Некр, присовокупив мысленный пинок. У него осталось несколько секунд, не больше.
Усилив зеркальную стену, выкинув в направлении твари пяток маломощных заклятий, он вскрыл вены на руке первым же оказавшимся в досягаемости ножом, благо, в кухне подобного добра всегда навалом — больших и маленьких, для хлеба, овощей, сыра, рыбы и мяса. Ведьма к ним даже не тянулась, прекрасно зная, что подобное оружие против некроманта бессильно. Рану ожидаемо защипало: карга готовилась к его приходу и яда для «дорогого гостя» не жалела.
Вот только и яд, и игла в сердце — неприятности далеко не мгновенного действия. Некр усмехнулся, протянул руку и мысленно произнес формулу призыва. В тот же миг пальцы сомкнулись на металле, только внешне схожем с золотом. Холод опалил до локтя, по плечу поднялся к груди и исчез. Свет мигнул: электричество терпеть не могло проявления потусторонних сил. Как дополнительный эффект за окном вспыхнула зарница. Сама по себе — в столицу пришел грозовой фронт — но очень своевременно. Мертвенно-синеватый свет отразился от длинного серебристого клинка, заиграл на нем, ореолом потустороннего огня запылал в ночи…
Разумеется, потусторонняя сущность, сидящая внутри меча, обозначила свое появление в этом мире громким кличем, который звучал бы грозным и душераздирающим, если бы не…
— Йу-У-ху-У! А вот и я, детка! — заорал меч по прозванию Демон, и Некр мысленно поклялся никогда больше не оставлять оружие в одном помещении с работающим телевизором. Дарителле все равно, что смотреть, ее всякая дешевая чушь сомнительной культурной ценности успокаивает, на сериалах вампирическо-отношенческого толка она отдыхает. А вот Демон набирается такой словесной белиберды, что его лишний раз призывать страшно.
Свет в кухне восстановился, но дела до него больше не было. В ограниченном пространстве особо не повоюешь, но не в этом случае. Движение вышло само собой. Некр развернулся на каблуках и без замаха вогнал сверкающее лезвие в живот твари.
Она не завизжала и не заорала, не разразилась посмертными проклятиями или пророчествами — любые звуковые проявления напрямую связаны с душой, а именно ее в оседающем пеплом и золой теле больше не было. К счастью, неприятной вони разложения не возникло тоже.
— Эй!.. Э-э… эй! — завопил Демон, ощутив себя в свободном падении. — Ну-ка подхва… — и с металлическим лязгом обрушился на пол.
Некр умудрился упасть практически бесшумно, стиснуть зубы, сдерживая боль, разрывающую грудь, и до смерти удивиться, когда зеркальная дверь разлетелась мелкими осколками.
Глава 3
Сознание из небытия возвращалось толчками. Какая же это чушь, когда утверждают, будто сверхи сродни Некру не могут видеть снов. Мозг работает, душа в наличии, Долина Грез, лежащая в преддверии Нави, находится столь близко, что руку протяни — дотронешься. Вот и видят некроманты иной раз даже пророческие видения, которые сами расшифровать не в силах, а к пророкам идти гордость не позволяет.
Однако в этот раз было совсем уж что-то смутное, неосязаемое, полное иссушающего жара, огня, охватившего столицу, и… черного, смутно-знакомого силуэта на фоне окровавленной бетонной стены. Его никак не выходило ухватить и рассмотреть — спасибо яду или чем там его накачали? А еще в таком положении ничто не помешало бы какому-нибудь ушлому врагу отсечь Некру голову или расчленить тело. Хорошо лишь тварь он все же уничтожил, а ее пленник вряд ли додумается до подобного злодейства. С него станется вызвать скорую — это да. Лучше бы, конечно, убежал, но на подобное вряд ли стоило надеяться. Некр ощущал присутствие живого человека, причем не просто в квартире, а в непосредственной от себя близости… О, вышние силы! Там же Демон!
— Вот! Правильно, милчел. Прислони меня к ножке стола. А еще лучше на столешницу возложи. Мне, знаешь ли, валяться на полу по статусу не положено. Ты знаешь, сколько мне лет?.. Вот! Ничего, этот… тоже не знает.
Уничижительное обращение «этот» относилось ни к кому иному, как к Некру. И, по правде сказать, он не знал не только примерный возраст Демона, но и его имени. Грозное оружие, которое он призывал из потустороннего мира, принадлежало когда-то его учителю. И, скорее всего, он тоже не имел понятия, с кем имеет дело. А до него — уже учителю учителя. А до — учителю учителя учителя… В общем, цепочку можно было продолжать долго. Если бы Демон захотел, мог бы и не призываться, однако, как сам утверждал, слишком любил одним глазком наблюдать за копошением смертных в Яви.
— Да не трогай ты его, сам очнется! Глава Гильдии он или где?!
К руке действительно прикоснулись, проверяя пульс, прижали жилку на шее. Она бьется, только очень медленно, так просто и не прощупать. А сейчас, кстати, могла и замереть, не просто же слабость такая, что и век не поднять. Оценить обстановку очень хотелось, но пока не представлялось возможным.
Сказать, что Некр удивился, — мало. Он, выражаясь современным языком, обалдел. Демон, по-свойски общающийся с человеком, — нонсенс! Вероятно, в Нави кто-то сдох (и неминуемо теперь родится в Яви). А еще христианский Апокалипсис скоро, иначе почему человечек здесь? Современные люди, конечно, те еще смельчаки: телевизор приучил их не шарахаться от проявлений чего-то особенного (Орден постарался в свое время привить субкультуру, спасибо), но в кухне ведь столько магической хрени намешано, не только физическому самочувствию вредных, но и психике! Парень улепетывать со всех ног должен, а не пульс у некроманта искать и с потусторонним мечом беседовать!
— Он мертв.
О! Вот и голосок подал. Баритональный тенор, довольно приятный, надо бы признать, причем сильный, без отголосков возбуждения, страха, апатии и прочих эмоций. Удивительного самообладания парень. И на фанатика чего бы то ни было не похож. Не посчастливилось кому-то из гильдейских недавно наткнуться на кучку готов — еле ноги унесли, а тут все как будто в порядке. И ведь это не сверх, а обычный человек.
— Мертв, как же. Держи карман шире! — не преминул ответить на реплику Демон, гаденько посмеиваясь. — Водичкой на него плесни, а лучше полей. Прорастет, — и заржал совсем уж неприлично.
«Вот за что?!» — возмутился Некр, но произнести вслух ожидаемо не смог.
Вопреки подозрениям, поливать его не стали, губ коснулся пластик. Человечек, правильно истолковав собственное состояние после распивания чаев с «юной» прелестницей, поостерегся что-либо брать у нее (даже чашки). И правильно! Когда пьешь с жертвой совместно, травить напитки — глупо. Целесообразнее обрабатывать посуду. А вот бутилированная жидкость с большой вероятностью
