— Они старые уже… потёртые, — словно оправдываясь, произнесла она и, схватив поднос, умчалась в кухню.
Я вернулась в комнату и померила сапоги. Пришлись впору, стопа у меня маленькая, к счастью…
Выходить на улицу в одной рубахе было опрометчиво и глупо, но делать нечего. Одежды не было, разве что в покрывало замотаться, но тогда я точно работу не найду. Кто вообще возьмёт сумасшедшую?..
В постоялый двор вернулась ближе к ночи. Весь город обошла и всё без толку. Кому уже опытные работники требовались, кому документы вот сейчас подавай, а кто-то просто не хотел связываться с сиротой. Вдруг, я воровка какая…
Я шла к лестнице, прибывая в задумчивости, поэтому не замечала ни грязной ругани, ни похотливых взглядов уже подвыпивших посетителей.
— Эй, замухрышка! — окликнула хозяйка.
Я опустила ногу на ступеньку и обернулась через плечо.
— Добрый вечер, госпожа, — поклонилась учтиво.
— Руки мой и спускайся. Сейчас моя Марьяшка освободится, ужин тебе подаст. На мясо только не рассчитывай. Кашу поешь.
— Спасибо, госпожа, — улыбнулась в ответ и стала подниматься наверх.
Не знаю, что сказалось: моя усталость или моя забывчивость, но яслышала. Тонкий слух обострился до такой степени, что я стала различать голоса и слова, доносившееся из других комнат. Не сразу обратила внимание, но, когда осознала, поражённо замерла.
«Пожалуйста… не надо… отпустите… не надо…» — этот тоненький жалобный голос я узнала сразу.
«Да не дёргайся ты… хуже только сделаешь…»
Меня передёрнуло. Челюсти плотно сжались, а из глубины нутра стремительно поднимался холод. Лютый. Обжигающий и в то же время… влажный. Влажный, как туман.
Когда я так же кричала и звала на помощь, никто не пришёл. Но разве я должна оставаться в стороне и делать вид, что ничего не слышала? Зачем мне тогда эта особенность, если я не буду ей пользоваться?
Я рванула к комнате, откуда доносился голос Марьяши…
* * *
Элиот отправился по следам полукровки, сразу же после разговора с Эдрианом, чтобы не терять время даром. Пока в академию не хлынули толпы восторженных «невест», будь они не ладны.
Жениться не хотелось. Ни по-настоящему, ни фиктивно. Элиот не рассматривал себя в качестве примерного семьянина и, если честно, о браке за своё утомительно-вечное существование никогда не задумывался. Такова природа серафима. Даже покинув Крайний мир и потеряв крылья, Элиот не утратил её. Не утратил своей природы, так и остался одиночкой. Сколько не притворяйся человеком, им никогда не станешь, если в твоих жилах течёт светиогонь правосудия… Не было в душе той тяги искать пару ради продолжения рода, которая присуща людям.
И на авантюру с помолвкой Элиот согласился лишь из-за Мрака, который медленно, но неизбежно захватывал мир. Драконорожденных не хватало. Только их сила, только тьма, доставшаяся от предков-драконов, могла противостоять тварям Мрака.
Мрак был разумен и хитёр. Новообращённые принимали форму человеческих страхов или наоборот, близких и дорогих людей, заманивая их тем самым в смертельную ловушку. Кого новообращённые кусали, сами становились такими. А кого Мрак касался, пятнал… становились управляемыми марионетками. Безвольными и пустыми. Мечеными.
Женщины лучше понимали природу меченых. Лучше мужчин-тьмагов вычисляли их среди нормальных. Чувствовали более тонко. Они нужны Сальтарини. Больше тьмагов-женщин этому миру, потому что неизвестно сколько простоит завеса, защищающая Сальтарини, и когда случится новый прорыв.
Если весть о том, что Элиот якобы подбирает себе избранницу поможет привлечь одарённых девушек в академию, он был готов идти на такой риск…
Города Сальтарини, подобно звёздам в созвездии, соединяли портальные алтари. Пользовались ими в исключительных случаях и далеко не у всех было разрешение. У Элиота было. Первым делом он отправился в Исшим — маленький городок на севере королевства. Перемещение заняло не больше десяти минут, что значительно упростило задачу.
