клешней. Своего рода месть, за погрызенную ногу. Сашка рассуждал над тем, как это такая орда членистоногих не успела его пожевать, в то время пока он покоился на валуне.
«Наверно как то всё быстро произошло: Приплыл, полежал пол часа и пробудился, или орда долго собиралась, они же в основном на тухляк лезут, вот и ждали пока я завоняюсь. Только один нетерпеливый попался, разведчик. Хотя спасибо ему, не пришлось мне от ненасытной орды отбиваться, да и ранка уж как то быстро затянулась, видимо морская вода подлечила.» Разглядев подходящий камушек среди валунов, Саня его подобрал и выпучив на камень глаза, удивлённо, на матершинном языке, прокричал кучу гадостей:
«В такого размера камне, должно быть веса килограмма три, ну чёрт с ним два, а он весит легче яблока!?» Отбросив этот неправильный камень, он подобрал другой, немного побольше, но и этот камень, точно так же обрадовал своим весьма странным свойством. Сашка стал разглядывать этот странный камушек: На вид обычный обломок скальной породы, не слоистый, не пористый, немного шершавый на ощупь, приятного светло чёрного цвета и острые края. Вокруг всё было усыпано такими же камнями, размером либо намного больше, либо меньше и все большие камни были плоскими, почти одинаковой толщины. Саня с силой бросил камень в ближний валун, снова обратив внимание на то, что сделал это движение с трудом, как то медленней чем обычно. Камень, глухо ударившись о валун, немного отскочил и целёхонький прокатился мимо ног. На валуне так же не осталось никаких следов удара. Подойдя к валуну, Сашка взялся обеими руками за один край и напрягшись, но без особых усилий, перевалил его на другой бок.
«Что-то тут совсем не то. Значит так я дохленький, а эдак прямо Геракл какой-то? Да он тонну, если не больше должен весить, этот камушек!!» Голова снова превратилась в улей, с бешенными пчёлами. Сашка, обхватив голову ладонями, опустился на валун. Из тучи бредовых мыслей выделялась одна:
«Да, он точно утонул, находится в неизвестном статусе, да ещё не на своей земле и что делать теперь, вообще непонятно.» Посидев и оплакав себя с пол часа, Саня ощупал своё лицо, уши и волосы. Убедившись в том, что всё своё и ничего чужого не выросло, решил следовать своему первоначальному плану, так как надо что то делать. Альтернатива сидеть здесь и молится за упокой, была ему не по нраву. Так можно и второе пришествие дождаться.
И вот, занятый делом Санёк, хватал краба за крабом и как можно сильнее, швырял их об валун. Затем быстренько, отрывал у контуженых крабов клешни. Надёргав так, чтобы можно было унести двумя руками, он выложил стрелку из валунов, стрелка указывала на место его пробуждения здесь. Эта мысль, показалась ему не бредовой. Вдруг надо будет сюда вернуться, а через неделю где, куда, какой камень, всё забудется.
«А вдруг бабы, а я без телефону и в подъездах заплутал.» Вспомнился Олег Анатольевич.
«Сидит сейчас на моих поминках, плачет наверно, алкаш долбанный.» Саня ещё раз посмотрел по сторонам и собрав свой потенциальный ужин, прямиком направился к горе.
Глава 6
Пройдя и кое-где пропрыгав, с валуна на валун, Сашка подошёл к большому островку травы меж камней, это была обычная такая же как и дома трава, невысокая, густая и очень сочная на вид. Саня не знал и к тому же забыл её название. У него на даче, в саду под грушевым деревом, была такая же полянка, мягкая и постоянно зелёная. Такая трава даже под снегом зеленела. Глядя вокруг он вспомнил, как недавно всего пару недель назад, собирал в такой траве спрятавшиеся, перезрелые груши. На самом дереве груши были хоть и большие, но кислые, а вот пару дней пролежавшая на земле паданка, это самое милое дело для грушевого вина. Насобирал в ёмкость, обрезал всё некрасивое, немного залил холодным кипятком, постояло недельку и по бутылочкам. А дальше всё красиво, песни, разговоры, только ноги не ходют.
«Пустил слюну, хоть траву эту жри.» Выругался Санёк. По траве обходя валуны, он дошёл до невысоких кустов, это были неизвестные ему тонкие деревца под два с половиной метра ростом, с жиденькой кроной и коричневого цвета корой. Земля под ногами была очень мягкой, щиколотки легко погружались, оставляя хорошо видный глубокий отпечаток. Скорее всего, трава за много лет сформировала толстый, торфяной слой.
«Хороший костёр тут не распалишь, сгорит всё к чертям.» Подумал Сашка, высматривая сухие ветки в траве. Для разведения огня нужны были три подходящие по толщине ветки, но пока попадались только очень тонкие. Насобирав хвороста, он сложил его на валун рядом с клешнями и стал ломать подходящее деревце, с целью соорудить себе трость для обшаривания травы. Ногами особо не пошаришь, заплетаются в густой траве, да и вдруг змея, а он без калош. Ох и намаялся он с этим деревцем, тонкое с виду, оно никак не хотело ломаться, гнулось в разные стороны как резиновое, пока Саня не догадался острым краем камня, перепилить и наконец добить непокорную древесину. Верхушку посоха, он обрубил уже на валуне. Получилась неплохая, крепкая трость, правда концы у неё были как мочалка.
«Ну вот, по спиняке кому на получи!» Махался, опробовав своё оружие Сашка. Побродив ещё немного, он всё же отыскал несколько подходящих веток и набрав немного сухой травы, пошёл обратно к валуну с едой. Подходя к месту, его передёрнуло от неожиданности и испуга, когда краем глаза заметил как что то шевельнулось на валуне. Подготовив свою дубину к бою, он не торопясь приближался к камню, разглядывая:
«Что там за тварь копошится в моей еде? Не то крыса, не то белка, пепельного цвета с большими чёрными глазами и коротким хвостом.» Тварь сидела к Сашке мордочкой и грызла панцирь крабъей клешни. Как казалось она совершенно не обращала внимание, на большую белую обезьяну, приближающейся к ней. Но когда обезьяна, со свистом замахнулась своей дубиной, её и след простыл, да так ловко она увернулась, что Саня так и застыл на месте.
«Вот твари, поесть не дадут и так всё украли, чего вам ещё надо!?» Закричал, трясущийся от напряжения Сашка. Видимо крыске, нечего больше не надо было и она не спеша удалялась, шебурша по траве. Крыска даже не подозревала того, что завела себе лютого врага, в лице любимца и любителя кошачьих особей, Александра Витальевича. Кошачьих Сашка очень уважал, он и сам был как кот,
