Читаем без скачивания Райдер - Анду Лив

– Не сейчас, – тихо проговорила она.

– Что значит не сейчас?! – испугался Ян. Его черные прямые брови подпрыгнули, и глаза удивленно заморгали. – Я ждал тебя здесь целый вечер, ты и так опоздала на неприличное время…

– Я имела в виду, – оправдываясь, начала девушка, – что мне нужно сосредоточиться. Буквально пару минут.

Фотограф вздохнул и нежно взял ее за талию.

– Пойдем посидим в моем кабинете. Может, чая? У меня есть вкусный мармелад из Индии, уверен, ты такого еще не пробовала…

Все присутствующие провели парочку заинтересованным взглядом. Но никто и не подумал расходиться – все мужчины ждали возвращения Юлии, а девушки – Яна, в которого они были по очереди влюблены.

Ян был притягательным мужчиной средних лет, невысокого роста, но хорошего телосложения, с широкой спиной и крупными ладонями, которые больше всего запоминались его любовницам. Его черные глаза излучали доброту и ласку для всех – он был прост характером, но требователен в работе. Все знакомые по работе точно знали его правила: на первом месте работа, ее процесс и ее результат. Он был женат на работе, и все ей завидовали.

Юлия зашла в уютный кабинет и удобно устроилась на широком кожаном диване, положив ноги на спинку так, что ее легкое платье постепенно скатилось по ним вниз.

– Ну что, Мертц, в чем дело, рассказывай? – подходя к рабочему столу, спросил Ян.

Он открыл шкафчик и достал обещанный мармелад.

– Даже не знаю, что на меня нашло, – успокоившись, беззаботно ответила Юлия.

Она обвила черный локон блестящих волос вокруг пальца и с чуть приоткрытым ртом тихо разглядывала стены кабинета. Ян бросил свой взгляд на обнаженные сексуальные ноги и со звуком захлопнул свой потайной шкафчик. Он сел на диван подле нее и с улыбкой, которая образовывала на его щеке волшебную ямочку, поднес блюдо со сладостями. Юлия повернула к нему голову и ее грудь вздрогнула от громкого смеха.

– Я что, в детском саду?

– Попробуй, – тихо сказал он.

Она приподняла голову с мягких подушек и протянула белоснежную маленькую ручку к тарелке. Ян внимательно следил за ней и острым сосредоточенным взглядом запоминал каждое движение ее руки, шеи, глаз, губ… Она аккуратно поднесла ко рту маленький кусочек мармелада и губы разомкнулись. Ян почувствовал, как в его руке, державшей сладкое блюдо, возбужденно пульсирует сердце.

– Мертц, – сказал он, – а может, к черту это платье…

И Юлия снова уловила черный взгляд на своих ногах. Она самодовольно улыбнулась и стряхнула с пальцев оставшуюся сахарную пудру.

– Мармелад неплох, – не обратив внимания на последнюю фразу Яна, сказала девушка, – а нет ли у тебя чего-нибудь покрепче?

Ян просиял и метнулся к большому дубовому шкафу, в котором располагался бар.

– Прости, что первый тебе не предложил, – он вернулся к ней. – У меня есть отличный армянский коньяк.

Юлия поднялась из полулежащего состояния и, сидя на диване, с желанием выпила то, о чем целый день просили ее нервы.

– Не узнаю тебя, обычно так делают модели, которые боятся съемки… Особенно съемки обнаженной натуры, а ты…

– Я сегодня чувствую себя не в своей тарелке.

– У нас с тобой получилась бы отличная фотосъемка в этом жанре, у тебя такие формы… – не слыша ее, продолжал Ян.

– У меня была куча таких съемок.

– Таких да не таких, – воодушевленно заговорил он. – Я бы хотел такую фотосессию, в которой бы ты не скрывала ни одного сантиметра своего тела! Открытую, откровенную, с таких ракурсов, с которых еще ни один поклонник не видел тебя…

Юлия приняла вторую предложенную ей рюмку и почувствовала в своем теле и состоянии приятное расслабление. Она откинулась на спинку дивана и закрыла глаза.

– И кому нужны мои гениталии? – тихо посмеиваясь, спросила она.

– Да любой журнал отдал бы за это не только деньги, но и душу!..

Юлия громко засмеялась и, подняв расслабленную голову, встретилась с Яном глазами. Его приятное лицо светилось от эмоций и желания. Фотограф аккуратно, не отрывая своего взгляда от красоты, поставил бутылку коньяка на пол и встал перед идолом на колени. Его теплые руки нежно легли на манящий его корсет.

