались как цыганский табор. Приехали на огромных телегах, сразу вместе с семьями. Народу там было человек двести, и их главный уверял, что двенадцать из них первоклассные мастера. Работы вроде было не так много, только в одном месте стена осела и дала трещину, надо было переложить кладку. Сошлись на ста двадцати дукатах за полгода работы. Вот и попробуй, переведи теперь золотые монеты в рубли, учитывая что это все, что я знаю о ценообразовании. А, ну да, еще я примерно знаю сколько стоит одежда, для богатых. Но это как сумочка ценой в половину квартиру, имеет мало отношения к реальной стоимости денег. Магн покупал статус. Я планировал купить себе жизнь. Это гораздо дороже всего остального, но если подойти с умом, могло выйти куда дешевле, чем бархатный берет.
Я засунул кошель с золотом за пазуху. Отстегнул с пояса свой походный кошель, где приятно звякнули пара десятков похожих на дукаты, но уже серебряных, монет-сольдо. Повернулся к Сперату и заглянул в его настороженные темные глаза. И сказал ему, стараясь говорить не надменно:
— Я хочу уехать из города. С собой возьму только Лучано. Но нам нужен будет паж. Недели на две. Поедешь с нами?
Сперат задумался. Его взгляд заметался с меня на Лучано. Черные брови сначала удивленно вскинулись вверх. Но потом сошлись вместе. Сперат нахмурился. Ему явно не понравилось мое предложение. Он думал довольно долго. А потом жизнерадостно улыбнулся, взмахнул руками, словно намереваясь меня обнять, но вместо этого поклонился, сорвав с головы свою шляпу-аэродром.
— Я с огромной радостью присоединюсь к вашим приключениям.
Я бросил ему кошель с серебром и велел:
— Тогда бегом в город Купи все необходимое на неделю пути и жди нас у Лесных ворот. Ну, чего встал? Я же сказал бегом! И никому ничего не говори!
Сперат ловко поймал кошель, еще раз радостно улыбнулся, и скрылся за дверью. Лучано машинально закрыл за ним засов и тут же сказал:
— Боюсь, мой сеньор, что он сумеет рассказать про вашу затею половине города еще до того, как успеет сделать и десять шагов к торговой площади.
— Поэтому ты должен действовать быстро. Собери мои доспехи, захвати свои, потом иди на конюшню и возьми четыре лучших лошади. Моего коня не бери, он устал. Выбери свежих. И жди меня у Военных ворот через… — я запнулся, подбирая слова. Чуть не ляпнул “через полчаса”, на русском. — Я буду там не позже, чем закипит вода в большом котле. Если я задержусь, уходи на холм Синего Камня и жди меня там.
— Как долго? — нахмурился Лучано.
— Как посчитаешь нужным, — ответил я. Я подошел к оруженосцу и вложил ему в руку кинжал с позолоченной рукояткой, выуженный из сундука. Это было оружие “на выход”. Что-то вроде дорогих часов, которые надевают по особым случаям. Только с широким клинком которым можно вежливо ткнуть под ребра, не переставая галантно улыбаться. Красивая вещь, даже жалко немного стало. Но я пересилил свою крестьянскую прижимистость, улыбнулся оруженосцу и сказал. — Это тебе за верность. Ну, не стой, у нас много дел.
С этими словами я откинул засов и открыл дверь.
— Постойте, сеньор. Но куда идете вы? — придержал меня Лучано.
— Не переживай. Просто захвачу кое-что на дорогу. Давай, не
