Читаем без скачивания Игрушки для куклы (СИ) - Деревянко Юрий

– Надька, я тебе так завидую, что сейчас разревусь! Егорка, иди меня тоже поцелуй!

И к традиционному броску букета заняла, как казалось, самую выгодную позицию. Но букет прилетел в руки надькиной соседки по общежитию. И рыжая девчонка со смешной фамилией Лопатина стояла растерянная с этим букетом и озиралась по сторонам. Будто ища - за кого бы выйти замуж. А потом заметила, что один из серёжкиных приятелей - Жора - вдруг стал от неё теряться, пытаясь стать как можно незаметнее. И за всё время свадьбы никто вслух не вспомнил о том, что с невестой что-то не так. Даже тогда, когда у кафе с шумом припарковались мотоциклы и в двери ввалились несколько здоровенных дядек в шлемах и чёрной коже.

– Надя! – громко начал самый представительный из байкеров, – Мы к тебе с подарком!

И подруга громко вскрикнула от восторга, когда ещё двое подняли перед собой по внушительной сумке из твёрдой кожи. Не сразу поняла, что в этих сумках особенного, но потом просто догадалась - эти сумки для Надиного мотоцикла, который она называет Хонькой.

И после свадьбы вызвалась отвезти новоиспечённую тёщу в гостиницу. По дороге она изредка утирала под глазами платочком и вздыхала:

– Ну наконец-то непутёвая моя пристроена...

В конце концов не выдержала и брякнула:

– Эта непутёвая уже стольким людям жизнь спасла, что вся в медалях должна быть. А у неё только одна.

– Это кому-й то она спасла-то? – удивилась недоверчивая мамаша.

– Например - мне, – обернулась к ней и посмотрела строго. А потом бросила взгляд на сидящего рядом Егора и добавила: – Даже два раза.

– Да? – удивилась мамаша. Егор тоже обернулся к ней и покивал:

– На полном серьёзе. У Вас удивительная дочь.

Немолодая женщина на заднем сиденье вздохнула с облегчением, улыбнулась и гордо выпрямилась. И даже показалась немного моложе.

* * *

Колёса вагона постукивают на стыках рельс. Можно было бы ещё поспать, но специально проснулись пораньше, чтобы не проспать встречу с морем. Надя сидит, прислонившись к боку и положив голову на плечо. А за окнами вагона с обеих сторон до самого горизонта бегут морские волны.

– Как будто уже плывём... – мечтательно произносит супруга.

– Да, красиво, – соглашается сосед напротив.

– Пап, а мы так теперь до самого Севастополя будем по морю ехать? – спрашивает мальчишка лет шести, глядящий в окно с верхней полки.

– Нет, скоро море закончится и начнутся горы.

– Ууу... Я то думал...

– А тебе бы скоро надоело только на море смотреть, – ответил мальчишке. Но его отец тут же поправил:

– Море - оно всегда разное. Я-то знаю. Двенадцать лет рулевым на сейнере отходил. И не надоедало.

– А почему ушли? – интересуется Надя, продолжая глядеть в окно.

– Да вот... – сосед бросает взгляд на верхнюю койку, – семейные обстоятельства.

– Бывает... – согласился с ним, чтобы не развивать тему.

Поезд вкатывается с моста на полуостров, море осталось позади, а вдали показываются невысокие горы. И через несколько часов проводница проплывает по проходу со словами:

– Севастополь, конечная. Вещи не забываем.

У Нади рюкзак заметно побольше. Дома пытался переложить часть её вещей в свой, но неизменно получал в ответ:

– Не выдумывай. Ты забыл, что я не устаю?

В конце концов возмутился:

– А что люди подумают?

– То и подумают, что девка на курорт вечерних платьев набрала.

На самом деле платье в её рюкзаке только одно. Зато треть рюкзака заняты топливом и специальным питанием для Нади.

* * *

Парусную школу представляла себе с трудом. Хотя сразу предположила, что это будет нечто наподобие обучения на водно-моторные права. Но всё оказалось ещё проще. К экзамену подготовилась самостоятельно - через специальное приложение. Через него же и сдала часть теоретического экзамена. Так что на причал яхт-клуба, спрятавшийся в одном из боковых ответвлений Севастопольской бухты, явилась уже неплохо подготовленной. Никогда ещё не видела столько мачт сразу. Мачты едва заметно покачиваются, словно лес из тонких голых стволов, опутанных паутиной тросов. Что-то постукивает, позвякивает, поскрипывает... Нашла причал с вывеской парусной школы и вышла на плавающий у берега понтон.

– Нам сюда? – переспрашивает муж, кивая на широкую корму парусной яхты. Вместо ответа крикнула:

– Эй, на "Эсмеральде"!

