В дверь был нанесен третий удар. Засов уже плохо держался в своих креплениях, но еще выполнял свои прямые обязанности - держать дверь запертой. Гилиас следил за засовом, весь дрожа от страха и гнева. Дыхание участилось и вырывалось со свистом. Сжав зубы, он поднял сидельце, защищаясь, как щитом и занес ножку табурета над головой для стремительного но, скорее всего, единственного удар. Четвертый удар пошатнул дверь. Гилиасу показалось, что он услышал треск древесины. Он не мог поверить, что это могла поддаться дверь.
Неожиданно для Гилиаса был нанесен пятый удар. Дверь пустила громкую трещину, извилистым устьем расширяясь к ее верхнему краю. Артерии вздулись на его шее от напряжения, дыхание стало более хриплым, а ноги перебирали более подходящую стойку для удержания первой атаки, ломящегося в дом пугающего нечто. Гилиас ожидал следующего, решающего натиска. Воинственный запал уже иссяк и развеялся. ” Я же не воин, не воин!”, шептал Гилиасу страх. Свет энерголамп хорошо освещал, что было за трещиной. Там был глаз. Большой оранжевый глаз с черным зрачком, который смотрел прямо на Гилиаса. А Гилиас смотрел на этот глаз и все еще не мог поверить, что происходящее не дурной сон. Черный зрачок расширялся и снова сужался, яростно изучая человека, защищающего дверь.
За дверью слышался захлебывающийся рычащий хрип. Новой атаки не последовало. Чудище просто сжигало возможную жертву яростно-голодным взглядом, через ненавистную дверь, по очереди поставляя то один, то другой глаз.
Гилиас осознал, что нападающий агрессор утомился ломать дверь. Понимание этого подняло дух. Гилиас вспомнил о втором этаже. Там была сравнительно недавно замена старой двери на новую с двойным засовом. Она была не настолько крепка как входная на первом этаже, однако у агрессивного существа устроившего охоту за друзьями, не будет достаточно пространства чтоб, разбежавшись атаковать новую преграду. Это могло дать преимущества чтоб продержаться до утра.
Снаружи раздался недалекий раскат грома. Для Гилиаса это послужило сигналом к действиям.
- Наверх! Бегом наверх! Там оно нас не достанет- скомандовал Гилиас, но находящиеся как-то неспешно, испуганно и вяло начали двигаться в сторону лестницы ведущей на второй этаж, наблюдая за устрашающим глазом, хорошо просматриваемым в щели. Действия, предпринимаемые запуганными друзьями, очень разозлили существо снаружи. Оно начало злобно хрипеть, бить и царапать дверь, успевая заглядывать при этом в щель. Предприимчивость улетучилась, при новых атаках на дверь и все кто начинал неспешное движение, мгновенно вернулись на свое место испуганно, и покорно наблюдая приближение своего неизбежного конца. Гилиас, наблюдая подобное, также мгновенно вспылил, позабыв о страхе и, закричал:
- Вы что? Что вы сидите? Бегом наверх! - и нанес несколько ударов по трещине в двери.
В этот раз движения были более уверенными. Друзья, спотыкаясь и ускоряясь, спешили к лестнице и по ней на второй этаж. Гилиас вбежал на второй этаж последним и уверенно затворил двойной засов второго этажа. На первом этаже, в дверь ощущались удары, злобные рычания и вытье. А потом все умолкло.
- Энергия не подается, света нет! - сообщил Бриан шепотом, безуспешно пытаясь осветить мрак комнаты, куда они все переместились, интенсивно щелкая рубильником. Это было не объяснимо, потому как с первого этажа, из-за не плотного соприкосновения с дверной коробкой, дверь окаймляло тусклое голубое свечение, доказывая тем самым, что в дом энергия подавалась. Но второй этаж по не ведомым причинам оказался обделенным энергией и смирено погрузился во мрак после затворения двери.
На втором этаже было два окна. Одно находилось возле самой двери, второе в стене напротив. Эти окна были без решеток более широкие, чем на первом, двустворчатые и с прозрачным стеклом. Укрывшиеся на спасительном втором этаже непроизвольно сгруппировались в средине комнаты, подальше от окон. Кроме Гилиаса, который стоял возле двери и прислушивался. Вместо беснующегося снаружи монстра, находящиеся в темноте услышали шум ветра и одиночные удары крупных капель дождя о крышу. Мрак комнаты рассеялся ворвавшейся вспышкой молнии. Догоняя ее, на крышу свалился тяжелый молот грома, разорвав мембрану неба и обрушив ливневые потоки на земную суету ночи. Девушки неожиданно взвизгнули, но тут, же с радостными причитаниями взяли на руки что-то перемещавшееся у их ног. Глаз по не многу уже привык к темноте и уже различал силуэты и контуры предметов в комнате. Девушки подняли на руки сонно мурчащих котов. В середине вечера все думали, что они ушли гулять дальше, но как оказалось, коты имели свои планы на завершение вечера. И спрятавшись на втором этаже, от возможного изгнания за пределы жилища, уснули там. Теперь не подозревая, или не понимая грозившей опасности двое пушистиков, довольно комфортно расположились на руках девушек, намереваясь продолжить нарушенный сон. Девушки нервно гладили их и целовали, словно эти ласковые мурчащие комочки отвели уже от них беду.
