И Дьявол, как истый труженик, начал сидеть даже по вечерам за своим столом, перебирал бумаги, заглядывал - чего уже давно не случалось - в умные книги, базы данных и архивы, и даже написал для себя маленькое социологическое исследование, предварительно основательно прорыв носом картотеки и библиотеку.
Порой он привлекал секретаршу к своему исследованию, проводя тесты и задавая бесчисленные вопросы. Однако о теме работы молчал. И слава богу, потому что она кратко называлась: "Сравнительное исследование идиотизма у блондинок".
Закончив это исследование, Иде поразился: значит, в чем-то простом и узком все-таки можно найти какую-то закономерность, подчиняющуюся логике. Он понимал, что логика - самая заразная болезнь, которую он только мог подцепить, однако он чувствовал, что в нем восстанавливаются прежние силы и интерес к работе.
Но однажды вечером Глория, секретарша, зайдя в кабинет, поинтересовалась:
- Я давно не видела, чтобы вы так работали...
- Да, - отмахнулся Дьявол, - пишу для себя маленькое исследование.
- А с какой целью? Хотите усовершенствовать нашу систему?
Этот вопрос, заданный, конечно, из чистого любопытства, неприятно поразил Дьявола, и он задумчиво уставился на сияющую на ночном небе луну номер шесть. Возникшие было стабильность и равновесие вмиг нарушились. Иде почувствовал себя как бы пойманным на месте преступления, все снова стало расплывчатым и запутанным, он снова потерял способность вникать в серьезные проблемы, и в висках у него снова застучало.
Он понял, что воспринимал информацию лишь неким верхним, надпочвенным пластом своего сознания. и это поверхностное восприятие создавало обманчивое впечатление о якобы возродившихся духовных силах. Он сидел за столом и работал только для того, чтобы убить время. Никакого другого объяснения не было.
В действительности же он не переставал думать о Кей - точнее, она присутствовала в его подсознании. Существование Кей было для него тем воздухом, который он вдыхал, читая и сортируя документы или же просматривая годовые отчеты.
Поймав вопросительный взгляд, он дернул плечами и проворчал:
- Да, да, это новый проект распределения душ на естественных спутниках, пытаясь одновременно прикрыть локтем компрометирующее название, - и зашторьте окна, наконец, а то днем три солнца светят, ночью семь лун, покой мне будет наконец?
И Глория бодрой рысцой бросилась закрывать окна, а Иде, улучив момент, спихнул бумаги в ящик стола и повернул ключ. Вот настырная стерва!
Однажды, уже под ночь, он почувствовал, что больше ждать не может, да чего, собственно, он ждал? Усталость затуманила ее образ, большие, серо-голубые глаза словно растворились в сумраке и дожде. Он устал, просто устал вспоминать во всех подробностях последнюю встречу, каждый ее жест, шаг, улыбку - и на него нашло полнейшее равнодушие.
Он забросил свою работу, часами лежал просто так на диване и смотрел в потолок. Не было ни последовательных мыслей, ни ясных желаний. Временами его душила злоба, и дышать становилось трудно. И тогда Дьявол готов был отрицать все на свете. Глаза Кей, которые все еще нет-нет и смотрели на него сквозь туман, были полны насмешки. Иде чувствовал себя одураченным, и ему хотелось излить свой гнев и накричать на эту призрачную Кей, запустить в нее чем-нибудь, как в старые добрые времена...
С этого самого дня Кей превратилась в доморощенного детектива. Для себя она установила несколько правил: во-первых, любой ценой ладить с Кендрой и внимательно за ней наблюдать. Во-вторых прислушиваться ко всему, что ей говорят - то и дело в разговорах она улавливала какие-то недомолвки. Их она тщательно записывала, а в свободные часы старательно ломала голову, пытаясь понять, что все это значит, но пока безуспешно.
Конфликт с Индреком потихоньку уладился, хотя он дулся на нее достаточно долго. Но ее это не слишком волновало - любопытство одерживало верх. Ну не могла она просто так уйти, когда прямо под носом лежала загадка. Да и уступать ему не хотелось - тогда она окончательно докажет ему, что принимать самостоятельные решения не способна.
В остальном же жизнь Терминала была до омерзения скучной и размеренной. Все шло по четко расписанному графику, ни шагу без отчета или одобрения начальства - и Кей, от природы взбаламошную и непредсказуемую, это нервировало не на шутку. Однажды поздно вечером, выслушивая отчет Кендры о звонках в Департамент, она не выдержала. В тот момент показалось, что этот размеренный, автоматический голос переполнил чашу ее терпения, и она, внезапно сорвавшись с места, одним махом смела все со стола на пол. Результат - пепельница, вазочка и какая-то стеклянная статуэтка (которая давно бесила Кей своей банальностью) разбились вдребезги, пол был залит водой, в которой сиротливо лежали, обтекая на дорогой ковер, свежие розы, а Кендра на секунду наградила ее абсолютно беспомощным взглядом. Однако, она быстро взяла себя в руки и отправилась вызывать уборщиков, по дороге тихо прошептав:
- Что он, что она - никакой разницы. Прямо как...
Как кто, Кей подслушать не удалось, хотя она изо всех сил растопырила уши. Обидно. Но да ладно. По крайней мере, удалось установить, что она поведением очень на кого-то похожа. Только на кого?
Записав случай в дневник, она вышла в приемную.
- Слушай, Сверкающий до какого часу сидит?
- До восьми, - ответила Кендра.
Кей глянула на свои временные часы, впрочем, для работы бесполезные. Был уже десятый час. Смешно, как иногда можно задержаться на работе, хотя делать там нечего. Но Кей вдруг очень захотелось поговорить с начальником. Неважно о чем она хотела снова его увидеть и проверить, почувствует ли она снова разочарование или нет? Ведь тогда, в первый день, она могла просто перенервничать из-за Кендры или своих предчувствий...
- Ладно, - вздохнула она, - поздно уже.
Собрав вещи, она вышла и зашла в лифт, но в последний момент передумала ехать на нижний этаж и нажала 237-ой - именно там находились апартаменты Сверкающего. Не может быть, что он уже спит, думала она, поднимаясь. А предлог поболтать всегда найдется.
Двери открылись, и Кей почти мгновенно отступила назад - вместо привычно освещенного холла ее встретила полнейшая темнота. Тихонечко выйдя, она залезла в сумку и стала шарить по карманам. Вот. Раздался щелчок и дрыгающийся, нервный свет зажигалки осветил помещение.
С каким-то немым удивлением она продвигалась вперед. Вокруг была полная пустота. Ковры, картины, даже мебель - все исчезло с этажа. На полу валялся мусор. Щепки какие-то, обрывки бумаги и веревок - наверное, все это осталось, после того как вывезли обстановку. Некогда сверкающе-блестящий паркет был мутным и серым. Однако, от лифта вглубь коридора виднелась явно кем-то протоптанная дорожка. Немного подумав, Кей двинулась туда. Темноты она не боялась. Да и вести дорожка могла только к одному месту, где коридор заканчивался массивными дверями. Как ни странно, на ручке двери пыли не было, хотя вокруг она лежала сантиметровым одеялом. Заперто.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
