– Ну? – колдун явно требовал отчета.
– Сделано в лучшем виде, – пробасил Прохожий. – Внучка твоя попалась в наши сети. Что с нее взять – мать, она и есть мать. Самое уязвимое на Свете существо! Бьюсь об заклад, что она уже сделала выбор между сыном и другими людьми. Конечно, сын ей дороже.
– И она не будет больше лечить односельчан?
– Ясное дело, не будет!
– Замечательно. Если светлый дар долгое время не востребован, он сам по себе перерождается в дар черный. Это – закон. Так что внучка будет с нами. Но этого мало. Нужен наследник. Мужчина. Ее сын. Мой наследник!
– Он же еще не родился.
– То-то и хорошо. Мы поможем ему родиться в нужном месте и в нужное время. Ты доставишь туда Ясю (тьфу, имя-то какое светлое!) и как можно скорее.
– Она и сыну имя придумала не лучше – Зорень.
– Ненавижу солнце, ненавижу зарю! Не будет у моего наследника светлого имени! Пусть пока зовется – Вороненок.
Глава 6
Атей сидел на большом сером валуне, расцвеченном яркими желтыми пятнами лишайника, и смотрел на воду. Еще вчера река томилась под сплошным ледяным панцирем, а сегодня, после обильного ночного дождя, будто вздохнула глубоко – и выплеснулась из-подо льда, подняла его на себе, собираясь с силами, готовясь изломать в одночасье надоевший хрустальный убор.
«Экая силища! – думал Атей о воде. – С виду такая мягкая и податливая, а придет время – все на своем пути сокрушит».
По льду реки Атей шел уже не один день. Сначала дорога была легка и безопасна. Потом все чаще стали попадаться полыньи, лед истончился и временами хрустел под ногами. И вот – река изготовилась к ледоходу. Это означало вынужденную задержку в пути.
– Ничего, пройдет лед, и я наверстаю упущенное время – утешал себя Атей. Он вспомнил, как дедушка Арсай, наставник и защитник, говорил ему и Персиле:
– Путь ваш, ребятки, ведет на юг. Там, в ковыльных степях у берегов теплого моря каждый год собираются потомки царей древнего народа – скитов. Там передают они тайные знания вновь посвященным.
– Как же мы найдем дорогу в те степи? – любопытствовала сестренка Персила.
– Не так уж это сложно. В наших краях все реки текут на юг. Достаточно найти ручеек, пусть даже самый маленький, и идти вниз по его течению. Ручеек приведет к реке, река – к морю.
– А как же, дедушка, найти то место, где собираются скиты: в степи ведь и заблудиться недолго?
– В степи нужно отыскать древний курган, под которым покоится царица Астава…
– Это же все равно, что найти иголку в стогу сена! – перебил старика Атей.
– Имей терпение дослушать, сынок, – Арсай укоризненно покачал головой. – И место, и время посвящения поможет узнать вот это.
Старик положил на ладонь меленький мешочек из мягкой кожи, стянутый кожаной тесьмой. Персила осторожно потрогала мешочек пальцем и вопросительно взглянула на наставника.
– В этом мешочке – сушеные мухоморы.
– Зачем нам мухоморы – мух морить?
– Нет, моя девочка. Мухомор – не простой гриб. Есть у него тайная сила возвращать людей в их далекое прошлое. Такое далекое, что обычно они и не помнят о нем.
– Да я свое прошлое очень даже хорошо помню, – возразила Персила. – Я так мало прожила на этом свете, что и помнить-то почти нечего!
– Э, не скажи, девочка. Человек не один раз на земле живет, только про свои прошлые жизни не ведает. Мухомор возвращает ему память.
– И зачем это мне надо? – пожала Персила плечиком. – Тут и в моей коротенькой жизни полно воспоминаний, от которых я рада бы освободиться навсегда: смерть мамы, отца. Зачем мне вспоминать все беды прошлых жизней?
– Когда-то, давным-давно, вы уже ходили по дороге, которую нужно одолеть сейчас. Если все будет хорошо, я вас к кургану и без мухоморов доставлю. Ну, а если что в дороге случится? Как без меня путь отыщите?
– Нет, дедушка, нет! – Персила обняла старика за морщинистую шею. – Ничего с тобой не случится. Не пугай меня.
Арсай осторожно отстранил от себя девушку и протянул мешочек Атею.
– Держи. Коли нужда будет, вскипяти мухоморы с водой речной и выпей. Прошлое тебе откроется.
Атей бережно взял из рук Арсая мешочек и повесил его на шею вместе с ладанкой.
«Вот и пригодится теперь дедушкино снадобье, – подумал юноша, задумчиво глядя на воду. – Как только пройдет ледоход, поплыву вниз по течению на челноке. Только челнока-то у меня пока нет. Где бы раздобыть»?