– У тебя сегодня очень интересное настроение, – заметил он, – то ты вспыхиваешь как вулкан, и твои крики эхом раздаются по всему нашему этажу, то ты спокойна и удивительна своей робостью и нерешительностью. Я ждал тебя в этих стенах целый день, и чуть с ума не сошел от этого томительного ожидания… Но я готов ждать хоть сколько того момента, когда ты будешь готова к работе со мной…

– Если бы не твой плотный график, я бы отменила сегодня нашу встречу.

– Отчего?

– У меня сегодня был отвратительный день, и настроение мое испорчено на год вперед.

– На целый год? – улыбнулся фотограф, и ямочка снова промелькнула в его правой щеке. – Мертц, ты как ребенок.

– Я даже не хочу вдаваться в подробности этого ужасного случая, – недовольно сказала она, когда безмерно раздражавшие ее воспоминания снова появились в голове.

Ян придвинулся к ней еще ближе и, нагнувшись к ее лицу, нежно шепнул в ушко:

– Тот, кто тебя обидел – ничтожный кретин. Как можно обижать такую прелесть, – сладострастно говорил он, чувствуя скользящими руками ее холодное красивое тело, – такую девушку, такую королеву…

Юлия ощущала его медленно поднимающиеся к груди руки, но сидела молча и отстраненно смотрела мимо Яна. Она вернулась мыслями в отель, в ее роскошный люкс, в ее залитую водой ванну… Перед ней стояло враждебное красное лицо, с черными злыми глазами и с сильно нахмуренными бровями. Оно орало на нее, забыв, кто она, оно унижало ее, трогало ее далеко и усердно спрятанные человеческие чувства, от которых она хотела избавиться навсегда и никогда больше не пользоваться ими. А потом она вдруг вспомнила это лицо с другими эмоциями – он прыгнул за ней на кровать, а она никуда не могла деться. Она кинулась к дверям – но он нагнал ее, и Юлия запомнила то лицо. Странное, румяное от возбуждения, красивое, но со страшными искорками опасности в глазах. Оно излучало мужество, силу, непоколебимость нрава и чувств, оно давало понять ей, что она всего лишь женщина. Всего лишь женщина… А когда она, подходя к отелю гордой походкой, с чувством еще не сломленного достоинства, увидела встречающих ее людей, она не обратила на те лица должного внимания. И то лицо, которое так впоследствии запомнилось ей, не показалось особенным и важным в тот момент. Это был просто мальчик, ее слуга, с приятной внешностью, с красивыми светящимися от счастья глазами и с улыбкой, которую он временам мог скрывать, а временами нет.

Все это так живо представилось ей, что она на миг забыла, где находится и что происходит. Юлия, казалось, задержала дыхание от переизбытка чувств и эмоций, словно боялась вдохом прогнать эти воспоминания. Но внезапно она почувствовала резкое отвращение – горячие губы с удовольствием коснулись ее красивой пышной груди.

– Возьми себя в руки! – она резко схватила фотографа за шею.

Ее длинные ногти достаточно глубоко вонзились в его горло. Юлия отодвинула Яна на приличное расстояние и великодушно отпустила.

– Королева! – вскрикнул он, в восторге почесывая свою ноющую шею.

Он поднялся с колен и налил себе коньяка.

– А я не перестаю убеждаться в том, что ты удивительная девушка! – радостно сказал он и быстро заглотил коньяк. В нем было какое-то непередаваемое чувство восторженности. – Ты любого сведешь с ума! Любого!

Юлия громко захохотала и умиленно подняла на него глаза. Она продолжала играть свою великосветскую роль.

– Ну что ж, думаю, пора, – решительно сказала она, поднимаясь и поправляя платье.

– Что? Уже?

Юлия наградила его лицемерной улыбкой, говорящей «да», и поторопилась выйти из кабинета.

На самом же деле она была не готова, но и оставаться наедине с фотографом, которого свела с ума ее грудь, не хотелось. Она вышла из кабинета и гордо, с высоко поднятой головой, направилась к павильону.

– Пусть все идут по домам, – скомандовала она подошедшему Яну, уже сидя на скамье с декорациями, – мне не нужны лишние зрители.

– Без проблем, Юлия, без проблем, – покладисто сказал фотограф. Только немного подостыв, он начал понимать и осознавать всю неловкость своего положения. Его спасало и радовало только то, что Юлия как вела себя холодно и надменно, так и продолжала, будто ничего и не было.

Через пару минут никого, кроме них, в павильоне уже не было. Ян быстро всех разогнал, оставив при себе лишь помощника по свету, который, как тень, тихо и незаметно, боясь потревожить Юлию, перемещался по павильону.

Фотосессия началась и обещала быть очень удачной. Фотограф неотрывно смотрел на Юлию и был счастлив запечатлеть ее в красивом образе. Она была так точна в действиях и позах, что фотограф, как бы идя у нее на поводу, то вставал на колени, то падал к ее ногам, то взбирался на табурет – всё ради отличных снимков.