Из-за этого вскоре после 20 час. "Glasgow" прекратил стрельбу. Прошел час с момента первого выстрела, но исход боя уже не оставлял сомнений. "Good Норе" исчез, "Monmouth”, повернувший в западном направлении и несколько справившийся с пожарами, скрылся из виду неприятеля. "Glasgow” также повернул и в 20 ч. 15 м. увидел "Monmouth", поворачивающий к северу почти на 16 R с целью стать кормой к волне. Имея дифферент на нос, он зарывался и брал много воды полубаком. К тому времени тучи рассеялись, вышла луна, и "Glasgow" обнаружил неприятеля, идущего от OSO, как казалось, в строе фронта. Как только умолкли выстрелы наших судов, Шпее приказал своим легким крейсерам атаковать их торпедами, но приказание не могло быть выполнено, так как темнота скрыла противника. Было очевидно, что через несколько минут немцы вновь обнаружат наши крейсера. Надо было не теряя мгновения уходить, и "Glasgow" передал на "Monmouth", чтобы последний держался насколько возможно на NW. Помощи "Monmouth" "Glasgow” оказать не мог. Не имея никакой броневой защиты, ведя все время неравный бой и ни разу не выходя из линии огня, он насчитывал не менее 600 сделанных по нему выстрелов. Корабль имел 5 попаданий в ватерлинию, но, по счастью, все в угольные ямы, снаряд же, попавший в каюту командира, пожара не вызвал. После гибели флагмана "Monmouth" не оставалось ничего другого, как уходить, и он полным ходом пошел на запад, сопровождаемый "Otranto". Таким образом, временно три наших крейсера скрылись, хотя Шпее и старался их окружить и поставить под освещение луны. Около 21 час., идя в северо-западном направлении, он услышал приблизительно в 10 милях к северу от себя выстрелы: это "Нюрнберг" громил несчастный "Monmouth”.
Отстав от эскадры утром, этот германский крейсер в течение дня не смог к ней присоединиться и с наступлением темноты пошел на блеск выстрелов. Когда стрельба прекратилась, он, идя наугад, случайно наткнулся на "Monmouth" и в тусклом лунном освещении опознал его. Избитый крейсер имел 10° крену на левый борт, из средней его части вырывались клубы пара. По мере приближения "Нюрнберга" крен настолько увеличился, что орудия левого борта не могли стрелять, и ничто не мешало неприятелю открыть безнаказанный огонь с близкой дистанции.
"Мне, – писал сын Шпее, мичман с "Нюрнберга", – было невыразимо тяжко стрелять по несчастному, не могущему защищаться крейсеру, но… флаг его все еще развевался".
"Нюрнберг” несколько раз приостанавливал стрельбу, давая возможность противнику сдаться, но на "Monmouth” были далеки от этой мысли.
Со времен Тюдоров британские корабли создали себе репутацию не сдающихся, предпочитая гибель плену, и если потом эта традиция не всегда соблюдалась, то в последнюю войну она снова возродилась. Вновь проявился старый боевой дух. Но справедливость требует сказать, что такой же дух царил и у врага. "Monmouth" не сдавался, и "Нюрнбергу" не оставалось ничего другого, как покончить с ним.
После нескольких залпов, сделанных чуть ли не в упор, "Monmouth” перевернулся и пошел ко дну с развевающимися стеньговыми флагами. О спасении людей не могло быть и речи из-за полнейшей невозможности спустить шлюпки; к тому же "Нюрнбергу" приходилось быть осторожным – к юго-востоку показался дым. Вскоре выяснилось, что это дым германской эскадры, которая, соединившись с "Нюрнбергом", предприняла поиски "Good Норе", в то время как "Glasgow” и "Otranto", повернув на юг, пошли на соединение с "Canopus".
О нахождении поблизости этого корабля Шпее кое-что знал. Перехватил ли он радио "Glasgow”, или же ему сообщила об этом германская разведка в Чили, но он, повидимому, беспокоился присутствием британского линейного корабля типа "Formidable" (он называл его типом "Queen”).
Вице-адмирал X. Крэдок
"Против этого корабля, – писал он через 2 дня после боя, – мы врял ли сможем сделать что-либо. Держись они соединенно, судьба наша была бы иная"[* "Kieler Neueste Nachrichlen", апрель 1915 г. О приходе "Canopus", говорится в газете, Шпее получил сведения из Чили.]
