то попаданка!
Этот ректор… Настоящее проклятие!
Вот как так можно, едва выйдя из комнаты, сразу столкнуться именно с ним? Неужели совсем не было других вариантов? Почему из всех судьба выбрала его? И какой же он все-таки сухарь! Невыносимый, гадкий сухарь!
Еще в кабинет к нему не ходила… Ничего такого не сделала, чтобы на ковер меня вызывать! Я настолько разозлилась, что едва не послала его туда, куда посылать не следовало. А понимая, что вот-вот снова разревусь, просто сбежала, естественно, нахамив так, что будет очень большим чудом, если меня не отчислят за грубость и неповиновение. Хотя… Да ну его…
Окончательно заблудившись среди многочисленных переходов, коридоров и лестниц, я наконец-то оказалась одна и смогла дать волю слезам, не боясь быть кем-то замеченной.
Спряталась в небольшой нише, съехала по стеночке на пол и разрыдалась. Все, сейчас ректор за меня возьмется основательно и очень быстро раскусит обман, а дальше… Ждать хорошего не приходится, потому что все перспективы мне описали еще вчера вечером: собак и прочие увечья, несовместимые с жизнью…
Шум шагов я не услышала за всхлипами и бормотанием себе под нос вариантов моего убиения. Так жалко себя было — жуть. Голоса появились как-то внезапно, и я затаилась. К моему укрытию приближалась парочка студентов, что очень активно обсуждали смерть ректора. Страх, что меня увидят такую зареванную и поднимут на смех, боролся с любопытством. Кто успел отомстить за меня и укокошить сухарика? Даже жалко мужика стало, красивый все же, хоть и гад.
— Да говорю тебе, это кто-то из адептов его и грохнул! — с возбуждением говорил приятный голос с притягательной хрипотцой.
— Не-е-е, сплетни все это, коронер же сказал — несчастный случай. С лестницы неудачно упал… — спорил с ним другой мальчишеский голос, с визгливыми неприятными нотками.
Что вообще может объединять двух таких разных, ну судя по голосу, парней? Из своего укрытия высовываться побоялась, но было ужасно любопытно посмотреть на их внешность.
— Чего «не-е-е»? — передразнил его первый. — Головой подумай, толкнули его, еще и магией помогли… — Замолчав ненадолго, он продолжил: — Хм, хотя я не представляю каким заклинанием можно сковать архимага.
— Вот! — радостно взвизгнул второй. — А я тебе про что, какой адепт на такое способен?
— Да есть парочка уникумов, но у них мотива нет, — продолжал рассуждать первый. — Ну а если травы? Настойку подлить в чай, например?
— Ты о чем? — шепотом переспросил визгливый.
— Ну помнишь, нам про траву рассказывали… как там ее… — Он пощелкал пальцами, явно пытаясь ускорить процесс воспоминаний. — Блин… ну свойства у нее еще, магию блокирует, из списка запрещенных… — Ребята удалялись, и дальнейший разговор стал плохо различим.
От страха, досады и усталости я забилась в угол, поджав ноги под себя, и опять разревелась. Боги, главное, чтобы коронер всех не допрашивал. Я же, возможно, последняя, кто видел его в живых, или нет?
— Почему юное дарование рыдает в подвале? — поинтересовался незаметно подкравшийся ко мне призрак. Он оказался чем-то похож на Каспера, только тот был просто полупрозрачной капелькой, а этот выглядел вполне по-человечески, с одним «но»: без рук и ног, обтекаемый такой, жутковатый…
— А вы тут живете? — поинтересовалась всхлипнув.
Надо было испугаться, но зачем? Хотел бы причинить мне какой-то вред, уже бы сделал, а в разговорах ничего плохого нет.
— Живу, — ответил он и улыбнулся. — Ты тоже решила поселиться подальше от студиозов?
— Нет. Я тут это… Волю эмоциям даю! — честно ответила и утерла рукавом слезы.
— И кто тебя обидел? — ненавязчиво поинтересовался местный Каспер и устроился рядом со мной, зависнув в нескольких сантиметрах от пола.
— Да просто мне патологически не везет. Только из комнаты выйду, как случается какая-нибудь беда. Вот и сейчас: только за порог, как сразу в ректора врезалась… И нахамила ему вместо того, чтобы извиниться, как следовало приличной девушке… — разоткровенничалась я.
Наверное, мне просто нужно было кому-то выговориться. Не реветь, а поделиться своей бедой. Настоящих друзей у меня никогда не было, да и тут не успели появиться. Так, может, хоть призрачный…
— Так вот оно что… — хмыкнул призрак. — А ты знаешь, что именно отчаяние — самый большой грех? Даже если у тебя что-то не получается или в чем-то не везет, то сдаваться — последнее дело.
— Знаю. Только где взять сил, чтобы не сломаться и ве… — Осеклась, поняв, что чуть не проболталась про возвращение домой. — Извините, вы правы. Мне нужно вернуться и исправить ситуацию. Тем более что ректора убили… Спасибо вам, пойду я… — сбивчиво попрощалась, найдя повод сбежать. Да и выяснить, что на самом деле произошло с ректором, тоже не терпелось.
— Удачи, иномирянка, — хмыкнул он и растворился в воздухе.
— Что-о-о?!
Как он понял? Откуда знает? А-а-а! Помогите…
Паника грозила снова перерасти в истерику, но шустрый енот появился так неожиданно, что вместо того чтобы разреветься, я аккуратно наступила ему на хвост, чтобы придержать, но не сделать больно. От меня еще никто не уходил, особенно когда я хочу его погладить!
«Будет драка!» — тут же вспомнила я его слова, произнесенные при моей стычке с ректором.
По-любому, он знает про своего хозяина и что с ним случилось. Готовься, мохнатый, сейчас я буду тебя пытать!
Артур
Хуже недоучки только самоучка, который не понимает, что делает… Особенно если этот недоучка — маг!
Вернувшись в кабинет, занялся бумагами, которых накопилось просто безмерное количество. Но мысли витали вокруг иномирянки. Интересно, как будет выкручиваться на лекциях? Если колечко-переводчик у студиозов нашлось, то очень сомневаюсь, что они найдут способ быстро научить ее читать и тем более писать.
Злорадно улыбаясь встал из-за стола и, подойдя к своему сейфу, порылся в шкатулках с артефактами. Сложная задачка. Естественно, ничего нужного не нашлось. Возможно, у Мак, что-то можно было найти подходящее, но его сейф я так и не обнаружил. Так же как и не смог открыть один из ящиков стола, защищенный какими-то слишком сложными, последовательными заклинаниями. Быть может, именно там я мог бы найти подсказку, кто мог желать ему смерти.
— Маршалл, — позвал енота, обычно спавшего в облюбованном кресле в это время дня.
Тишина в ответ заставила осмотреть кабинет, но этого пушистого недоразумения не было ни в одном из любимых местечек. Хм… Опять, поди, развлекается, тираня самых ленивых из студентов своими проделками. Ну и заодно дань собирает, опять придет, набив пузо пряниками и печеньем.
Усаживаясь в старое кресло за рабочим столом, улыбнулся воспоминанию. Это кресло очень любил Мак, его подлокотники выгорели и вытерлись от времени, на бархатной
