— Ты выглядишь так, словно живешь в спортзале, — похвалила она его сложение, когда Митч включил в спальне свет.
— То есть как воинственная горилла, озабоченная внушительностью своей мускулатуры?
— Скорее, как небожитель, — проворковала девушка.
— У меня опасная работа, детка. Я должен быть в форме, — иронично заметил Митч.
— Ты поразил меня еще этим утром. Такой беспечный, в белоснежной рубашке, черные волосы сияют на солнце, как японский лак. Какая-то непостижимая смесь дикости и благородства. Ты выглядел таким отстраненным, таким самодовольным...
— Самодовольным? Ты считаешь меня самодовольным? — наморщив высокий лоб, переспросил Митч Холланд.
— Да, — покивала Джейн. — И еще очень опасным.
— Но при этом ты не побоялась фотографировать меня исподтишка, — припомнил ей мужчина.
— Не каждый день видишь воплощенное совершенство, — расщедрилась на комплименты именинница.
— Совершенством меня еще никто не называл, — смутился Митч.
— А зачем лукавить? Такой была моя первая мысль, стоило увидеть тебя, — с обескураживающей откровенностью призналась Джейн, неспешно проводя ладонью по его рельефной груди. — Высокий черноволосый незнакомец с благородными чертами лица. Гордый разворот плеч, демоническая улыбка. Ты подставил лицо солнечным лучам, и вся твоя поза говорила о презрении к этому суетному миру. Я всегда восхищалась людьми, которые противопоставляют себя окружающей серости, идут своим собственным путем, не оглядываясь на общественное мнение.
— И ты все это поняла, лишь на меня взглянула?
— Представь себе, да, — кивнула Джейн Редмонд.
— Невероятно! Не стану утверждать, что это соответствует действительности. В жизни все столь однозначно... Но именно такое впечатление я всегда стремился производить на девчонок в пору своей мятежной юности, — и Митч подмигнул ей.
— Как раз твоя неоднозначность, непредсказуемость и непостижимость и придают тебе ту изюминку, которая не может наскучить. Согласись: нередко случается так, что внешне привлекательный человек оказывается совершенно неинтересным и даже отталкивающим.
— Да ты знаешь меня меньше суток. Быть может, и я такой же, — попытался унять ее восторги Митч.
— Нет, это исключено. Ты учишься у стихий, — убежденно проговорила Джейн Редмонд.
— Не забывай, что стихии, с которыми мне приходится иметь дело, разрушительны, а подчас и смертоносны.
— Страх завораживает... — прошептала Джейн.
— Похоже, архивариусам не следует злоупотреблять шампанским даже по большим праздникам, — рассмеялся Митч. — Ну, Джейн, почему ты не раздеваешь меня? Я согласен стать твоим игривым чертенком этой ночью.
— Я слишком много говорю? Прости. Но дело не в шампанском, не только в нем. Просто ты — воплощение моих представлений об идеальном мужчине! — призналась она.
— Джейн, а тебе не страшно быть настолько откровенной с малознакомым человеком? Я бы даже с близким другом поостерегся так обнажать душу. — И Митч покровительственно обнял доверчивую девушку.
— Я никогда не сожалею о смелых поступках. И пусть у меня их было не много, зато каждый означал победу, по крайней мере над собой.
— Ты удивительная, Джейн. Я тоже стараюсь жить так, чтобы потом не пришлось ни о чем сожалеть. И пусть это станет нашим уговором. Нашим паролем... перед близостью.
— Я согласна, - прошептала девушка. Она и не пыталась завладеть сердцем Митча.
И Джейн продолжила раздевать своего кумира. Она не спешила с этим увлекательным занятием, аккуратно расстегивая пуговку на его манжете. Избавив Митча от рубашки, она не удержалась от возгласа:
— До чего же ты красив!
— Это не честно, Джейн, — отозвался Митч Холланд. — Ты загоняешь меня в непривычные рамки. Разве это правильно, когда женщина умасливает мужчину комплиментами? Я чувствую себя напыщенным индюком. Давай-ка поменяемся ролями, пока ты меня окончательно не избаловала.
— Как скажете, Властелин ветров!
— Впервые расстегиваю платье собственной сестры, — пробормотал он.
— И что ж тут такого? Платье как платье, — отозвалась Джейн.
Расстегнув молнию на спине, он положил ладони на се плечи и аккуратно сдвинул ткань, обнажив их. Все так же стоя у нее за спиной, Митч провел руками от ее ключиц до затылка, собрав рассыпавшиеся пряди шоколадных волос, и вдохнул их запах.
— Ммм... Восхитительно...
Он принялся целовать се шею, спускаясь ниже и ниже, к плечам, к спине, заставляя Джейн трепетать от каждого прикосновения губ к ее коже.
— Какая нежность, какой изгиб, как же славно ты устроена, — прошептал он. — О каких сожалениях вообще может идти речь? Это будет праздник...
Джейн посмотрела на него через плечо.
— Что ты там прячешься? — спросила она.
— Снимаю брюки.
— Я хочу видеть!
— Погоди... туфли, носки — это не очень романтично, — пробурчал он, настойчиво удерживая ее за плечи.
— Но потом ты мне покажешься?
— А как же? Впереди у тебя масса открытий. — рассмеялся он.
— Почему ты бросаешь одежду на пол? — изумленно спросила его Джейн.
— Потому что это проще, чем вешать ее в шкаф. Увы, такова моя привычка. Как видишь, я не идеален, — усмехнулся Митч. — Просто страшный сон домохозяйки.
— И как же ты умудряешься выглядеть таким отглаженным? — продолжала удивляться Джейн.
— Прачечные и химчистки знают массу способов вернуть моим вещам достойный вид, — сообщил Митч, наконец представ перед Джейн в одних трусах.
— Невероятно! — воскликнула она. — Какие бедра!
— Покажи теперь свои, — отозвался польщенный мужчина.
— Мне даже как-то неловко, — пробормотала она. — У меня так... самые обычные...
— Позволь мне судить самому, скромница.
Джейн спустила платье с плеч, и, скользнув вниз, оно упало к ее ногам. Девушка переступила через него и замерла в нижнем белье перед профессиональным взглядом опытного фотографа. Было заметно, что она смущена.
— Какие славные бедра. Аппетитные. А ножки — просто блеск! — Митч не лукавил. — Я хочу тебя, мисс Редмонд. — Он жестом указал ей на постель. — Прошу!
— Презервативы? — робко спросила она.
— Нe беспокойся об этом. Я не полный балбес... Знаешь, мне тоже есть в чем тебе признаться, Джейн. Я поволок тебя в кафе этим утром в надежде именно на такую развязку. И теперь хочу зацеловать тебя до беспамятства, так что ложись.
Джейн послушно присела на постель и принялась расстегивать бюстгальтер.
— Я сам, я сам! — помешал ей это сделать Митч, занявшись крючочками и петельками. Воспользовавшись этим, Джейн с наслаждением погрузила пальцы в густую шевелюру его волос. Наконец Митч справился с застежкой и поцеловал подругу, легко толкнув ее на подушку.
