Красавец-эльф галантным жестом протянул ей руку.
– Идём, моя хорошая, нас уже ждут... – вдруг на его лице промелькнуло лукавое выражение. – Постой! Будь добра скажи своё истинное имя. Ведь я должен представить тебя своим подданным.
Девчонка немедленно спрятала руки за спину и виновато посмотрела на эльфа.
– Извини, Раэтиэль, ведьма никому не должна говорить свое истинное имя. Если это препятствие, то я пойму твой отказ взять меня с собой.
Лесной король заколебался, а затем снова протянул ей руку.
– Ладно, идём! – сказал он со вздохом. – Я уже настолько привык к твоим ненормальным выходкам, что переживу ещё одну. На самом деле зря ты упрямишься, в мире фейри не действуют правила реального мира, во всяком случае, многие из них. Всё равно у нас ты получишь другое эльфийское имя, а от старого придётся отказаться.
Хитрый Лесной король не сказал, что отказаться девчонке придётся не только от имени.
* * *
– Матушка! А дальше? Что было дальше?
– Э нет! Хватит на сегодня! Пора спать, девочки, завтра услышите продолжение сказки.
КРУГ ВТОРОЙ
– Ой, девочки, идём купаться перед сном! Я только что от озера – водичка теплая, как молоко!
– Ну тебя, Белочка! А вдруг русалки балуют? Я боюсь.
– Лисичка, хитрая сестричка! По амбару прыг-скок пропал наш петушок! Не бойся, подружка, если хвостатая будет безобразничать, то мы её поймаем и пустим на уху! В конце концов, ведьмы мы или нет?
– Вот ещё глупости – есть русалок! Долгой жизни и молодости нам, ведьмам, и так хватает, а вот прокатиться на них можно не хуже, чем на дельфинах.
– Не придумывай, Кузнечик! Не может быть, чтобы кому-нибудь удалось заловить русалку в родной стихии.
– Честное слово, я как-то оседлала одну! Уж она прокатила меня с ветерком!
– Небось, ты поймала ту несчастную, что сходила с ума от любви к Лесному королю, и выбросилась на берег?
– Дура ты, Осинка, и не лечишься! Неужели ты могла подумать, что я стану издеваться над бедняжкой?! Ей и так несладко пришлось. Ведь еле уговорили и выпихнули эту дурочку в воду, а то она совсем уж собралась отбросить хвост на берегу. А прокатила меня мама русалки, в благодарность за спасение дочери. Вот!
– Ой, хвастунья!..
К задумавшейся наставнице подскочила Белочка, весёлая светловолосая девочка лет десяти. Обхватив её за талию, она заглянула ей в лицо и чуть слышно проговорила:
– Сестричка, можно нам искупаться?
Женщина нарочито строго глянула на девочку.
– Белочка, сколько раз просить? Называй меня матушкой, как остальные девочки. Пока ты ученица в ведовской обители забудь, что мы сёстры. Хорошо? А то я буду вынуждена передать тебя другой наставнице.
– Нет-нет! Матушка, я хочу быть только с тобой! Если ты передашь меня другой наставнице, то я заболею и умру! – воскликнула девочка и зарылась лицом в передник, знакомо пахнущий крахмалом и сушёными травами.
– Ах ты, озорница! Не бойся, я никому тебя не отдам, но и ты веди себя как ученица. Я не хочу, чтобы девочки думали, что у меня есть среди вас любимицы.
– Я твоя любимица! – проговорила Белочка и громко всхлипнула.
– Конечно, малышка, – наставница решительно высвободилась из кольца детских рук и, опустившись на корточки, с заговорщицким видом приложила палец к губам. – Но это же наш маленький секрет. Не так ли?
– Сестричка!.. – поймав предостерегающий взгляд, девочка поникла, и её губы задрожали, но она не заплакала. Отступив, она почтительно поклонилась. – Простите, матушка, это больше не повторится.
– Вот умничка!
На лице наставницы появилось одобрительное выражение. Выпрямившись, она всё же не устояла и ласково провела по растрёпанным волосам девочки. Делая вид, что не замечает её просиявшего личика, она громко проговорила:
– Идите купаться, девочки. Только не обижайте русалок, хорошо? Они злопамятные создания и, обидевшись, найдут способ отомстить даже нам, ведьмам.
Ученицы не заставили себя уговаривать. С радостным визгом они бросились к озеру, и вскоре его тишину и спокойствие нарушили звонкие девичьи голоса и счастливый смех. Наставница укоризненно покачала головой и мысленно попросила прощения за поднятый шум и гам у местной предводительницы общины ундин.
Она сразу же откликнулась: "Не беспокойся, Волчица, русалки не обидят твоих учениц. Моя благодарность за спасение дочери остается в силе, ты в любое время можешь потребовать всего чего захочешь. Конечно, если в моих силах будет исполнить твоё пожелание"
"Ну, что ты, Берегиня! Я старалась не из благодарности. Как там сейчас бедная девочка?"
"Плачет, но больше не рвётся умереть. Спасибо за это тебе и милостивым богам. Очень жаль, что я не уберегла дочку от своей судьбы. Любовь – наше проклятие, обрекающее нас на вечные страдания», – печально прошелестела ундина. Она с жалостью глянула на юную русалочку, которая спала, положив ей голову на колени. Даже во сне по её щекам скатывались светлые жемчужины, заменяющие русалкам слёзы. Берегиня взялась за отложенный костяной гребень и, расчёсывая густые волосы дочери, тихо запела:
Ночь укрылась чёрным пледом,
Согреваясь в свете звёзд.
И сплетает быль и небыль
Из страны волшебных грёз.
* * *
Закрывай, принцесса, глазки,
Баю-баю, ангел мой.
Верь, когда-нибудь из сказки
Принц придет и за тобой.
Золочёная карета
Повезёт тебя к мечте –
К встрече с утренним рассветом,
К ясной утренней звезде.[1]
Очарованная пением наставница стряхнула с себя дрёму и предложила: "Хочешь, я попрошу Оберона, и он возьмет её в своё королевство..."
"О нет! Только не это! – быстро перебила её ундина. – Я же родила дочь от смертного и у неё есть душа".
"Понятно! Прости, больше я ничем не могу помочь".
"Тебе не за что извиняться, Волчица. Ведь ты и так много сделала для нас с дочерью. Всё хорошо, пока действует заклятие забвения любви".
"Через три луны его нужно будет обновить. Приплывайте, я буду ждать вас на том же месте, где и прошлый раз".
"Спасибо, Волчица, ты – добрая девочка. Надеюсь, что судьба не будет к тебе жестока. До встречи".
"До встречи, Берегиня".
Почувствовав, что местные деревенские подростки подглядывают за обнаженными ведьмочками, резвящимися в озере, наставница не сразу их шуганула. Она решила, что мальчишкам не помешают чудесные воспоминания о теплой летней ночи и красивых девушках, – ведь жизнь людей скоротечна и в ней слишком мало прекрасного.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
