– Ничего, – успокоившись, ответил Константин и наконец-то меня отпустил. – Подливать что-то в вино не в его стиле.
– Вы его знаете? – Я кивнула на Аполлона, который до сих пор не рисковал покинуть темный угол веранды. Вряд ли причиной была ваза в моих руках, но на всякий случай я ухватила ее покрепче. – Кто он?
– Этот идиот, – мрачно произнес Константин, – мой сводный брат Марко.
Глава 5
Первые несколько минут в «Мерседесе» Константина нас сопровождало гнетущее безмолвие. Константин сосредоточенно рулил, я слушала гул двигателя и смотрела в окно, хотя в темноте уже ничего не было видно, а Марко сидел сзади и пристыженно молчал.
Впрочем, надолго его совести не хватило.
– Ну, мы же все-таки встретились, – бодро заявил он, хлопнув ладонями по коленям. – Разве это плохо?
Мы с Константином, не сговариваясь, зло зыркнули на него.
– С тобой позже поговорим, – сухо ответил адвокат брату. – Донна Катерина, позвольте спросить, как вы вообще оказались в этой деревне и почему не позвонили мне раньше?
– Сначала у меня задержали вылет, потом из-за ЧП в туринском аэропорту нам пришлось приземлиться в Милане.
– Я в курсе ЧП и переноса полетов, – кивнул Константин. – Хотел выехать к вам, но решил дождаться звонка, а его все не было и не было.
– У меня разбился телефон. Я решила, что проще взять такси и доехать сразу до Серениты, но первые два таксиста отказались туда ехать, а третий привез меня сюда, вытащил мой чемодан и сообщил, что дальше не поедет. Это вообще законно?
– А такси было частным или государственным?
Я поморгала:
– Если бы я еще знала, как их отличить…
– Какого цвета была машина?
– Красный «Форд».
– Частник, – вздохнул Константин. – Государственные такси либо желтого, либо белого цвета. И номер вы, естественно, не запомнили? Значит, уже ничего не сделаешь.
– Ну и черт с ним. – Я снова отвернулась к окну. – Надеюсь, хотя бы вы не увезете меня на Кудыкину гору вместо Серениты? На всякий случай предупреждаю, что я разослала вашу фотографию по всем друзьям, а копии документов остались у одного из юристов в Москве. Если я исчезну…
– Надеюсь, этого никогда не произойдет, – перебил он. – Я здесь, чтобы защищать вас и ваши интересы, в том числе после вступления в наследство. Думаю, мы это обсудим завтра, после того как вы отдохнете и подпишете необходимые документы на замок.
Обещания, конечно, радовали, но я не смогла удержаться и скосила глаз на Марко. Адвокат с таким братом – интересное сочетание. То, что он со мной сделал, никак не могло быть законным.
Константин заметил мой взгляд.
– Не бойтесь, подобное больше не повторится. Марко не вор и не причиняет вреда женщинам. Иногда ему трудно удержать себя в штанах, но он работает над этим. Так ведь? – многозначительно произнес он, глядя в зеркало на брата.
– Так, – кисло подтвердил тот.
– Что ты со мной сделал? – поинтересовалась я. – Это была какая-то разновидность гипноза?
Братья обменялись странными взглядами через зеркало.
– Да, – неохотно ответил Марко. – Научился этому трюку, когда путешествовал по Индии и Тибету. Они так заклинают змей. Ну а я обнаружил, что это неплохо срабатывает на симпатичных девушках.
– Я заметила, – пробормотала я, поежившись.
Ощущение чужой власти до сих пор давило на плечи, хотя действие гипноза давно развеялось. Было лишь интересно, зачем это вообще нужно такому красавцу, как Марко. Его же надо помещать на билборды, агитирующие за здоровый образ жизни, с надписью «Звезда спортзала». Девушки должны прыгать к нему в постель десятками – только успевай отбиваться от желающих.
Да и змей, насколько мне известно, дрессируют не взглядом, а ударами флейты…
– В Серените нет нормальных девчонок, – вдруг сказал Марко, как будто услышав мои мысли. – Ну, таких, с которыми можно замутить. А когда я увидел в той траттории такую аппетитную булочку, как ты…
– Марко, – прервал Константин, – помолчи. Не порти впечатление новой хозяйки о нашей семье еще до того, как мы начали сотрудничество.