И в самом деле, можно было предположить, что ужас, одолевавший компанию друзей на первом этаже, окончился. Ни ударов в дверь, ни рычания, ни жадно следящего глаза. Вообще никакого звука выдающего злобное создание снаружи не присутствовало. Все было обыденно. Дождь, дача, компания друзей и коты. Это абсолютно не устраивало Гилиаса. Он не верил, что зло так легко может оставить их в покое. Еще он начал предполагать, что злобное нечто, скорее всего мыслящее существо, нежели зверь, испытывающий голод. К тому же понимает их речь. И эти догадки не очень радовали его. Гилиас не спеша, переместился к окну возле двери и выглянул в него. Молния, осветившая на долю секунды окружающий мир, позволила рассмотреть, что под окном и рядом с домом нет злобного преследователя. Оставалось проверить еще одно окно, и в случае не обнаружения ждать утра и предпринимать попытку выбраться из дома. Ведь не зря есть пословица: "утро вечера мудрей, по-молодецки удалей”. Подбираясь уже к самому окну, нога Гилиаса ступила на доску, которая предательски громко скрипнула, нарушив успокаивающую тишину, укатанную убаюкивающим дождем. Никогда раньше здесь пол не скрипел. И Гилиас вполголоса метнул, подобно молнии, проклятья в сторону пола вообще и скрипнувшей доски в частности. Эти действия привлекли внимания Бриана, который до этого смотрел, как коты спят на руках у почти успокоившихся девушек.
-Что ты делаешь ? - спросил громким шепотом он Гилиаса.
- Смотрю где оно. Может уже, убралось! - ответил тот. Сверкнула молния, и громыхнул удар, от которого дрогнули стекла. Гилиас выглянул в окно и оторопел. Прямо под окном подняв свою ужасную вытянутую голову, стоял злобный гость. Через тьму были различимы контуры фигуры, которую омывала ширма дождя. На голове хорошо просматривались длинные острые уши, контуры острого носа и черные впадины вместо глаз. Сутулившееся тело покрывала темная материя, которая служила когда-то одеждой, а сейчас как ненужный атрибут прошлого, беспомощно висела рваными лохмотьями. Одной рукой, стоящий под окном агрессор опирался о стену. И вообще весь вид этого существа, даже в скрывающем детали мраке, указывал на наличие разума в его охваченной злом голове. И это пугало еще сильнее, чем бездумное животное. Это могло означать, что оно будет перебирать различные обдуманные варианты достижения своей ужасной, мрачной цели.
- Он здесь! Под окном! - почти вскрикнул Гилиас
- Что он делает? - тонким голоском, вместо шепота узнала Эфира.
- Стоит и смотрит прямо на меня - ужаснулся Гилиас. Мрачный гость под окном, словно услышав, что говорят о нем, медленно склонил свою голову с левого плеча на правое, развернулся боком, и, опираясь рукой о стену, неспешными хромающими шагами направился за дом.
- Проклятье, он куда-то уходит!- взвизгнул Гилиас, чуть не подпрыгнув на месте от негодования и страха охватившего его. Перемещение этого создания могло означать только одно: реализация идеи как добраться до них на второй этаж. Гилиас отлично это понимал, потому так и взволновался. И не зря. Чудище не заставило себя долго ждать. С той стороны, где крыша полого спускалась ниже окон второго этажа, через шум падающей с неба воды, доносились странные звуки словно на крышу, что-то закидывают. Потом стали отчетливо слышны шлепающие шаги по поверхности крыши.
- Матерь богов ! Он на крыше! - вскрикнул Эридор. Все вскинули головы вверх, словно пытаясь через серый мрак рассмотреть, что происходит на крыше. Коты продолжали спокойно спать на руках, упорно не замечая надвигающейся опасности. Шаги медленно и не уверенно приближались к тому окну, возле которого продолжал стоять Гилиас. Потом что-то громко ударилось о покрытие крыши, покатилось вниз, и с тяжелым мокрым шлепком упало в успевшую стать грязевой ванной землю. С наружи разлились протяжные злобные завывания и стоны.
