Для доказательства своей позиции Скотт оспаривал принятые в его время трактовки библейских текстов, заявляя, что современные ему переводы Священного писания без всякого разбора смешивают различные категории зловредителей – ворожей и прорицателей, чародеев и отравителей, – называя их «ведьмами и колдунами».[34] Гораздо больше, чем на библейский авторитет, Скотт полагался на опыт, в том числе и на своей собственный. По его наблюдениям, в ведовстве обычно обвиняли женщин определенного сорта: бедных, с нарушенным душевным равновесием, необразованных, вызывающих страх и презрение других членов общины, тех, кто не может постоять за себя. Скотт считал, что к этим женщинам следует отнестись с христианским милосердием и состраданием. Не оставляет своим вниманием автор «Разоблачения колдовства» и феномен признаний своей вины такими, как Урсула Кемп. В этой связи Скотт обращает внимание не только на ведьм и колдунов в библейском смысле этого слова, но и на так называемых «знающих» – деревенских знахарей, знатоков древних народных магических ритуалов, поставщиков амулетов и творителей заклинаний, – персонажей, характерных для английской сельской глубинки. Скотт озабочен отделением добросовестно заблуждающихся и ненамеренно слабых в вере членов тогдашнего общества от шарлатанов, извлекающих из суеверий собственную выгоду. При этом он находит массу ошибок и нестыковок в обоснованиях приговоров, выносимых «охотниками на ведьм». На взгляд современного человека, борьба с суевериями самоочевидна, но в ту эпоху только Скотту хватило мужества и здорового скептицизма, чтобы возвысить свой голос в защиту гонимых на фоне активного распространения антиколдовской истерии в Англии и Северной Америке. Вполне возможно, что его книга сыграла не последнюю роль в появлении такого известнейшего труда, как «Демонология» короля Якова (1597 г.), где в противоположность работе Скотта яростно защищается идея преследования ведьм[35].
Разоблачение колдовства[36]Книга 1Глава 1
Об опровержении власти ведьм и колдунов над погодой и проявлениями природных стихий, в укор и назидание тем, кто приписывает им слишком много
Истории о могущественных ведьмах и колдунах так быстро и глубоко проникли в сердца людей, ибо немногие из нас сегодня готовы предать себя в руки Господа и принять наказание от Него. Когда любое бедствие, несчастье, болезнь или потеря ребенка, урожая, скота или свободы случается с людьми, снова и снова восклицают они: «Во всем виноваты ведьмы!» Словно бы нет Господа в Израиле, повелевающего всеми вещами[37], направляющего мытарства, напасти и недуги на правых и виноватых токмо по воле Своей, находятся здесь на земле те, кто называет неких старух ведьмами и объявляет их источником всех несчастий людских. А коль скоро нет их вины, то и не заслуживают те ведьмы своего наказания. Не следует приезжать или приходить к тем, которых неправомерно именуют ведьмами, иным образом искать с ними связи, желая получить из рук их успокоение и защиту во времена бедствий и невзгод, ибо противно это воле и заповедям Божьим, ибо только Господь есть источник утешения и спасения в нужде нашей[38].
Прямо говорю я, что сии безбожники убеждены, что ни ураган, ни ветер, ни гром, ни молния, ни дождь, ни шквал не обрушиваются с небес по воле Божьей, а вызываются силой чар ведьм и колдунов. Стоит только грому ударить, а ветру задуть, бегут они звонить во все колокола или призывают яростными криками сжечь ведьму, колдуна или орудия их колдовства, дабы дым от костра очистил воздух вокруг от Дьявола, словно бы такими потешными средствами можно посеять страх в стихиях. Как по мне, так вера в такие средства и есть настоящее колдовство, как считает и Брентий[39].
Ни один раскат грома не подвластен ни ведьме, ни колдуну, ни самому Дьяволу, а лишь Господу во всей славе Его. В Священных книгах прочел я, что по воле Господа дуют ветры, волнуется море и обрушиваются смерчи[40]. Скажите мне, кто из колдунов успокоил море в шторм, как сделал Христос, или поднял вихрь одним словом своим, как сделал Господь, и тогда уверую я в колдовство. Смогли ли ведьма, или чародей, или любое другое смертное создание войти в чертог снегов или в самое око бури, которые посылает Господь во дни несчастий, битв и войн? Ведомо мне, что только по слову Божию падает снег и дует ветер, и лишь Иисус, Спаситель наш – единственный, кто в силах остановить всякое ненастье, а коли следуем мы заветам его, то принесет он нам дождь в дни засухи, чтобы нивы заколосились, а деревья в садах покрылись плодами.
[…]Глава 2
О тревоге из-за легковерия людского и о порицании тех священнослужителей, кто разделяет общее заблуждение о всемогуществе ведьм и колдунов, как явствует из приведенного ниже примера
Род людской сегодня столь ослеплен заблуждением, что те, кто ищут утешения и совета в своей надобности, идут не к Господу Нашему, а к Дьяволу, и не к врачу, а к шарлатану, к тем, кто верят, что лишь словом своим могут лечить хромоту, ломоту и иные недуги, хоть пристало то лишь Спасителю и тем, кого он наделил своими Божественными силами. И пусть любая ведьма, кичась своими духами-помощниками и потрясая амулетами, заявит, что вылечит слепого, но в главе десятой Книги Иоанна говорится, что не в силах Дьявол заставить слепого прозреть[41]. Что печалит меня, так то доверие, что питают к сим ведьмам и колдунам не только простые люди, но и некоторые священнослужители. Слышал я от приходского священника, что средь паствы его есть семнадцать-восемнадцать ведьм и колдунов со сверхъестественной силою к чудесам, и тот священник был не один. Такими словами показывают пастыри прискорбное неверие слову Божию и невежество, коль наставляют так свою паству. Дело священника – научить своих прихожан тому, что лишь Господь способен творить великие чудеса, и только Он насылает кары на злых и нечестивых, и только Он есть судия. О таких заблуждающихся толковал пророк Аггей: «Я вам слал суховей и град, плесень на ваши посевы, губил все ваши труды; но вы не возвращались ко Мне…»[42] И он же сказал о них: «Вы сеете много, а собираете мало»[43]. И в книге пророка Иоиля и в Третьей книге Моисеевой, также известной как Левит, найдете вы многие другие доказательства вышесказанному.
[…]
Настала пора рассказать здесь об одном случае, который подтверждает вышесказанное. Этому делу я не только Oculatus testis[44], но и изучил его подоплеку и готов подтвердить правдивость моего отчета. Делаю я это не к бесчестью священнослужителей, идущих путем Господним, но в подтверждение глубины того, насколько нечестивое заблуждение о всемогуществе колдунов пустило корни, дабы вырвать его из умов людских.
На ассизах в Рочестере в 1581 году некую Маргарет Симонc, жену Джона Симонса из местечка Бренчли, что в графстве в Кент, обвинили в ведовстве и порче по наущению и жалобе малоумных и злобных особ и, в частности, некоего Джона Ферралла, приходского викария. Я поговорил с этим человеком и нашел его крайне предвзятым в деле Симонc по личным причинам и, что еще хуже, неспособным доказать правоту своих обвинений. Далее я расскажу, что поставил он в вину бедной женщине.
