Читаем без скачивания Путешествия к американским берегам - Лаврентий Загоскин

Собираясь уже к выезду из Америки, отправил я 7 марта к мысу Св. Ильи43 для учинения дальнейших описаний, не оконченных в прошедшем году, и для построения на том мысе крепости пять человек из российских, которым будут помогать во всем оном, разумея и соглашение к миру тамошних жителей – до 47° простирающимся тысячу человек коняг Кадьяка и других островов и 70 лисьевских алеут, добровольно из платы служащих, коим я велел по берегам ставить кресты и закапывать в землю обломки горшечные, кору березовую и уголья.

Оные посланные в последних числах марта прислали ко мне двух человек из Чинигацкого жила44, уведомляя, что тойон Шуеха45, оставя меня, изменил, а прежде того порученных в его сохранение работных и толмача, кои от меня посланы были для обозрения Кенайских губ, убил.

Для сего случая требовал от меня людей к отражению кенайцев, выехавших близ Шуеха с американских берегов, коих количество простиралось до тысячи человек. Получа сие уведомление, отправил я туда из гавани две партии: первую в 30 человек из работных российских людей с одним предводителем, а вторую с особым правителем, состоящую из коняг и лисьевских алеут, добровольно служащих, приказав занять на Афогнаке46 против острова Шуеха способное для гавани место и построить крепость по данному плану и между тем в гавани исправлять галиот «Трех Святителей» для похода. 19 мая получено с островов Афогнак и Шуеха от посланного туда известие, что по соединении наших сил предприятие кенайцев уничтожено. После заложена на Афогнаке крепость, а, наконец, по данному от меня приказанию, заложа таковую же и при Кенайской губе, отправились по американскому берегу к мысу Св. Ильи. Для окончания сих строений оставлена там особая партия. Остров Афогнак и противу лежащий Америки берег, так как и остров Кадьяк, имеют наилучшие гавани; земля плодоносна, рыбы, птиц разных родов великое множество, луга покрыты травой и пажитями, лесов, годных для строения судов и других зданий, на Шуехе и американском береге находится в великом изобилии.

В сей год американских и островских жителей в гавани во все наши артели, с разными церемониями и просто, ежедневно приезжало несравненно более первой зимы. Не упущено при сем случае ничего, чем бы только знаки дружества и тихости нашей изъявить. Сильнейшие ветры нынешний год дули более от севера и запада; от востока же очень малые, а от полудня47 во всю зиму никаких почти не было. Дождя зимой очень редко было видно, но большей частью перепадал снег, который на таких местах, где ветры не могли действовать, лежал толще аршина; где же ветры могли сносить оный, там и не мог он долго пролежать.

22 мая на галиоте «Трех Святителей» я вышел в море, будучи провожаем тойонами кыктакских, американских и других островов и лучшими людьми из коняг; и того ж часа увидели на море с распущенными парусами нашей компании третий галиот «Св. Михаила», идущий в гавань. Я, подъехавши к оному и переменив находящегося на нем мореходца, отправил его в гавань, предписав назначенному там правителю из бывших на островах Шуеха и Афогнаке, чтоб он по приезде с оных островов отвел тот галиот в назначенную при крепости на Афогнаке гавань.

Должен я еще здесь упомянуть и о галиотах, на каком им там основании надлежало оставаться. Одному предписал я наставлением, данным мной поверенному Самойлову, плавать по длине от 40 до 77°, считая от Охотского меридиана, который я первым поставлял в своем исчислении, а по широте от 60 до 40° в открытом море; другому же – к северу при сближении там двух частей света, для сыскания неизвестных мест и островов. Третий, на котором выехал я из Кадьяка, был обращен в транспортное судно, на котором каждый год приятным долгом я почитаю уведомлять правительство о делах тамошнего края. После пустились мы от Америки с таким намерением, чтоб пройдя 45° широты и по той линии плыть прямо к западу а поравнявшись с Камчатским мысом48, подняться к оному и, пройдя Курильский пролив49, склониться к Охотску. Намерение сие имел я для того, что не увижу ли по сей линии между 40 и 50° неизвестные какие-либо острова, но, по несчастью, ветры беспрерывно все лето дули между западом и не допустили исполнить сего намерения, и потому принужден был идти как только возможно прямо в Охотск, но и в том противные ветры препятствовали.

