Читаем без скачивания Огонь - Сара Б. Элфгрен

— Симпатичный папоротник, — сказала она.

Николаус просиял:

— Да, в такую жару приятно видеть зелень.

Анна-Карин хотела рассказать ему про лес, но передумала. Николаус и так нервничает, не нужно его еще расстраивать.

— Ты чем-то озабочена? — спрашивает он.

— Думаю про вас. Что вы думаете про все это. Я имею в виду могилу.

Николаус натянуто улыбнулся:

— Должен признать, это очень неприятно…

Тут в дверь зазвонили, и Николаус пошел открывать.

— Здравствуйте, — раздался с лестницы голос Мину.

Мину входит в комнату и с удивлением смотрит на Анну-Карин:

— Ты тоже?..

— Я попросила Николауса меня подвезти.

Девочки смотрят друг на друга. Они здесь оказались по одной и той же причине. Интересно, понял ли это Николаус.

Ванесса настежь открывает окно, хотя знает, что это не поможет. На улице душно и жарко. Но внутри, в комнате Юнте, дышать совсем невозможно — Лаки, Юнте и Вилле ставят рекорды по курению травы.

Вилле пообещал Ванессе осенью завязать с наркотиками и найти работу. И Ванессе очень хочется ему верить. Она опустилась на диван рядом с Вилле. Скоро ей нужно ехать на кладбище. Маме Ванесса сказала, что останется у Эвелины, Эвелине — что проведет ночь с Вилле. А Вилле Ванесса предупредила, что вернется домой. За завтраком ей придется соврать маме, что она поссорилась с Эвелиной и потому вернулась ночью домой. Таким образом, за несколько часов Ванесса несколько раз обманет маму, Вилле и одну из своих лучших подруг. С тех пор как она стала одной из Избранниц, она постоянно лжет. И постоянно боится запутаться в собственной лжи.

— М-м-м, какая вкуснота! — стонет Лаки, набивая рот лимонным кексом.

С его губ сыплются крошки. После курения травки на Лаки нападает ненасытный голод. Это напоминает Ванессе то далекое время, когда Избранницы после первых упражнений в магии должны были немедленно подкреплять свои силы едой и сладостями.

— Ванесса, ну возьми пивка, — говорит Вилле, окутывая ее облаком сладкого дыма. — Что ж ты просто так сидишь…

— Давай, присоединяйся, — зовет ее Лаки и дружески толкает в плечо: — Ты чего-то от нас отбилась! И в «Ётвендарен» в субботу не была. А мы там сурово потусили!

— Думаю, как-нибудь переживу и без вашего «Ётвендарена».

— Можно подумать, у тебя есть выбор!

Вид у Лаки довольный. В кои-то веки в споре с Ванессой последнее слово осталось за ним. В день последнего школьного звонка[5] Ванессу и Эвелину выставили из гостиницы «Ётвендарен», единственного места в городе, где можно потанцевать и развлечься. Причина — сломанный унитаз и потоп в туалете. Счастье еще, что хозяева гостиницы не сдали девушек в полицию. Спасло то, что они были несовершеннолетними и их по идее вообще не должны были пускать на вечерние мероприятия.

— Ты бы видела Вилле… — продолжает Лаки, но Юнте обрывает его:

— Заткнись!

Лаки запинается на полуслове и начинает смущенно скручивать новый косяк.

— Ване-е-есса, — тянет Вилле, склонив голову набок и стараясь принять умильный вид. — Почему ты не хочешь расслабиться?

— Потому что я супергерой и иду сегодня на тайное задание, — серьезно говорит Ванесса. — Вот почему.

Вилле смеется, думая, что она шутит.

Ванесса смотрит на Юнте, который не сводит с нее серьезных темных глаз. Иногда ей кажется, что он знает больше, чем ему полагается знать. Или не знает, но догадывается.

Жуткие часы с кукушкой на стене начинают куковать. Ванессе пора идти.

— Ты такая красивая, — говорит Вилле. — Суперкрасивая. Ты знаешь это? Ты самая лучшая девушка во всем мире. Я тебя недостоин!

Ванесса смотрит на Вилле. Его длинные светлые волосы разлохматились и торчат в разные стороны. Пора стричься. Но Ванессе так нравится больше. Поцеловав Вилле, она встает с дивана.

— Мне надо домой, — говорит она и поворачивается к Юнте: — Можно взять твой велосипед?

Юнте кивает и поправляет бейсболку. Он не может ей ни в чем отказать. Ванесса слишком много про него знает. Юнте боится, что она все расскажет Вилле. Например, про то, что он спал с Линнеей, бывшей девушкой Вилле. Или про то, как Линнея украла у Юнте пистолет. Тот самый, который потом нашли в столовой возле Макса.

