воевать с курицами!
Агафья Петровна согласно кивнула:
— Это очень хорошая мысль!
— Что касается поваров, думаю, помощь Степану не помешает, — продолжил я. — Нас всё больше, и он зашивается уже. Вон, даже близнецов к делу пристроил! — сказал я, вспомнив, как близнецы чистили овощи.
— Ну, близнецам немного поработать не помешает, — улыбнулась Агафья Петровна. — Небольшая ответственность будет им полезна.
И я был с ней абсолютно согласен.
Мы ещё немного пообсуждали распределение людей.
Кстати, я поделился своими мыслями про корову.
К удивлению, Агафья Петровна поддержала меня. Более того, она сказала:
— Не просто корову, а коров! Много коров! И ещё гусей и свиней! Свои продукты питания — это очень хорошо! А излишки можно продавать. Это статья дохода.
Я сразу же вспомнил свиней из Складки герцога Прядеева и тут же заявил:
— Главное, не иномирских!
— Что, там всё было так плохо? — сочувственно спросил Архип Васильевич. Видимо, уже был наслышан о наших приключениях.
— Я на иномирскую свинину теперь смотреть не могу, — признался я.
— Ну, иномирская свинина нам и не светит! У нас нет Складок, где можно выращивать свиней, — философски заметила Агафья Петровна. И добавила: — Кстати о свинине, Степан приготовил беляшики по какому-то новому рецепту. С тыквой, представляешь? И без мяса!
— А это точно беляшики? — подозрительно спросил я.
Агафья Петровна хитро улыбнулась и ответила:
— Он говорит, что да.
Я ничего не успел сказать. Вместо меня всё сказал мой желудок, громко заурчав.
— Всё! — скомандовала женщина. — Хватит обсуждать дела! Виктор сегодня весь день голодный! Пойдёмте за стол!
И мы пошли в столовую.
И нет, за столом были не все жители усадьбы. Потому что все мы уже не вмещались. Гвардейцы, включая новичков, которых мы привезли сегодня, ужинали отдельно. Слуги тоже ели отдельно. За исключением Петра и Сойки — они были с нами. Так что за столом нас было всего пятеро. Но это был настоящий семейный ужин, от которого на душе становилось теплее.
За ужином дел мы не обсуждали. Просто наслаждались едой. И надо заметить беляшики с тыквой действительно оказались очень вкусными. Пожалуй, можно сравнить с теми, из прошлой жизни. Хотя нет, те всё-таки были вкуснее.
Когда мы насытились, я вспомнил, зачем искал Петра. К тому же ещё и Агафья Петровна с Архипом Васильевичем были рядом. Сергей только уехал на своём трофейном «тигре».
Так вот мои консультанты собрались вместе, и я решил поговорить.
— Чуть было не забыл, — сказал я. — Мне нужна информация о герцоге Прядееве. Какое у него вооружение, что он может применить, если начнётся война, кто его постоянные союзники и так далее.
Объяснять всем, зачем мне эта информация, было не нужно. Все прекрасно понимали, что возможно это последний мирный ужин. Возможно поэтому никто не хотел уходить. Даже Сойка, хотя вряд ли ей было интересно.
А нет! Интересно! Она сидела и внимательно слушала рассказы Архипа Васильевича.
— Герцог Прядеев очень хитрый. И предпочитает всё делать чужими руками. Поэтому прямого объявления войны скорее всего не будет, — рассказывал барон. — Судя по тому, как он действовал раньше, ночью на нас нападут наёмники или бандиты, которых напрямую с герцогом связать не получится.
Агафья Петровна подтвердила:
— Да, в прошлый раз он поступил именно так.
Но я возразил:
— У нас ситуация сейчас немного иная. Дело в том, что я закрыл три его Складки из четырёх. Мало того, вывез два грузовика трофеев и забрал его рабочих. Думаю, он в бешенстве. Что он может предпринять на эмоциях?
— На эмоциях? — усмехнулась Агафья Петровна. — У него нет эмоций! Он холодный, как змея, всегда действует исподтишка. И всегда выходит сухим из воды.
— Должно же быть у него слабое место, — задумчиво сказал я.
На что Пётр легонько покашлял, привлекая к себе внимание. И я, вспомнив его хитрости в бытность официантом, приготовился слушать.
И Пётр не разочаровал меня!
— Если я правильно понимаю, — начал он. — В среде аристократов количество Складок, которыми обладает клан, говорит о его состоятельности. И потеря Складок равносильна потере лица.
— Да, так и есть, — подтвердил Архип Васильевич.
— Так вот, если общественность узнает, что герцог в один день потерял сразу три Складки, это сильно ударит по его репутации. Думаю, в такой ситуации он вполне может потерять самообладание. А это значит, что может начать ошибаться.
— Так-то ты прав, — задумчиво сказала Агафья Петровна. — Но как нам этой общественности донести эти сведения? Ведь если информация пойдёт от нас, то станет понятно, что мы имеем прямое отношение к закрытию Прядеевских Складок. Не ускорит ли это нападение на нас?
На что я лишь пожал плечами и возразил:
— А разве все эти годы каждую ночь бандиты по его наводке не нападали на вас?
— Нападали, — согласилась Агафья Петровна. — Но это всё были мелкие нападения. А тут война родов. Нет, я понимаю, что война будет. Но как-то страшновато.
— Ну, я предпочитаю стратегию: если война неизбежна, то бей первым! — усмехнулся я и добавил: — А война однозначно неизбежна! Более того, она выгодна нам! Потому что это способ заявить о себе, показать, что род Свиридовых не канул в Лету, что мы ещё живы и вполне можем постоять за себя. Ну и трофеи само собой.
— В том, чтобы бить первым, есть ещё одно преимущество, — с усмешкой, от которой по спине пробежал мороз, сказал Пётр. — Герцог Прядеев вполне может решить, что тебе вскружил голову твой успех со Складками, и ты, как идиот, рвёшься в бой. Ну и как результат, он не затаится, чтобы ударить в самый неподходящий момент, а решит сразу с тобой разделаться.
— Точно! — засмеялся я, всё-таки знание психологии аристократов у Петра на высоте.
И пусть трактир, где он раньше работал, аристократы чаще всего обходили стороной, однако, общаясь с клановыми, он хорошо изучил их повадки. И теперь хорошо видит слабые стороны. И главное, умеет на них играть.
Он прав, герцог скорее всего именно так и решит, что я пацан, которому успех вскружил голову. А это значит, что он будет недооценивать меня. А это в свою очередь значит, что у нас есть шанс победить более сильного противника!
В том, что герцог Прядеев сильнее
