Читаем без скачивания Колдунья-индиго - Алексей Яковлев

Глава 4

Новиков, насекретничавшись с Сергеем Кузьмичом, уселся в джип рядом с Глебом, тяжело вздохнул, потер ладонью лоб, как бы стряхивая дополнительный груз забот, взялся за руль, и машина помчалась по аллее к никандровскому особняку.

— Почему Сергей Кузьмич так расстраивается из-за украденной зарплаты? — не сдержал Панов своего любопытства, хотя чувствовал, что затрагивает не очень приятную для начальника охраны тему. — Неужели родители Дэна не возместят ему ущерб?

— Возместить-то возместят, — довольно мрачно ответил Новиков. — Только хорош охранник, если его самого обокрали!

Сосновая аллея осталась позади, джип выехал к шикарному четырехэтажному зданию с башнями, террасами и зимним садом. Перед особняком был разбит парк в английском стиле: аккуратно выстриженные газоны, романтические гроты, изящные фонтаны… Весь парк был «как денди лондонский, одет», и только большая цветочная клумба с высоким декоративным кустом смотрелась российской заплаткой на этом выдержанном «английском фраке». Куст был искусно подстрижен и изображал фигуру склоненной к земле женщины, выпускающей в цветочные заросли некую зверюшку, похожую на кролика.

Новиков остановил джип на выложенной цветными плитками площадке возле дома рядом с двумя иномарками: «мерседесом» и «БМВ». По соседству, у деревянной конструкции, напоминающей коновязь и украшенной художественной резьбой, подобно скамейке у караулки Сергея Кузьмича, стояли четыре оседланные лошади, тоже чистопородные и ухоженные, как и кобылица молодой особы, обругавшей Воробьева. «Леди и джентльмены предпочитают прогулки верхом, — отметил Глеб, — но вспыльчивая девица почему-то пожелала проехаться по лесу в гордом одиночестве». У цветочной клумбы с кустом в виде внучки деда Мазая на изящной резной деревянной лавочке трое охранников в камуфляже и четвертый в строгом черном костюме в ожидании господ коротали время за веселой беседой. Новиков посмотрел на них командирским взглядом, и весельчаков с лавочки как ветром сдуло. «Закамуфлированные» подошли к лошадям и занялись осмотром седел и проверкой подтянутости подпруг, а «пиджачный» принялся протирать тряпкой стекла «мерседеса».

— Ты пока оглядись, познакомься с ребятами, — Олег Валерьевич кивнул головой в сторону протиральщика и проверяльщиков. — Только никуда не уходи, побудь пока здесь. Посиди на скамейке. Нелли Григорьевна выйдет часа через два: она собиралась поехать в фитнес-клуб. Тогда я тебя и представлю. А сейчас лучше ее не беспокоить. Хозяйка просыпается поздно, ее уже ждут парикмахер, маникюрша, массажист. После фитнес-клуба — шопинг и так далее. Другого времени с тобой поговорить не будет. А от этого разговора зависит многое, точнее — все. Веди себя очень осторожно. Нелли — женщина тонкая и деликатная, но и требовательная. Если не понравишься, сразу от ворот поворот. Понял?

— Понял, — кивнул головой Панов и подумал, что у этой деликатной, тонкой дамы нервы как пеньковые канаты: сын пропал, а она принимает массажистов и посещает фитнес-клубы. Но вслух позволил себе лишь поинтересоваться: — Жена Никандрова ездит в фитнес-клуб верхом?

Новиков уловил в вопросе скрытую иронию, но ее не поддержал и ответил подчеркнуто серьезно:

— Нет, свою лошадь велел оседлать Никита, сын Никандрова. От другого брака, понятно. Его много раз предупреждали, что выезжать на прогулку в лес одному — просто верх легкомыслия. Особенно после несчастья с Дэном. Хорошо, что я вовремя это заметил и настоял на сопровождении охраны. Хотя персонала не хватает: тех, кто не усмотрел за Дэном, хозяин уволил, а новых еще не подобрали. И электронная охранная система по периметру барахлит. Только людей зря гоняем: тревоги оказываются ложными. Полчаса назад опять сработала сигнализация. Послал ребят проверить территорию усадьбы, прилегающую к лесу, и почти наверняка проходят зря: просто где-то что-то закоротило. Но не отреагировать я не могу — а вдруг?! Еще повезло, что Нелли Григорьевна выезжает позже. Надеюсь, Никита к тому времени вернется с прогулки и охрана освободится. Проверку территории тоже закончат минут через сорок, — Новиков тяжело вздохнул, задумчиво почесал подбородок и оценивающе посмотрел на Глеба. — Ты не против, если в экстренных случаях я буду привлекать к сопровождению хозяев и тебя? Естественно, за эту работу предусматривается дополнительное вознаграждение.

— Да ради бога, — пожал плечами Пан. — Лишь бы деньги платили. Но мне в первую очередь нужно ознакомиться с системой сигнализации. Может, не ждать встречи с хозяйкой, а начать прямо сейчас? Никандров ведь уже дал такое указание.

— Да-да, шеф насчет тебя распорядился, но без разрешения Нелли начинать работу нежелательно. Извини, но я приключений на свою… эту самую… голову не ищу.