Ванесса мчится по шоссе, встречный ветер освежает лицо, руки и ноги. Это приятно, но недостаточно, чтобы как следует охладиться. Больше всего Ванессе хочется сейчас сложить на груди руки и лечь в какой-нибудь огромный холодильник, как вампиры ложатся в гроб.

Велосипед такой же никудышный, как его владелец. Руль перекошен, и Ванессу все время заносит влево, к тому же на кочках старая машина гремит и звенит, того гляди развалится. Ванессе даже показалось, что она слышит, как выпадают из своих гнезд и падают на дорожку винты и гайки.

Белая облицовка кладбищенской стены таинственно поблескивает в свете луны. Возле ворот стоят девочки и ждут Ванессу.

Вид у всех взволнованный. А Ванесса рада. Наконец что-то начинает происходить. И можно действовать, а не просто сидеть и ждать, пока на тебя нападут демоны.

Велосипед попал в ямку и вильнул. Ванесса чуть не свалилась, но удержала равновесие и затормозила возле ворот. Спрыгнув с чертова драндулета, она пнула его ногой. Больной палец заныл снова, Ванесса тихо выругалась.

Даже не глядя на Линнею, Ванесса знала, что Линнея улыбается. Вот бы разделить с ней эту улыбку, как бывало раньше!

Линнея обещала, что не будет больше читать их мысли. Что она не признавалась в своих способностях только потому, что боялась напугать девочек. Но что бы она ни говорила, Ванесса ей не верила и не могла ее простить. Они подружились с Линнеей после битвы в столовой с Максом. Или даже раньше. А вдруг Линнея все это время знала, как себя вести с Ванессой и что ей говорить, просто потому, что читала ее мысли?

Ванесса уже в который раз мысленно возвращается к субботнему вечеру в квартире Линнеи, когда они вместе смеялись над проблемами, осложнявшими их жизнь. Когда недоверие отравило это воспоминание, Ванесса поняла, как много для нее значил тот вечер.

Сначала она разозлилась на Линнею и стала игнорировать ее. Но с каждым днем делать это было все труднее и труднее. Ванесса с удивлением поняла, что сильно скучает по Линнее. Но едва она задумывалась о примирении, как обида опять вспоминалась и Ванессу снова захлестывал гнев.

В этом-то и проблема. Ванесса не может без Линнеи. И не может ее простить.

— Мы тут всю ночь будем стоять? — спросила Ида.

Вид у Николауса сделался решительным:

— Ида права. Пойдемте поглядим, что там.

Они вошли в ворота, гравий зашуршал у них под ногами. Линнея остановилась и подождала Ванессу, но та сделала вид, что смотрит прямо перед собой.

— Как дела? — спросила Линнея.

— Норм, — ответила Ванесса тоном, исключающим всякое продолжение разговора.

Но Линнея продолжала смотреть на нее. Ванесса стала сосредоточенно напевать про себя любимую песенку Мелвина, чтобы только не дать Линнее подслушать ее мысли.

Линнея еще раз посмотрела на Ванессу, потом отошла, присоединилась к остальным и стала показывать, куда нужно свернуть, чтобы попасть на старую часть кладбища.

Узкая тропинка вилась между покосившимися от времени плитами и чугунными крестами. Похороненные под ними люди жили столетия назад, и теперь уже никто не мог бы рассказать, какими они были, как выглядели. Эта мысль одновременно поражала и пугала.

— Вот, — показала Линнея.

Могила, у которой она остановилась, была неприметной и скромной по сравнению с роскошными соседними надгробиями. Линнея зажгла карманный фонарик и посветила на высеченное на плите имя Николауса.

Мину посмотрела на Николауса. Он стоял неподвижно, как те жуткие мимы, которые на площадях изображают статуи. Мину попыталась угадать, что он чувствует.

— Подумаешь, — сказала Ида. — У Николауса был предок, его тезка. Не понимаю, зачем мы притащились ночью на кладбище. Кот хочет, чтобы мы занялись изучением родового древа Николауса?

Мину закипела, но постаралась сдержаться.

— Memento mori, — сказала она. — Помни о смерти. То же самое было в письме, которое Николаус написал сам себе. Мы все время думали, что это значит, и теперь, может быть, узнаем.

Ида, подняв брови, посмотрела на Николауса, однако тот продолжал молчать.

— Ладно, — сказала Ида. — Тогда объясните, что это за могила.

Николаус только замотал головой.

Против своей воли Мину разозлилась на Николауса. Она не знала, чего ждала от этого визита на кладбище, но хоть как-то Николаус должен был отреагировать!