Читаем без скачивания Город Эмбер. Предсказание - Джин Дюпро

— Алло? Да, Долорес, что такое? Нет, дорогая. Боюсь, что нет… Я знаю, что ты в тревоге, но, дорогая, Алтия не может увидеть будущее людей по их первому требованию. Нет. Она пророчица, а не предсказательница судьбы. Извини, дорогая, но это исключено. Пожалуйста, больше не проси меня об этом. — Она закончила разговор и вздохнула. — Ко мне постоянно обращаются с такими просьбами. Люди нервничают.

И тут Никки задала один из интересующих ее вопросов:

— Миссис Бисон, вы думаете, может случиться что-то ужасное?

— Не хочу тебя пугать, милая, но, боюсь, может. Зло сильно. У нас немало врагов, но наша страна противостоит им, и мы, жители Йонвуда, тоже. — Она подняла с пола хлеб. — И пророчица помогает нам.

— Я знаю, — сказала девочка. — Аманда мне говорила.

— Она рассказала тебе о горячей линии? — спросила миссис Бисон. — Это записанное на пленку послание. Каждый день люди могут позвонить по номеру семь-семь-семь, чтобы услышать ее последние слова и получить совет. Я могу позвонить на мобильный со своего ДТД-телефона, чтобы срочно сообщить ее новое послание. — Она показала свой маленький телефон, на котором экранов, кнопок и сдвижных частей было больше, чем на обычном мобильном. — Я люблю высокотехнологичные штучки. ДТД означает «делающий тысячу дел». Ну, может, и не тысячу, но близко к этому. — Она нажала на кнопку. — Вот так я узнаю температуру воздуха. — Она надавила на другую кнопку. — Ой, почти одиннадцать. Где же эта девушка? Мне пора идти.

Но Никки не терпелось задать свои вопросы.

— Миссис Бисон, — быстро заговорила она, — я хочу сделать что-нибудь нужное, важное, чтобы помочь миру.

— Тогда ты поступила правильно, приехав сюда, — с улыбкой сказала миссис Бисон и убрала телефон в карман. — Здесь все стараются помочь миру. Мы провели множество городских и церковных собраний, дискуссий… Что ж, опасные времена сплачивают людей. Но у нас еще осталось несколько эгоистичных личностей, и это тревожит. Даже один человек может все испортить, как одна заплесневевшая ягода портит корзину клубники.

Миссис Бисон собралась уходить, но Никки спешила задать еще один вопрос:

— Так что же мне делать?

Миссис Бисон уже застегивала куртку.

— Что делать? Посмотрим. Дай мне знать, если заметишь что-то неладное, какое-нибудь слабое место.

— Слабое место? — переспросила Никки. — А как… как мне это определить?

В кухню вошла Аманда, хорошо одетая и причесанная.

— Вот и я! — воскликнула Аманда.

— Ты прекрасно выглядишь, милая, — улыбнулась ей миссис Бисон. — Я пойду за машиной. Встретимся у моего дома.

— Но, миссис Бисон, — не унималась Никки. — Как же мне определить, что не так?

Миссис Бисон обернулась и с серьезным видом сказала:

— Выискивай грешников, Никки. Пророчица часто повторяет: «Никаких грешников».

— Грешников? — переспросила Никки. — Вы говорите про нарушителей закона?

— Да, но не только. Иногда человек не нарушает закон, но ты чувствуешь, что он какой-то не такой. Просто чувствуешь. — Миссис Бисон помолчала. — Ты знаешь Хойта Маккоя? Он живет на Вороньей дороге.

— Нет, — ответила Никки. — Я тут никого не знаю.

— Ну конечно. Но он — характерный пример. Он какой-то не такой, как мы, есть в нем что-то плохое. — Она взялась за ручку двери, но вдруг резко повернулась и пристально посмотрела на Никки: — Ты любишь Бога?

На лице девочки отразилось удивление.

— Конечно. Думаю, что да.

По правде говоря, Никки никогда не задумывалась над этим. Ее родители в церковь не ходили, и она знала о Боге немного.

— Прекрасно! — воскликнула миссис Бисон. — Мы должны любить Бога сильнее всего на свете. Если ты Его любишь, все у тебя будет хорошо. Ты поможешь нам выстроить щит добра.

Улыбнувшись, она открыла дверь и ушла.

— Ну разве это не чудо?! — воскликнула Аманда, как только они остались одни. — Я так испугалась, когда увидела ее. Она очень милая, но я боялась, что она отправит меня в приют. Никогда бы не подумала, что все так обернется. Я буду ухаживать за пророчицей! Класс! Я хорошо выгляжу?

— Отлично, — ответила Никки. — А как Отис?

— Господи, Отис! — воскликнула Аманда. — Ты сможешь о нем позаботиться? Меня могут не взять из-за него на работу. Его надо кормить и выгуливать дважды в день. Сможешь? Ну, пожалуйста!