Нет. В орден не пошёл. Привлёк бы ненужное внимание инквизиции своими расспросами. С какой стати первому тьмагу Королевства интересоваться какой-то девчонкой, обвиняемой в связях с нечистыми силами?
Пошёл по соседям супругов Гарси. Заглянул в приходскую школу, в которой обучалась полукровка. И не был удивлён. О семье отзывались лестно. Девчонку хвалили. Умница и красавица. Помощница, опора и надежда родителей. Разлада в семье не было, и никто не верил в то, что Юнна Гарси специально устроила пожар.
Элиот побывал на пепелище… Остаточной энергией от него так и веяло. Захоти девчонка богу душу отдать, не смогла бы. Сила защищала. Элиот чувствовал.
Водил руками над обугленными останками и буквально видел всё произошедшее сквозь закрытые веки. Умел считывать силойсвета. Он же серафим, в конце концов, ему и не такое подвластно. Да, люди считали проклятым, запятнанным светом, но даже это не останавливало романтичных натур от желания выйти за Элиота замуж…
После долгого и тщательно изучения места трагедии, частично уцелевших вещей, сомнений не осталось. Поджог устроил кто-то другой. Возгорание произошло извне, в то время как девчонка находилась внутри дома. Элиот смог отследить её перемещение в момент начала пожара. Она кинулась в спальню родителей, с которой собственно всё и началось. Дым затягивало в приоткрытое окно, и они задохнулись раньше, чем дом стал объят пламенем.
Полукровка могла сбежать раньше, но осталась. Пыталась вытащить родителей, но балки потолочного перекрытия рухнули, отрезая пути к спасению… Такое чувство, что очаги возгорания находились в разных местах…
Элиот отправился в Управление порядка. Хотел запросить подробную информацию о случившемся и взять фотокарточку девчонки. Надо же понимать, кого конкретно искать. В доме уцелевших ни снимков, ни портретов не осталось. Да и признаться, мучило любопытство. Давно не приходилось иметь дел с демонами. Эдриан не в счёт. Он так себе демон. Пусть и Высший, а всё человек. Давно на троне сидит. С Мраком борется, завесу основал…
В Управлении рассказали презабавнейшую историю. Мол, девчонку задерживали накануне по обвинению за связи с нечестью, якобы, запрещённым колдовством баловалась, демонов вызывала. Родители её из ордена забрали под свою ответственность, до начала судебного заседания, а она неблагодарная…
Никто расследование не проводил. Для управленцев всё было предельно ясно и очевидно. Девка — демон и это она своих родителей на тот свет отправила. Ещё и фотокарточку из личного дела давать не хотели…
… в душе закипала необъяснимая злоба. На бестолковых стражей порядка, на лживых инквизиторов, на себя самого. Потому что где теперь искать беглянку совершенно непонятно и не найдёт ли её кто раньше. Это тревожило больше всего…
Здраво рассудив, Элиот отправился в Родмир. Это ближайший город к Исшиму, стоило поспрашивать местных, может кто и видел девчонку. Не в лесу же она схоронилась…
С обеда и до самого вечера Элиот шатался по улицам, показывая всем подряд фотопортрет беглянки, но никто её не видел. На всякий случай заглянул в местное Управление порядка, но и там о девчонке ничего не слышали. Никаких следов силы, никаких зацепок. Будто сгинула…
Элиот устал и решив переждать ночь, отправился в постоялый двор, расположенный рядом с Управлением. Хозяйка приняла как дорогого гостя. Всё-таки слава Первого тьмага Королевства шагала далеко впереди Элиота. Его знали даже в таком захолустье…
— Я вам, господин тьмаг, лучшую комнату выделю, — воодушевлённо заверила хозяйка, шагая впереди Элиота. Зашла за стойку и протянула ключи. — Второй этаж, номер пятнадцать. Там все удобства есть, помыться сможете, воду горячую подам. Марьяшка моя вам ужин в покои подаст. Вы располагайтесь…
— Спасибо, — сдержанно произнёс Элиот, забирая ключи.
Контингент внизу так себе, но судя по всему, хозяйка приличная. Держит постояльцев в узде. Может и кочергой приложить, видно, что женщина управляет всем твёрдой рукой. С такой не забалуешь…