Во время сего пути из числа гряды островов видели Четыре Сопочные и Амухту. Сей последний остров от огнедышащих гор казался весь в пламени. Лавируя же, видели Сиугам, Амлю, Ахту и другие Андреяновские острова. До первого Курильского острова дошли и при оном на первый якорь стали 30 июля. Поскольку бывших со мной 12 человек российских работных людей цинготная болезнь привела в крайнюю слабость, то всю матросскую должность на судне исправляли ехавшие со мной из любопытства в Охотск американцы, которые на 31-е число на галиот и свежей воды с первого Курильского острова навозили 40 бочек. В рассуждении моря достойного примечания сказать можно только то, что около Камчатской земли течение оного наисильнейшее и волнение не только во время ветра, но и в тихую погоду столь велико, что от оного судно, весьма качаясь, почти касается бортами воды.

1 августа галиот завели в первый Курильский пролив. Великий ветер задержал тут до 5-го числа, а в сей день провели оный во второй Курильский пролив50 к гавани; 7-го числа отправясь, склонились к Большерецкому устью; а 8-го числа против оного устья стали на якорь, и я на байдаре вышел на берег и, возвратя оную к судну, сам остался для покупки свежей рыбы. Исполнив сию надобность, я желал было возвратиться на судно, но разные препятствия не допустили. Между тем галиот сильным ветром сорвало с якоря, и поскольку слабость здоровья людей, на оном находящихся, лавировать не позволила, то сие тем далее разлучило меня от судна. Наконец я, наняв бот, пустился к Болыперецкому селению51, куда прибыл 15-го числа, и решился отправиться в Охотск вокруг землей на трех верховых лошадях, купленных мною тут за 200 рублей. Но в самое то время из Петропавловской гавани в Большерецк дошло сведение, что прибыл в оную 9-го числа аглинский корабль и что оный намерен тут простоять не более 20 дней. Имея желание узнать о месте, из коего пришел сей корабль, о причине его путешествия, да и не откроется ли через то какого-либо для нас полезного сведения, решил на время отменить поездку в Охотск, чтоб между тем побывать в Петропавловской гавани.

20-го числа, отправившись на верховых лошадях, 23-го туда приехал. Агличане, приметив с корабля мой с людьми приезд, поспешили на шлюпке сойти на берег. Начальник корабля – капитан с двумя офицерами обошлись с нами ласково и из казенного дома склонили меня идти с ними на корабль, где показали образцы своих товаров и сказывали, что они привезли с собою от Индийской компании52 к камчатскому начальнику письма, изъявляющие желание оной завести торг в Камчатке, и что оная требует на то позволения от России. Я, между прочим, не давая о себе знать, старался разведывать, отколе они пришли и где имели плавание, потому что не скрывали они от меня своей карты. Узнал я, что они по нашему счислению 20 марта вышли из Бингала, лежащего под 23° северной широты, из Малакки – 16 апреля, в Кантон прибыли 29 мая, из Кантона вышли 28 июля, в Петропавловскую гавань приплыли 9 августа. Офицеров на корабле: агличан три, португальский один, матросы – агличане, индейцы, арапы и китайцы. Всех людей 70 человек; корабль весь красного дерева, обит латунью до бархвутов53, о двух мачтах и 28 парусах, по килю груз 31/2 фута, с двенадцатью пушками по деке54.

Вид Петропавловской гавани в конце XVIII в.

Рисунок из альбома Г. Сарычева

В бытность мою на сем корабле весь день до ужина был угощаем разными питьями; после ужина в 10 часу начальник корабля капитан Вилиам Питерс проводил меня со своими офицерами до казенного дома на шлюпке, отложа притом торг до прибытия камчатского начальника, 25-го числа прибыл туда камчатский исправник барон Штюнгель55, а 26-го и 27-го через него на французском языке условились о пошлине с тем, что какая вышним правительством положена будет, таковую обязались они безоговорочно заплатить, и тогда начали производить торг. 28-го числа соглашались, какие на будущее время товары привозить в Камчатку, а напротив того и от нас получать, и по каким ценам. 29-го, 30-го и 31-го принимал я от агличан сторгованные мною товары, а 1 сентября прием и счет окончили. Всего товара было принято мною на 6611 рублей; в то число я им заплатил тысячу рублей, а в достальных дал вексель по объявлении в два месяца заплатить в Москве с шестью процентами на год. 3-го числа, простясь с агличанами, отправился из гавани в ботах; агличане же намерены были выходить непременно 4-го числа. В Большерецк прибыл я 8 сентября, и все купленные мною у агличан товары продал тотемским купцам, Пановым приказчикам56 и другим. Барыша от их товаров получил по 50 копеек на рубль.