Никки, конечно, сказала, что сможет.

Как только Аманда ушла, Никки нашла карандаш, листок бумаги и записала:

«Грешники. Силы зла. Щит добра».

Да, ей представлялась идеальная возможность: для достижения цели номер три она могла бороться с силами зла и строить щит добра. От одних этих слов она почувствовала себя воительницей. Может, ей следовало от чего-то отказаться, как поступали другие? Если б она это сделала, то могла бы больше любить Бога? Никки подумала, что она так мало о нем знала, да и вообще никогда не задавалась вопросом, любит она Его или нет. Трудно любить кого-то невидимого. Отказ от чего-то мог усилить ее любовь. Но от чего ей отказаться? Никки решила, что обязательно над этим подумает.

Она побежала наверх повидаться с Отисом. Взяв щенка за передние лапы, она приподняла его и посмотрела ему в глаза.

— Отис, Аманде пришлось уехать, — сообщила она ему. — Теперь я буду заботиться о тебе. Хорошо?

Отис пристально смотрел на нее своими темно-коричневыми бусинками, склонив голову, словно пытался понять ее слова.

Никки понимала, что забота об Отисе чревата немалыми сложностями. С одной стороны, требовалось не пускать Кристал на третий этаж, с другой — кормить и прогуливать Отиса втайне от нее. К тому же Никки ужасно не хотелось надолго оставлять щенка в детской, где он стал бы грызть мебель и ковры. Разве собаки не впадают в депрессию от долгого пребывания в одиночестве? К счастью, Кристал придется часто уезжать из дома, потому что она наметила себе много встреч и дел, и Никки полагала, что у нее будет время для Отиса.

Она посадила его себе на колени, но он вырвался (щенок оказался на удивление сильным) и принялся танцевать на задних лапах. Отис тявкнул, и Никки догадалась, что ему захотелось играть.

Она нашла в шкафу детский ботинок и бросила его щенку.

— Лови, Отис! — крикнула она.

Отис помчался вперед, схватил зубами ботинок и принес его Никки. Положив его у ног хозяйки, он посмотрел на нее круглыми карими глазами, ожидая продолжения.

Они долго играли в «верни ботинок», но потом Отис отвлекся на бегущего по полу паука. Никки спустилась вниз, чтобы сварить себе чашку горячего шоколада, а когда вернулась, увидела, что Отис просится на улицу.

Никки совсем забыла, что Аманда велела ей выводить щенка на прогулку дважды в день. Она прицепила к ошейнику Отиса поводок и повела его во двор.

Наступил полдень, а Кристал все не возвращалась. Никки заглянула в соседнюю комнату, заставленную ящиками, сундуками, коробками. Открыв самый большой и по виду самый старый сундук, она обнаружила в нем всякую всячину, но больше всего — бумаг. Взяв охапку, Никки отправилась изучать их в детскую.

Среди беспорядочно лежавших бумаг были рождественские открытки, фотографии младенцев, связки давних счетов, табели успеваемости, школьные тетрадки, а под ними Никки увидела конверт, который был такой старый, что у него истлели края. Девочка достала из него фотографию на картонной подложке и едва успела взглянуть на нее, как к дому подъехал автомобиль Кристал. Никки быстро сунула фотографию в конверт и переложила бумаги с дивана на комод, чтобы Отис не добрался до них.

— А теперь спать, — приказала она щенку и вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.

Кристал вошла в дом, сняла пальто и повесила его на вешалку в холле.

— Встретилась я с риелтором, — сообщила она Никки. — Его зовут Лен Колдуэлл. Очень милый, отзывчивый. Такой высоченный и с маленькими усами, — сказала она, улыбнувшись. — Как твои дела?

— Так, бродила по дому. Мне нравится, что он такой большой, просторный, — произнесла Никки.

— Это точно, — согласилась с ней Кристал. — Дом большой, это приятно, когда стены не давят на тебя. Но и на уборку уходит гораздо больше времени.

Никки хотела было выразить свое восхищение широкой лестницей на второй этаж и видом на горы, который открывался из окон, как вдруг зазвонил телефон.

Кристал сняла трубку.

— Алло! Ракель? Как ты?

Звонила мать Никки.

— Да-да… Конечно… Я понимаю, это действительно трудно.

— Я хочу с ней поговорить! — прошептала Никки.

— Правда? — спросила Кристал в трубку. — И что в ней?

— О чем ты? — спросила Никки.

— Да, странно, — после паузы продолжила Кристал. — Скажи Никки — она хочет знать.

— Мамик! — крикнула Никки в трубку. — Ты в порядке?

— Да, все хорошо, — ответила мать усталым голосом. — Я получила открытку от твоего отца.