Из этой фразы можно заключить, что план адмиралтейства действительно мог вовлечь Шпее в бой с превосходящими силами, но остается неясным, вступил ли бы он в бой, будь "Canopus” в составе эскадры Крэдока. Дальнейшие его действия показывают, что вряд ли он пошел бы на риск. Германская эскадра не пострадала совершенно, не имея ни одного серьезного попадания и потеряв раненными лишь трех человек. На следующий день после боя Шпее с "Шарнгорстом","Гнейзенау" и "Нюрнбергом" пошел на север к Вальпарайсо, оставив остальные 2 крейсера в море для встречи поджидавших их угольщиков и, возможно, также на случай неожиданной встречи с "Glasgow" и "Otranto".
Простояв в Вальпарайсо разрешенные 24 часа, он пошел обратно в Mas-a-Suera, в то время как 3 наших корабля полным ходом спешили на Фолклендские острова. В Mas-a-Suera он, по невыясненной причине, оставался в полной бездеятельности, не используя своей победы, в то время как британское адмиралтейство проявляло исключительную активность, строя план, который по своим достижениям и законченности не имел примеров в анналах истории. На ком лежит ответственность за катастрофу – трудно решить, так как никогда нельзя будет сказать, каковы были соображения адмирала Крэдока.
Адмиралтейство в свое оправдание может сказать, что если его инструкции погибшему адмиралу и не отличались должной точностью, определенностью, то все же оно было вправе ожидать, что адмирал не разъединится с кораблем, присланным специально для безопасности его эскадры. Но слово "опасность" адмиралу Крэдоку было неведомо. Мог ли адмирал в условиях, при которых произошла встреча с германской эскадрой, уклониться от боя и отступить на соединение с "Canopus" – весьма сомнительно.
Боевые повреждения кораблей в бою у о. Коронель 1 ноября 1914 г. Корабли Водоизмещение в т Выпущено снарядов Получено попаданий Потери Вес бортового залпа в кг убитые раненые Германские "Шарнгорст” 11 420 637 2 0 0 886 "Гнейзенау" 11 420 442 4 0 2 886 "Лейпциг" 3 200 407 0 0 0 80 "Дрезден" 3 592 102 0 0 0 95 "Нюрнберг" 3 396 135 0 0 0 80 Всего 33 028 1723 6 0 2 2027 Британские "Гуд Хоуп" 14 100 7 30—40 919 0 707* "Монмаут" 9 800 7 20? 735 0 408** "Глазго" 4 820 ч 5 0 0 161 Всего 28 720 60? 1654 0 1276
* Фактически в свежую погоду – 526 кг.
** Фактически в свежую погоду – 600 фунтов – 272 кг.
Операции, предшествовавшие Фолклендскому бою
Пока в Персидском заливе шли приготовления по форсированию Шат-эль-Араба, а в Африке – по взятию Виеа, распоряжения по восстановлению положения, нарушенного коронельской катастрофой, начинали вступать в силу. В полночь 5 ноября линейные крейсера "Invincible" и "Inflexible" вышли из Кромарти. Первоначально предполагалось выслать их в Бсрхейвен грузиться углем, но флагманскому крейсеру адмирала Стэрди "Invincible” требовалось войти в док, а кроме того, надо было принять разные грузы для эскадры адмирала Стоддарта. Крейсера пошли в Дэвонпорт, куда прибыли 8 ноября, обойдя Ирландию с западной стороны. Портовые власти, осмотрев "Invincible", заявили, что доковые и другие работы не смогут быть закончены ранее 13 ноября. Подобная задержка совершенно не входила в планы адмиралтейства, и оно потребовало принять все меры к тому, чтобы крейсера вышли в море не позднее 11 ноября. В случае, если к этому сроку работы не были бы закончены, портовые мастеровые должны были идти на "Invincible" оканчивать работы в походе. Однако последнего не потребовалось, работы закончились в срок, и в 16 ч. 45 м. 11 ноября крейсера вышли в море.
За два дня до выхода адмирал Стэрди получил походные инструкции: ему предписывалось следовать на острова Зеленого Мыса в St. Vinsent, но так как не исключалась возможность движения эскадры Шпее к Панамскому каналу, в инструкциях говорилось, что, быть может, ему придется зайти в Вест-Индию. Однако ввиду того, что сведения о противнике указывали на вероятность появления германской эскадры на юго-восточном побережье Америки, адмиралу предписывалось идти в Abrolhos Rocks, где его будет ожидать эскадра Стоддарта. По пути надлежало вызвать "Bristol" и "Macedonia", крейсировавшие в районе Rocas в поисках "Карлсруэ" и его угольщиков.
