Читаем без скачивания Мотив омелы (ЛП) - Лиезе Хлоя

Но он этого не сделал.

Улыбка согревает моё лицо, когда я читаю его ответ. Прошлой ночью это сообщение заставило меня засветиться, как семейную рождественскую ёлку, после того как папа накидал на неё всё, что только мог. И сегодня вечером оно снова заставляет меня сиять.

МИСТЕР РЕДДИТ: Тогда хорошо, Кэтвуд. Скажи мне, что почитать.

МКЭТ: Серьёзно? Ты будешь читать любовный роман?

МИСТЕР РЕДДИТ: Буду. С чего мне начать?

Я просматриваю список рекомендаций, которые я ему дала (возможно, я немного увлеклась и перечислила свои самые любимые книги по порядку, но я же книготорговец, рекомендовать книги — моя радость!). Когда я подхожу к концу нашего чата с обычным для Мистера Реддита «Крепких снов, МКЭТ», я прикусываю губу и воюю с самой собой. Мои пальцы зависают над клавишами, до боли желая напечатать то, что я столько раз обдумывала за последние несколько месяцев, с тех пор как мой разум начал задаваться вопросом: а что, если?

Что, если бы моя онлайн-дружба с Мистером Реддитом переросла бы в дружбу в реальной жизни? А потом, что, если однажды это переросло бы во что-то большее? Эта надежда — на возможность большего с ним — постепенно подкрадывалась ко мне с тех пор, как я рассталась с Треем.

Зная, как устроена моя натура, неудивительно, что после года ежедневных бесед с Мистером Реддитом мы стали настолько близки, что иногда по ночам, когда меня захлёстывала редкая волна тоски, именно мысль о нём приводила меня в себя — тепло, которое, как я представляла, наполняет его голос, вдумчивость, с которой он задаёт каждый свой вопрос, и любопытство к моим ответам.

Каждый раз, когда это происходит, я чувствую себя немного более готовой спросить его: «Как ты думаешь, нам стоит встретиться?»

Но пока я смотрю на свой экран, мужество покидает меня, особенно в свете его молчания сегодня вечером. Что, если он всего лишь хочет быть моим другом? Что, если я разрушу эту хорошую, безопасную, утешительную связь, которая у нас есть, когда попрошу исследовать наш потенциал и стать чем-то большим?

Так что, в конце концов, я не печатаю то, что хочу. Я не решаюсь рискнуть и признаться в том, что думает и Марианна — эта бедная, безнадёжная романтичная натура:

«Если бы я только могла узнать его сердце, всё остальное было бы просто!»

Глава 3

Плейлист: Lindsey Stirling, Sabrina Carpenter — You’re a Mean One, Mr. Grinch

По дороге на работу я внушаю себе позитивный настрой. Сегодняшний день будет лучше. Несмотря на то, что я ворочалась с боку на бок, беспокоясь о Мистере Реддите и о том, почему он не прислал сообщение, а затем, когда я, как обычно, обратилась к аудиокниге по историческому роману, чтобы успокоиться, пока не навалился сон, у меня состоялся тревожный опыт чтения книги, герой которой казался точной копией Джонатана Фроста.

Когда я слушала повествование от лица героини, моё воображение отказывалось представлять кого-либо, кроме него — этого сварливого, неулыбчивого засранца-героя, который пах зимним лесом как Джонатан, говорил как грубый, неприветливый Джонатан и выглядел как широкоплечий, мускулистый Джонатан.

Хуже того, продолжая слушать свою романтическую аудиокнигу, я, наконец, заснула. Именно тогда мои сны взяли верх.

Оказавшись в странной мешанине любовного романа эпохи регентства, звучавшего в моих наушниках, и злой работы моего подсознания, я была дерзким синим чулком, прячущимся от битком набитого бального зала в библиотеке её семьи с бульварным чтивом. Джонатан был серьёзным, задумчивым герцогом, чьи радикально благоприятные взгляды на индустриализацию шокировали остальную знать, несмотря на то, что их сельскохозяйственное богатство быстро угасало, поэтому он прокрался в ту же библиотеку, где пряталась я, чтобы сбежать от своих непримиримых товарищей-аристократов и найти себе бодрящую порцию лучшего односолодового виски моего отца.