Тут я с ним была полностью согласна. Мое мнение о Марко и так уже успело упасть ниже плинтуса. Тридцатилетний мачо, использующий гипноз на девушке, которую знает от силы три секунды, и выражающийся, как сопливый подросток, – последний человек, с которым бы хотелось иметь дела.
И вообще – «булочка»? Кажется, все-таки пора худеть.
– Почти приехали, – объявил Константин, положив конец разговору.
Дорога пошла вверх. Я с интересом рассматривала появившиеся впереди белые и бежевые домики с выступающими козырьками крыш. Деревня стояла на склонах горы, поэтому казалась многоуровневой, с нависающими друг над другом зданиями. Жаль, замок ночью не подсвечивался, и его красоту было не оценить.
Похоже, селение некогда окружала крепостная стена. Фары высветили руины высотой в человеческий рост с выщербленными камнями, поросшие мхом и обвитые плющом. У асфальтового полотна дороги они прерывались, чтобы продолжиться с другой стороны. Наверное, когда-то здесь находились ворота, но сейчас о них уже ничего не напоминало.
У этой стены стоял дорожный знак, сообщающий, что здесь начинается Кастелло-делла-Серенита. А рядом с ним, сложив руки на груди, чего-то ждал здоровенный бугай с типично германской внешностью, одетый в черную мотоциклистскую куртку.
Я нахмурилась. Квадратная челюсть, неряшливо отросшие светлые волосы в стиле «немытый варвар», мрачное лицо и борцовские плечи – это определенно был тот самый немец, из-за которого пострадал мой телефон.
– Дитрих. Явился, – процедил Марко на заднем сиденье.
Я с удивлением повернулась к Аполлону.
– Вы его знаете?
– Да, – ответил вместо него Константин.
В этот миг машина проехала мимо немца. Тот, разглядев пассажиров, усмехнулся.
– Мы ждем, Константин! – выкрикнул он на английском языке. – Мы не уступим замок просто так!
Адвокат нажал на газ, и «Мерседес» взлетел по дороге, оставив немца далеко позади в выхлопном облаке. Я проводила мужчину взглядом, однако ночь быстро спрятала его силуэт во мраке.
– Замок? Он сказал «замок»? Константин, вы же убеждали, что с наследством проблем не будет.
– Не будет, если вы завтра вовремя подпишете документы. С Дитрихом и стоящими за ним людьми пришлось бы иметь дело только в том случае, если бы у господина Долгорукова не нашлось ни одного наследника. Они считают, что замок принадлежит им, только на том основании, что когда-то инквизиция передала во владение эти земли некоему ордену, а они его преемники. К сожалению, эти люди не на том уровне интеллектуального развития, чтобы понимать бессмысленность размахивания пятисотлетними документами в современном суде.
– И нет никаких шансов, что они не будут вредить? – настойчиво выспрашивала я.
– Стены краской обольют? – Константин пожал плечами. – Это будет прекрасным поводом их засудить. Донна, они десятки лет донимали вашего прадеда и ничего не добились, потому что документы в идеальном состоянии. И они до сих пор в нем.
– Вы так уверены?
Он бросил на меня короткий взгляд.
– Конечно. Я же ими занимаюсь. Между прочим, вы, кажется, узнали Дитриха. Встречали его раньше?
Я показала разбитый мобильник.
– Сегодня в аэропорту. Это он меня толкнул так, что я уронила телефон. По-моему, он меня при этом вообще не заметил.
– Мне жаль, – серьезно ответил Константин. – Я бы с удовольствием предъявил ему иск, но в данном случае, боюсь, мы ничего не добьемся.
– Мне вполне хватит получить замок первой и оставить Дитриха с носом, – призналась я.
Поднимающиеся под углом узкие улочки к этому моменту закончились. Мы проехали мимо еще одного кольца старых крепостных стен и замерли на мощенной булыжником площадке. Наверное, отсюда открывался великолепный вид на окрестности, но сейчас было видно лишь вереницы фонарных огоньков на трассе у подножия горы. Да и простояли мы недолго. Константин вышел, и после щелчка ворота открылись, впуская нас на территорию замка.