Приняв к сведению завуалированную характеристику новиковской шефини, Глеб невольно вспомнил и свою бывшую женушку, применявшую истерики в качестве оружия массового изничтожения всех возражавших ей, в первую очередь — мужа, и заочно посочувствовал «счастливому» супругу Нелли Григорьевны. Богатые, как и бедные, тоже плачут — по большей части из-за собственной глупости, а бедолагу Никандрова угораздило жениться в пятый раз, да еще на победительнице конкурса красоты-. От семейного счастья с такой возвышенной особой сбежишь еще и подальше Швейцарии.

Расспросить Олега Валерьевича подробнее о его хозяйке Панов не успел, да и вряд ли Новиков собирался с ним чересчур откровенничать. К тому же в кармане его модного пиджака мобильник запиликал про сердце, гибнущее «в огнедышащей лаве любви». Пока поклонник «вулкана страстей» выслушивал невидимого абонента, он все больше хмурился, а выключив мобильник, даже чертыхнулся, хотя перед этим ворковал медоточивым голосом: «Конечно, Нелли Григорьевна, разумеется, Нелли Григорьевна! Можете ехать сию минуту, Нелли Григорьевна!»

— Нелли сейчас уезжает, — пояснил он противоречия своей мимики с голосом. — Придется отправить с ней охранников Никиты, хотя они и не одеты подобающим образом. А мне остается только молить всевышнего, чтобы Никита Андреевич завтракал подольше и сам задержался с выездом на прогулку. Надеюсь, что охранники, проверяющие территорию, успеют к тому времени вернуться. А если молодому хозяину придется их ждать, начнется скандал и меня ждут большие неприятности.

Поделившись своими надеждами и опасениями, Новиков подал команду, и камуфлированные секьюрити, оставив лошадей, кинулись к «мерседесу» и «БМВ». Только старший группы, тоже по виду бывший военный, оттопырил полу своей пятнистой ветровки и вопросительно посмотрел на начальника охраны.

— Некогда бегать за пиджаками, — отмахнулся Новиков. — Выезжаете немедленно.

«Мерседес» подъехал к парадному крыльцу особняка. Олег Валерьевич поманил за собой Панова, и они вместе с двумя охранниками образовали как бы почетный караул в два ряда от ступенек до раскрытой двери машины, возле которой застыл водитель при своем пиджачно-галстучном параде.

Первым из дома выскочил секьюрити, осуществлявший, по-видимому, внутреннюю охрану помещения. Строгостью и цветом одежды он копировал своего начальника вплоть до темно-серого галстука. Костюмный двойник Олега Валерьевича услужливо распахнул и придержал тяжелую, красного дерева с золотой инкрустацией створку дверей, и на крыльцо вышла красивая голубоглазая брюнетка с обольстительней фигурой. На вид ей было не больше двадцати пяти — двадцати семи лет.

«Не может быть, — подумал Глеб, — или она родила Дэна в двенадцать лет? Хотя по нынешним временам это вполне возможно!»

Нужно признать, что победительницей конкурса красоты она стала вполне заслуженно. Распространяя вокруг себя облако дорогих французских духов и море сексуальности, шикарная дама спустилась по ступенькам и проследовала мимо охранников с таким высокомерным равнодушием, как будто это были не люди, а неодушевленные истуканы. Гордо поднятый подбородок, прекрасные глаза и взгляд, устремленный поверх голов старательной обслуги куда-то в голубую, как и ее очи, даль, заставляли всех особей мужского пола, присутствующих при торжественном выходе новорусской Афродиты, ощущать себя пеной людской, попираемой ее длинными стройными ногами.

Ответив на приветствия Олега Валерьевича и его команды лишь сухим, едва заметным наклоном модно уложенной короны иссиня-черных волос, пятая жена Никандрова уже собиралась воссесть на застеленное леопардовой шкурой сиденье «мерседеса», когда Новиков, деликатно кашлянув в кулак, медовым голосом осмелился напомнить хозяйке, что ее супруг перед отъездом отдал кое-какие распоряжения в отношении налаживания системы сигнализации. Соответствующий специалист уже прибыл, и какие на этот счет будут еще указания и пожелания? Нелли Григорьевна в ответ на новиковский мед сыпанула ему целую горсть морального перца: мол, об охране и сигнализации нужно было думать раньше, и если бы муж своевременно исполнял ее просьбы и набирал в охрану надежных людей, страшного несчастья вообще бы не случилось, Дэн, живой и здоровый, находился бы при матери — а теперь какой толк от всех этих сигнализаций и охран?! В дикой совковой стране, где мужчины легкомысленны и нечутки и, того хуже, полно всякой пьяни, рвани, дураков и безответственных разгильдяев, нельзя ничего наладить в принципе! Олег Валерьевич, видимо, привыкший к внезапным вулканическим взрывам хозяйки, безропотно принял на себя поток «огнедышащей лавы», часть которого явно предназначалась отсутствующему Никандрову, и, переждав эмоциональное извержение, подозвал Панова и представил его требовательной леди. Успокоившись так же внезапно, как и взорвалась, Нелли любезно протянула Глебу руку, и Пан, щелкнув каблуками, запечатлел на ней имитацию поцелуя, чем приятно удивил стильную женщину, не ожидавшую от наемника такой куртуазной прыти.