Из каюты показалось загорелое обветренное лицо, а следом - и его немолодой, но хорошо тренированный обладатель, одетый в рубашку с короткими рукавами и простые светлые брюки.

– Что нужно?

– На учебу! Курова! – представилась без лишних вступлений. Обитатель яхты сверился с висящим на шее небольшим мобильником и махнул рукой.

– Разувайтесь и заходите!

Не доверяя способности силиконовой кожи цепляться за палубу - переобулась в специально купленные яхтенные мокасины и шагнула на сходню. Под оценивающим взглядом перебрались с понтона на палубу. И тут же загорелый дядька пометил что-то в своём телефоне.

– Спускайтесь, – пригласил он и исчез в каюте.

Сняла со спины рюкзак, по ступенькам спустилась вниз. Встала у стола, расставив ноги для устойчивости. Много раз видела интерьеры яхт на картинках, но только теперь удалось оценить настоящие размеры. Внутри яхта показалась ещё больше, чем выглядела снаружи. Положила рюкзак в сторонку. Стоя в проходе, загорелый инструктор бросил на стол пару кусков тонкого троса и уточнил:

– Узлы учила?

– Учила.

– Завяжи брамшкотовый.

– Прям - какой? – переспрашивает спустившийся следом супруг.

– Вот такой, – показала через плечо связанные тросики.

– Нормально, теперь беседочный. Теперь заплети огон.

Серёжа протиснулся мимо и сел на диван, следя за пляшущим в руках куском троса. Яхта слегка покачнулась, но - пока училась на мотолодки - уже привыкла к таким сюрпризам. Так что только едва качнула бёдрами, сохраняя равновесие. Инструктор довольно угукнул и снова пометил что-то в телефоне. А потом указал рукой:

– Занимайте кормовую по левому борту и переодевайтесь.

– Хорошо.

Повернулась и открыла дверь в каюту. Небольшой закуток со шкафом. Над двухспальной кроватью, которая здесь называется койкой, под опущенной палубой тесновато. Серёжа втискивается следом и тоже оценивает помещение.

– Это здесь будем жить неделю?

– А ты чего ожидал? Номер, как в гостинице?

– Ну я думал, тут этот... Кубрик...

– Не переживайте, там будете только спать, – тут же успокаивает его инструктор. Серёжа, постучав по выпирающей сверху конструкции, тихо проворчал.

– Что это за фигня вообще?

– Ванна кокпита, – пояснила в ответ. Но, судя по взгляду супруга, понятнее ему не стало.

* * *

Переоделись в просторные светлые шорты и рубашки с коротким рукавом. Уложили рюкзаки в каютке, вышли на палубу. Пристроились на крыше выступающей из палубы невысокой рубки.

– Я так понял - первый экзамен ты уже сдала? – интересуется супруг.

– Вроде того.

– Эй, на "Эсмеральде"! Можно войти? – доносится с причала мужской голос. Обернулась, оценила стоящую пару. Видимо - тоже супруги, выглядят постарше. Ухоженная женщина на вид немного за тридцать, широкоплечий мужчина с первой проседью в волосах. Наклонилась к люку и позвала:

– Капитан!

* * *

Постепенно на яхту прибыли остальные ученики. Сразу образовалась суета, и Надя суетится вместе с остальными. Чтобы не мешать обучающимся суетиться - предпочёл спрятаться в каюту. Задвинулся подальше на подушку и прикрыл лицо рукой, чтобы не таращиться в близкое дно ванны какого-то Пита. Отложил в мыслях - поинтересоваться у всезнающей супруги, что за мужик этот Пит и на кой ему была нужна такая странная ванна. Над головой кто-то прошагал. От этого стало ещё более неуютно. До этого не то, что не бывал на яхте - видел их только пару раз издали. Ну может быть - ещё где-нибудь по телевизору. Но никогда не интересовался ими. Просто знал, что это нечто недоступно дорогое. И никак не мог подумать, что в этом дорогом может быть так тесно и неудобно. Правда - вспомнив салон шикарного Мерседеса, нередко заезжавшего на мойку, вдруг понял, что он меньше, чем у старины Патрика. Хотя у Мерседеса и выглядит гораздо дороже. Может быть - в яхтах тоже есть свои премиум и бюджет? Глянул из-под руки на лакированную стенку, отделяющую каюту от салона. Пришел к выводу, что здесь тоже кое-какая премиальность есть. Любопытно - что теперь сказал бы Жора, который, подвыпив на свадьбе, шептал на ухо какие-то намёки про свадьбу по расчёту. Нет, конечно - Надя выглядела невестой многообещающей. Но пока всё её шикарное приданное - старые железки, которые она своими изящными ручками подняла из ржавого небытия. Снова что-то стукнуло наверху. Решил подняться - посмотреть, что там такое постоянно стукает.