перехватить поток данных — между модемом и компьютером. Модемы преобразуют телефонные гудки в электрические импульсы, понятные для наших компьютеров и демонов. Модемные шины представляют собой плоские двадцатипятипроводные кабели, проложенные под фальшполом коммутатора. К ним можно подключить принтер или персональный компьютер, регистрирующий каждый передаваемый через шины символ.
Потребуется всего-то пятьдесят телетайпов, принтеров и портативных компьютеров. Несколько телетайпов достать легко — обратиться в отдел снабжения. Портативные терминалы можно выклянчить у Дэйва, Вэйна и остальных ребят. В пятницу вечером мы подняли из коммутаторной дюжину мониторов. Остальные тридцать можно заполучить, когда все уйдут. Я бродил среди столов секретарш, заимствуя персональные терминалы. В понедельник, конечно, будет скандальчик, но легче после извиниться, чем сперва добиться.
Уставленный четырьмя дюжинами стареньких телетайпов и портативных терминалов пол воплощал ночной кошмар компьютерщика. Я дремал среди всего этого и мурлыкал колыбельную принтерам и компьютерам. Каждый из них перехватывал данные на отдельном канале, и всякий раз, когда кто-то подключался, я вздрагивал от треска телетайпов. Каждые полчаса один из мониторов сообщал, что кончилась бумага или дисковое пространство, поэтому мне приходилось устанавливать новый рулон и перезагружаться.
В субботу утром я проснулся оттого, что Рой Керт тряс меня за плечо: «Ну, где же твой хакер?» Запах от меня шел, как от козла: я все еще был в спальном мешке. Я глупо моргал и бормотал, что надо просмотреть пятьдесят стопок распечаток.
Он фыркнул: «Ну, прежде, чем погрузишь свой нос в эти бумаги, верни принтеры. Ты, как маньяк, таскал оборудование. Думаешь, здесь твой личный огород?»
С осоловелыми глазами я поволок принтеры законным владельцам. На первых сорока девяти не было ничего интересного. Из пятидесятого свисало восемьдесят футов распечатки. Ночью некто пытался пробраться через дыру в операционной системе.
Глава 4
Хакер лазал по нашей системе три часа. Втайне мой Декрайтер записал весь сеанс на восьмидесяти футах бумаги. Зафиксирована была каждая команда, каждая ошибка набора с клавиатуры и все реакции компьютера. Этот принтер контролировал телефонный канал из Тимнета. Я не знал, что несколько наших линий с темпом передачи 1200 Бод не связаны с модемами, а идут из Тимнета — телекоммуникационной компании, обеспечивающей компьютерную связь по всему миру.
Ранее компания «Белл» монополизировала средства связи. Позвонить из Нью-Йорка в Чикаго можно было только по каналам фирмы AT&T. Используя модемы, можно передавать данные по местной телефонной линии, однако для междугородней связи помехи и дороговизна делают ее непригодной для организации взаимодействия между компьютерами. К концу 70-х годов другие фирмы тоже захотели погреть руки и предложили специализированный вид услуг — «телефон» для данных. Тимнет создал сеть, связывающую компьютеры главных городов. Идея Тимнета проста и элегантна: создать «хребет» для передачи цифровой информации, позволить любому желающему подключаться к этому хребту, используя внутригородские телефонные каналы, и затем передавать данные в любой компьютер. Система Тимнета весьма экономична: она обеспечивает сжатие данных, поступающих от нескольких десятков пользователей, в несколько пакетов и передачу этих пакетов в нужные компьютеры. Система устойчива к помехам и обеспечивает любое нужное быстродействие. Клиенты, кроме того, экономят свои денежки, поскольку для них обеспечивается доступ в удаленный компьютер с помощью телефонного звонка.
Чтобы удовлетворить потребности научных работников из различных уголков страны, лаборатория в Беркли также была абонентом Тимнета. Когда ученому из Стоунибрука, штат Нью-Йорк, надо подключиться к нашему компьютеру, то он просто набирает городской номер Тимнета. Поскольку его модем связан с Тимнетом, то все, что требуется — попросить подсоединить его к Лоуренсовской лаборатории в Беркли, — и можно начинать работать, как у нас за терминалом. Физикам из отдаленных уголков очень нравился этот вид услуг, и нам всегда было очень приятно сознавать, что что они спускают свои баксы на наш компьютер, а не на какой-нибудь другой.
Некто вламывался, используя Тимнетовский канал. Поскольку «щупальца» Тимнета тянулись по всей стране, то наш хакер мог находиться где угодно. Но в этот момент меня интересовало не где он, а что успел натворить за три часа. Моя догадка подтвердилась: для взламывания нашего компьютера использовались атрибуты доступа Свентека.
Это был не простой взлом. Хакер был суперпользователем.
Этот хакер напоминал кукушку. Кукушка откладывает свои яйца в гнезда других птиц. Это — гнездовой паразит: ее кукушат будут растить другие матери. Кукушата, вылупившись из яиц, выбрасывают из гнезд «родных» обитателей. Жизнь птенцов кукушки — это смерть птенцов других видов. Таинственный гость подложил в наш компьютер яйцо-программу, а система «высидела» ее и накормила привилегиями.
Этим утром хакер написал коротенькую программу захвата привилегированных прав. Обычно ЮНИКС не позволяет запускать такие программы, так как никогда не дает пользователю прав выше тех, которые ему назначены. Задача заключалась в том, чтобы замаскировать эту программу — кукушкино яйцо — так, чтобы система ее восприняла как родное дитя.
Каждые пять минут система ЮНИКС выполняет собственную программу с именем atrun. Atrun планирует другие задания и выполняет рутинную работу по «уборке дома». Она работает в привилегированном режиме на всю катушку, чувствуя за своей спиной могучую поддержку операционной системы. Если на место atrun подставить фальшивую программу, то она сработает через пять минут и получит полные системные привилегии. По этой причине atrun располагается в защищенной области памяти системы, доступной только менеджеру. Здесь и было гнездо кукушки: за пять минут хакер, наверное, успеет подменить atrun своей программой.
Чтобы обтяпать это дельце, ему нужно найти способ поместить яйцо-программу в защищенную область-гнездо. У операционной системы есть специальные защитные средства. Обычные программы копирования их обойти не могут; нельзя задать команду «скопировать программу в системную область».
Но было кое-что, чего мы никогда не замечали. Ричард Столман, свободный художник-программист, всегда громко заявлял, что информация должна быть открытой. Его программы, которые он раздавал задаром направо и налево, блистали остротой мысли, хорошим стилем и вдохновением. Столман создал мощную программу редактирования под названием «Гну-Эмакс». Гну — это гораздо больше, чем простой текстовый редактор. Ее очень легко перестроить под любого пользователя. Она здорово облегчает написание других программ. Естественно, что всем нашим физикам сразу потребовалась Гну; мы успешно инсталлировали ее, большую часть времени глядя в потолок. Была только одна проблема: в ней сидела плюха.
Инсталляция производилась так, что возможность пересылать файл из собственного каталога в чей-либо другой обеспечивалась необычным способом. Гну не проверяла, кто принимает этот файл, и нужен ли он в месте назначения. Она просто переименовывала его и меняла метку принадлежности. То есть происходила простая передача права владения от одного пользователя к другому.
Переслать