Конечно, сидеть и ждать, что челнок появится сам собой, было бы смешно и глупо. Нужно идти к деревне. Где люди – там и челны. Атей оттолкнулся от камня, размял ноги и пошагал по берегу вдоль реки.
Лес в этих краях подступал прямо к обрывистому берегу. Атей перебирался через поваленные деревья, продирался сквозь кустарники, зарывался ногами в прошлогоднюю листву. Прошло уже много времени, а никакой деревни так и не попалось на пути. И вдруг юноше почудился запах дыма. Атей остановился и принюхался. Точно, горьковатый дымок приятно защекотал ноздри.
– Не волки же костер в лесу жгут! – обрадовался вслух Атей. – Пойду на огонек, обсушусь, отогреюсь, узнаю, далеко ли еще до деревни топать?
Запах дыма становился все более ощутимым. Вот к нему примешался еще и аромат горячей похлебки. У Атея потекли слюнки, заурчало в животе. Забыв об осторожности, он шагнул на поляну, в центре которой уютно потрескивал небольшой костер. Над ним в закопченном котелке аппетитно булькало какое-то варево. Вокруг костра расположились шестеро мужчин среднего возраста.
Не успел Атей поздороваться с незнакомцами, как они вскочили на ноги и окружили юношу.
– Ого, кого нам Боги прислали! – мужики явно обрадовались. – Чужая кровь! Молодая. Сильная.
– А ну, навались, ребята!
Атея сбили с ног, ударили по голове обухом топора, связали руки и ноги сыромятными ремнями.
Очнулся юноша в полной темноте. Было тепло, воняло мокрыми шкурами и еще чем-то кислым. Ремни впились в отекшие ноги и руки, голова гудела, хотелось пить. Рядом никого не было.
«Вот тебе и согрелся! – подумал Атей, пытаясь пошевелить затекшими конечностями. – И как это я забыл об осторожности»?
Юноша поискал глазами хотя бы крошечный источник света – ничего.
«Должно быть, сейчас уже ночь, – догадался он. – Что принесет рассвет? И зачем я понадобился этим мужикам»?
Атей вспомнил рассказы пиратов о племенах, пожирающих своих пленников. Неужели и его хотят съесть? Хотя нет, пираты говорили о дикарях, живущих на островах теплых морей. Тут же – далеко не теплое море!
Нужно выбраться отсюда, и как можно скорей – решил Атей и попытался освободиться от пут. Не тут-то было! Сыромятные ремни держали крепко. Скоро юноша совсем выбился из сил.
Тем временем окружающая темнота неуловимо изменилась. Уставший Атей не сразу обратил внимание на то, что вокруг чуть-чуть посерело. Обозначилась светлым пятном дыра над головой. Из нее потянуло свежим воздухом.
«Светает», – подумал пленник и, в который раз, напряг руки в тщетной надежде освободиться от пут.
Теперь Атей смог разглядеть место своего заточения. Это была землянка, довольно тесная и не слишком глубокая. Потолком служили неотесанные древесные стволы с небольшим отверстием посередине. Должно быть, через это отверстие выходил дым из очага, возле которого лежал связанный Атей. Зола в очаге давно остыла, да и вообще, вид у землянки был не жилой. Лежанки вдоль стен, сработанные из покрытых еловым лапником жердей, какая-то рухлядь в углу, пара мисок со щербатыми краями – все покрыто беловатым налетом плесени.
«Где же хозяева жилища»? – думал Атей, шаря вокруг глазами. Словно в ответ на его мысли послышались шаги, откинулась закрывающая дверной проем медвежья шкура и показались двое из давешних мужиков.
– Ну что, соколик, не трепыхаешься больше? – добродушно ухмыльнулся один.
– У нас не забалуешь, – подхватил второй, наклоняясь и разрезая ремни на ногах Атея. – Вставай, пойдешь своими ножками.
Мужики поставили юношу на ноги и, придерживая за локти, вывели наружу. В сером свете хмурого весеннего утра Атей увидел разбросанные между деревьями землянки. Из крыш некоторых выбивался дымок. Пахло каким-то не слишком аппетитным варевом.
– А ну, шевели ногами! – Атея толкнули в спину.
Если бы ноги слушались! Идти было невероятно трудно. Эх, не сбежать – стучала кровь в висках.
Пленника провели по краю поляны, в центре которой он заметил грубо вытесанную из обрубка дерева фигуру какого-то божества. Чуть поодаль возвышались три венца полу-избы – полуземлянки. Атея подвели к входу и трижды выкрикнули какое-то непонятное слово.
Из-за откинутой могучей рукой медвежьей шкуры показалась такая же могучая фигура сивобородого мужчины. Голову его венчала лохматая шапка из росомахи, на груди из-под бороды высовывались нанизанные на тонкий ремешок медвежьи когти и кабаньи клыки.