Но вместо этого он нашёл меня. И спросил, что я читаю. И привет, со мной именно так можно выехать на скоростную полосу дороги к дружбе: поговорить со мной о книгах. Одно привело к другому. Подшучивание забавляло. Габби Синий Чулок была скорее игривой, чем раздражённой. Герцог Джонатан был любопытен, а не сварлив. Вместо враждебности, присущей нашей динамике в реальной жизни, мы были готовы вспыхнуть.

С меня слетели шейный платок и корсет, нижние юбки и застёжки, а затем его большое, сильное тело навалилось на моё, его суровый рот шептал мне на ухо непристойности, заставляя меня извиваться и задыхаться под ним. Это было так ярко: ревущий огонь, мягкая сброшенная одежда под моей спиной, пока он наполнял меня, прикасался ко мне, умело доводил до наслаждения, как будто он изучил каждый дюйм моего тела и точно знал, как свести меня с ума…

Раздаётся гудок, вырывающий меня из моих мыслей. Я вышла прямо под колеса встречного движения, для которого горит зелёный свет.

— Смотри, куда идёшь! — кричит таксист.

К счастью, их голоса и прерывистые гудки заглушаются моими наушниками с шумоподавлением. Подобные громкие звуки причиняют боль моему мозгу. Я поднимаю руку в знак извинения и спешу перейти улицу.

— Простите!

Прибавив скорость, я несусь по тротуару. Я снова опаздываю, потому что проснулась такой взволнованной после своего сна, такой возбуждённой, что едва смогла нормально одеться. Затем я вышла за дверь без сумки и поняла, что не надела ботинки. Я в полном раздрае.

И у меня кризис. Потому что для меня привлекательность работает не так — я желаю людей, с которыми чувствую близость, связь. Которые мне нравятся. Джонатан мне не нравится.

«Но действительно ли нравиться — это то, что тебе нужно? — шепчет дьявол у меня на плече. — Или это близость? Связь? Ты связана с ним, не так ли?»

«Скорее уж заточена с ним в ловушке, — напоминает ангел на другом плече. — Запутана. Порабощена. И это не хорошие вещи».

Ангел права, но и дьявол не ошибается. Мы с Джонатаном связаны. Да, это запутанная связь, объединённая нашей любовью к книжному магазину, но разделённая взглядами на то, как им управлять; мы противоположные личности, которые терпеть друг друга не могут, но во многих отношениях знают друг друга изнутри, однако это не делает нашу связь менее прочной. И, Боже, какое абсурдное количество времени мы провели вместе, будучи только вдвоём в книжном магазине, препираясь и провоцируя друг друга. Сколько, по словам Джонатана, прошло часов? Больше двух тысяч?

Это очень много. Слишком. Это явно действует мне на нервы, заставляя моё тело фантазировать о том, чего мне меньше всего следовало бы хотеть от мужчины, которого я терпеть не могу.

«Наверняка есть причина, по которой ты фантазируешь о нём, — шепчет дьявол. — Разве ты не хочешь это выяснить?»

Ангел чопорно цокает языком, качая головой. «Раньше она фантазировала о Мистере Реддите. Вот о ком она должна фантазировать…»

— Уф! — я вскидываю руки и топаю по тротуару. У меня нет времени на эти дебаты между ангелами и дьяволами. У меня даже нет времени взять себе горячего какао с мятой. А это значит, что мой распорядок нарушен, я голодна, мне не хватает сахара, и мне катастрофически не хватает вкусных сезонных напитков.

Как раз в тот момент, когда моё настроение действительно ухудшается, в наушниках начинает звучать джазовая версия «Sleigh Ride» в исполнении Эллы Фитцджеральд (конечно же), и я не могу удержаться от лёгкой улыбки. Внезапное счастье, которое приносит музыка, напоминает мне о том, как я начала этот поход на работу: решительно настроилась оставаться позитивной. Так что я подбадриваю себя, завершая прогулку до магазина. Сегодняшний день будет лучше! Работа обещает быть отличной! Книжный магазин красиво украшен к праздникам; у меня впереди целый месяц весёлых праздничных мероприятий, которые привлекут толпы людей, продадут книги и поднимут настроение. И никакой травмирующий сексуальный сон о Джонатане Фросте в обтягивающих бриджах меня не сломит.