class="p">В животе заурчало.
С обиды шмыгнув носом, подошла к окну и уселась на подоконник. Льям и Виям снова крутились во дворе. Приоткрыв раму, прислушалась, желая знать, о чем они говорят. В нашей семье: больше знаешь — крепче спишь.
А с этими уж точно нужно быть готовым ко всему. Льям точил свои ножи, раскладывая их на земле перед собой. Виям начищал ножны для меча.
Готовятся мерзавцы!
Я посмотрю на лицо папы, когда к нам завтра вломятся разбойники с дороги. Будет знать, как не слушать меня.
Хотя, нет лучше сбегу с Оуэном. И тогда я точно больше всего этого не увижу.
Это было бы самым лучшим решением, если бы еще его отец принял меня в их семью.
Завидя меня в окне, Токи радостно завилял хвостом и тявкнул. Испугавшись, я соскочила с места и присела, чтобы братья не засекли.
— А ну, цыц! — гаркнул Виям.
Токи заскулил и умолк.
— Да чтобы вас те разбойники без штанов оставили! — рыкнула я. — Ногами попинали и в водовороты скинули. Конечно, безобидного пса бить смелости много не надо.
Да, я никогда не была доброй девочкой. Я за справедливость!
— Виям, да оставь псину в покое. Вещи приготовил? — я навострила уши, прислушиваясь к Льяму. — Пожрать еще чего с собой нужно...
— Рыбу отец не отдаст, — пробубнил второй брат. — Вон у матери морковку надрать.
— Я тебе что козел ее жрать!
"А кто же ты еще, Льям?! — мысленно передразнила его. — Козел, самый что ни на есть настоящий! Только козлы капусту жрут, а морковку кролики"
— Ну, тогда капусту, — словно услышал мои слова Виям.
Скривившись, я втянула голову в плечи.
— Сырую? — в голосе Льяма слышалось сомнение. — Еще идеи будут?
Приподнявшись, выглянула в окно. Братья чесали затылки, поглядывая в сторону огорода.
— Вы еще репы накопайте, остолопы, — усмехнувшись, мельком взглянула на Токи.
Мой любимец сидел в будке и не выказывал оттуда нос. Умный пес.
— Не, ну сырую капусту я не хочу, — Виям затряс головой и снова почесал свои грязные рыжие лохмы. — Чем тебе морковка не нравится?
— Всем! — рявкнул старший брат. — Надо было тебя отправить сети поискать. Хоть с рыбой бы были. Сиди теперь и запахом питайся. Отец и хвоста нам не оставит.
— Сопливую отправь, — Виям указал рукой на мое окно.
Я снова присела и показала ему фигу.
Да буду я сейчас через камыши и ряску ползать ради их животов. Ха-ха три раза!
— Сам буду решать, кого и куда отсылать, — Льям все больше злился, что не могло меня не радовать. — Думай, башка твоя дырявая!
— Да, вы оба дураки, — шикнула я себе под нос. — Яйца в курятнике, взяли да сварили в котле. Картошку на костре пожарили.
Снова высунув нос в окно, бросила быстрый взгляд на матушкин сарай. Вот там, если по полкам пройтись, можно было много чего съестного найти. Но тут нужно и братьев как-то обойти, и мамке не попасться. Она за одну картошину как за десять спросит. А там, наверное, уже для рынка целые мешки собраны.
— А что вообще с собой берут в походы? — кажется, Виям всерьез озадачился.
Мысленно отодвинув идею набега на матушкины сокровища, снова сосредоточилась на братьях.
— А я в них ходил? — Льям, вытащил очередной нож и деловито провел им по кожаному обрезу. — Сало, наверное, соленое...
— А у нас оно есть? — Виям высказал вопрос, вспышкой возникший в моей голове.
— У матери спросить нужно, — Льям продолжал лениво натачивать свои клинки.
Я терпеть не могла, когда он так себя вел. Есть проблема, так и решай ее наравне с другими, а не корчи из себя главного старшего брата, который слово сказал, а остальные забегали вокруг.
Лис чумазый! Бурундук ленивый!
— Что стоишь, Виям? Иди и спроси, — Льям придирчиво оглядел рукоять ножа. — А лучше спустись в погреб и проверь, я за тебя это делать буду, что ли?
— Сам иди, — окрысился трусливо младший из братьев, — там батя спалит...
— Значит, капусту жри, — заорал старший.
— Я ее сырую жрать не буду!
У-у-у, кажется, намечалась драка. Что же мне на руку.
"Правильно сидите там, дурачье, — я мысленно закатила глаза и прибавила, — а я спущусь и проверю".
С салом идея была неплохая. Мне тоже не помешает с собой какую котомку собрать.
Снова выглянув во двор, убедилась, что в дом братья идти не собираются. Они активно хватали друг друга за грудки.
Прелестно и очень вовремя.
Выбравшись из комнаты, мышью спустилась по лестнице, старательно не наступая на скрипящие ступеньки. По стеночке тенью мелькнула в коридор. Оттуда на кухню и, бесшумно открыв крышку в подпол, забралась туда.
В нос ударил запах гнилых овощей и сырости. А еще плесени и грибов.
Покрутившись, прошлась взглядом по пустым полкам. Да, негусто у нас.
Но бочонок с засоленным салом оказался заполнен наполовину. Вытащив кусок размером с ладонь, нашла тут же чистую тряпицу, что стопкой складывала мама, и завернула свою добычу в нее.
Той же дорогой вернулась в комнату, добыв еще по пути и горбушку хлеба, забытую кем-то на кухонном столе.
Сложив свою провизию на подоконник, забралась в шкаф и вытащила три платья, плащ, теплые чулки и еще так... по мелочи. Все это сложила на большой платок и завязала его в узелок.
А вот сбегу и все тут!
Пусть неприлично, зато не к разбойникам. Спрятав вещи под кровать, с тоской взглянула на сало и хлеб.
До ночи еще ой как далеко, а есть очень хотелось.
Доедая последний кусочек разрезанного тупым ножом сала, я с тоской выглядывала во двор. Солнце уже садилось, а эти остолопы все сидели там сиднями и не спешили в дом.
А если вот сейчас Оуэн придет, как он через них проберется?
— А я говорю, морковь возьмём… — от этого глупого спора братьев у меня уже дергался глаз.
— Нет, капусту...
— Нет, морковь...
— Идиоты, — печально выдохнула я. — Какие же вы придурки пустоголовые. Сидят у полного сарая с овощами и не додумаются забраться в него. Да какие из вас разбойники? Ума как у курицы!
По дому разнесся аромат жаренных в печи карасей.
Сглотнув, лишь
