бы рад узнать, что я женюсь только чтобы оставить свою дочь со мной.
Я имею ввиду, какой больной стал бы это делать? Видимо я.
Брови мистера Беркли приподнялись, потрясенное выражение осталось на его лице, пока он наконец не встряхнул его.
— Это не даёт гарантию того, что присяжные примут решение в вашу пользу. Но это покажет, что вы находитесь в серьезных отношениях и работаете над тем, чтобы стать семьей, или, скорее, что она у вас есть. Вполне возможно, что ваши шансы на победу в суде увеличатся.
Это все, что мне нужно было услышать, чтобы принять решение. Повышенные шансы. Думаю, тогда я женюсь. Но на ком? Я ещё не знаю, но мне придется разобраться с этим дерьмом как можно раньше.
— Но прежде чем начнется какое-либо судебное разбирательство, к вам приедет сотрудник социальной службы и поговорит с вами и вашим ребенком, проверит всю ситуацию. Если у них возникнут какие-то сомнения относительно вас, то будут предприняты и другие шаги, но до этого….
Я почти не слушаю его, что, вероятно, является плохой идеей. Я пришел сюда в воскресенье за помощью, а не для того чтобы сидеть здесь и дезориентироваться, потому что я занят, думая о том, как мне найти жену, хотя я даже не в Нью-Сити, потому что я вроде как запланировал поезду с Брук и Греем в Диснейленд на каникулы.
ГЛАВА 5
«Это как ловушка / ты уже в ней» — Dear Reader by Taylor Swift
Эмори
Возможно вечеринка, по случаю второго дня Нового Года, на которую я ходила вчера, была перебором. Если бы какой-то парень из братства не напоил меня вчера, я бы так не думала.
Обычно, когда я пью, я не напиваюсь до похмелья, так почему же сейчас у меня болит голова? И почему я не помню, чтобы я приглашала кого-то переночевать у меня и почему этот кто-то сейчас готовит завтрак на моей кухне?
Я никогда не пользуюсь своей кухней, и даже если бы я готовила прошлой ночью — чего я, черт возьми, точно не делала, — все равно не должно пахнуть беконом во всем моем доме.
Когда я перевернулась, чтобы посмотреть на другую сторону кровати, пытаясь выяснить, не спал ли там кто-нибудь, потому что, может быть, прошлой ночью я привела кого-то домой, и это просто вылетело из моей головы, я немного удивилась, обнаружив не парня, а маленькую блондинку, сидящую там. Я протёрла глаза, чтобы убедиться, что это не галлюцинации. И когда я снова смотрю на нее, ее лицо оказывается так близко к моему, что я чуть не вскрикиваю от удивления.
— Мэмори!
Брук до сих пор не научилась произносить мое имя правильно, и я не совсем понимаю почему, потому что она произносит мое имя, просто добавляя лишнюю М в начале. Но мне это нравится.
— Привет, маленькая принцесса!
Брук хихикает. Я открываю ей свои объятия, и она тут же наклоняется ко мне, чтобы обнять. Я не видела её целых две недели и начала по ней скучать. Слава Богу она вернулась! Но даже в этом случае, какого черта здесь делает Майлз?
Должно быть, она пришла с ним, потому что мои родители не приходят сюда по утрам, и тем более не готовят завтрак. Особенно с Брук.
Когда она вырывается из моих объятий, я замечаю, что Брук держит что-то круглое в руках. Это похоже на бальзам для губ, но единственный бальзам, который есть у меня в доме, находится вне зоны досягаемости для Брук.
— Что у тебя в руках?
Брук открывает ладонь, показывая мне красный бальзам для губ. Это не мое, значит, Сан оставила его здесь вчера.
— Можно я его возьму? — спрашивает она, бросая на меня полный надежды взгляд.
Если бы он был моим, она бы могла оставить его себе. Однако, поскольку этот бальзам не принадлежит мне, я не могу просто так отдать его Брук.
Прежде чем какое-то извинение сорвалось с моих губ, я заметила маленькую клубнику на крыше бальзама. Всего за несколько секунд, я выхватываю бальзам из крошечных рук Бруклин, и мое сердце бьётся чаще, чем после марафона.
У Брук сильная аллергия на клубнику. И под «сильной» я имею в виду то, что она реагирует на все. На поедание клубники, её запах, попадание клубники на её кожу. Даже искусственный запах. Поэтому я никогда не ем её дома, даже если мне очень хочется клубники.
Справедливости ради следует отметить, что искусственный аромат клубники в любом случае противен, поэтому я не возражаю против того, чтобы не покупать что-либо с ароматом клубники.
— Нет? — Брук дуется на меня, мгновенно заставляя меня чувствовать вину за то, что я так поспешно забрала бальзам из её рук. — Хорошо.
— Бруки, ты помнишь, что твой отец говорил о клубнике? — спрашиваю я.
Она кивает. Честно говоря, я бы удивилась, если бы она этого не сделала. Майлз еженедельно рассказывает ей про её аллергию. Бедняжка, должно быть, устала это слушать. Но, честно говоря, она продолжает настаивать на том, что у неё нет аллергии, так что я понимаю, почему Майлз продолжает ей напоминать об этом.
— Это «но-но» для меня.
Она качает головой, не открывая глаз. Потом они снова открываются, и её лицо озаряет яркая улыбка.
— Папочка всегда говорит, что от квубники меня тошнит.
— Именно так.
— О нет, — её маленькие кусочки белых бровей опускаются с беспокойством.
— Бруки, мне нужно, чтобы ты была со мной откровенна. Ты нюхала его или наносила на губы? — я, конечно, сомневаюсь в этом. Если бы она это сделала, она бы хватала ртом воздух. Запах клубники обычно не так быстро даёт реакцию, как если бы она её съела, так что на всякий случай…
Брук кивает головой. Я протягиваю ей свой мизинец.
— Обещаешь? Мизинец?
Брук передразнивает меня, с трудом удерживая мизинец поднятым.
— Квянусь на павчике, Мэмори!
Мы сцепили наши мизинцы, ну, я цепляю его, веря ей на слово. Я занимаюсь с ней этим с тех пор, как ей исполнилось три года, и ни разу её обещания не оказались ложью, поэтому я верю ей. Но тем не менее, мне стоит рассказать об этом Майлзу.
С тех пор, как мы с Уильямом начали встречаться, и он периодически давал мне знать, что я должна есть меньше, чтобы не набрать вес, я пропускаю завтрак. Справедливости ради скажу, что мои родители в свое время тоже говорили мне, что я
