Читаем без скачивания Без разборов - Дёмочка Виталий

— Ну и что? В тюрьму к нему зайди да спроси, — возразила Сашка.

—Да кончай, — отмахнулся опять Виталий и, чтобы поставить точку в этом вопросе, отшутился: — Они всё равно уже вышли из моды. Поехали лучше на кладбище съездим. ‘Эго же его рядом с Лерой похоронили? — спросил он, кивнув на экран, где промелькнула могила старого друга.

— Ну Да, — подтвердила Сашка и спросила мать: — Ты поедешь на кладбище?

— Нет, съездите сами. Сейчас я вам соберу что-нибудь, — ответила Лида и пошла в кухню.

*

Посетив могилу Ткача, который был похоронен в одной ограде с Лерой, Виталий с Сашкой приехали на могилу Толяна. Его похоронили неподалёку от входа на кладбище, искать долго не пришлось, тем более что отец на словах объяснил ему, где лежит Толин. Протерев платком фото брата и рюмку под памятником, Виталий налил в неё водки и сверху положил печенье.

— Блин, надо было Сашке Лысому тоже налить, он же там рядом с папой лежит, — вспомнив, пожалела Сашка.

— Да ладно, чё уж, — ответил Виталий, кладя пустую бутылку в пакет. — Всё равно на всех наших этой бутылки бы не хватило. А Штана, где похоронили?

— А вон, там, — махнула рукой Сашка в глубь дальних секторов. — Потом покажу. Ты бы оделся, замерзнешь.

— Да не, нормально, — ответил Виталий, хотя уже вечерело, и он сильно мёрз в одной рубашке. Но надевать лежащую на заднем сиденьи машины куртку с короткими рукавами он постеснялся. Встав перед выбором, купить ли более-менее живую машину или одежду, он предпочел быть на колёсах, решив, что в тёплом салоне пока и в рубашке можно поездить.

— Элка Махоркина заяву в ментовку подать на розыск, — сказала Сашка. — Понятно, что его убили, но хотя бы найти да похоронить по-человечески.

— Если там есть ещё, что хоронить, — ответил Виталий. — Его сожгли скорее всего, как Ваську.

— Ты чё, знаешь, кто его убил? — спросила Сашка.

— А ты будто сама не знаешь, — Виталий удивлённо посмотрел на неё.

— Не-ет, не знаю. — Сашка покачала головой. — Были бы Синкоша со Старцевым, я бы подумала, что они. Но они ещё до этого сами пропади.

— Как будто у нас кроме Синкоши со Старцевым некому больше человека грохнуть за наркоту.

— Так он что, наркобарыг начал трясти? — удивилась Сашка.

Виталий как-то грустно покачал головой и поднялся. Ему самому было очень жаль, что Махорка не дождался его освобождения. Это был надёжный, проверенный человек, готовый пожертвовать ради друзей свободой. А иногда рисковали жизнью. Сашка тоже грустно опустила голову и спросила:

— Это цыгане его, наверное?

-Ну, — ответил Виталий и, поежившись от холода, посмотрел на работающую машину, в которой было тепло.

Сашка не заметила этого и задумчиво проговорила, смотря на могилу Толяна:

— Так много потеряли мы, столько всего было. Всё из-за этого Билла.

— Не только, — добавил Виталий, но Сашка, не обращая внимания, продолжила:

— Столько народу погибло. Такие планы были… Все как с цепи сорвались… Теперь всё потеряли. И всех…

Виталий повернулся и, внимательно посмотрев на неё, серьёзно спросил:

— Ты хотя бы любила меня, Саш?

Она помолчала немного и, отвернувшись, сказала:

— Нет, конечно. Эго папа тогда настоял, чтоб я с тобой сошлась, чтобы ты Билла с Севастьяном убрал. Я не любила. Ты как будто сам этого не видел.

— Не-ет, тогда не видел. Скорей всего потому, что сам любил. Это потом уже начал догадываться, когда ты ко мне на тюрьму ездить почти сразу перестала. Да и сейчас встретила слишком холодно.

— Да нет, просто… Тогда, когда папу убили, не до тебя было… — начала оправдываться Сашка, повернувшись к нему.

— Да ладно. Чё ты? — успокоил её Виталий. — Всё нормально. У меня уже тоже всё прошло давно. Так что… — он опять поежился и, посмотрев на машину, сказал: — Ладно, поехали, а то темнеет уже, а мне ещё надо заехать кое-куда.

Сашка молча кивнула, и они пошли к машине.

*

Леонид раскладывал ханку в маленькие пакетики, тщательно взвешивая на весах каждый. Это было единственное дело, которое он не доверял никому. Потому что перевесить, здесь означало потерять в прибыли, а недовесить — потерять доверие клиентов. Всеми остальными делами, включая даже поиск розничных торгашей, занимались Вова с Валерой. Они же и развозили уже расфасованный товар по точкам.

Когда Леонид организовал этот бизнес год назад, случайно получив хороший канал поставки опия-сырца, он выбрал для его реализации Дальний Восток. В европейской части России уже вовсю подсаживались на героин, достать который без проблем у Леонида не было возможности. А здесь, на Дальнем, или как его называли «Диком» Востоке, абсолютное большинство наркоманов сидело ещё на ханке. Героин здесь пока ещё был не в такой моде, как в западных регионах. И Леонид, бывший командир части строительных войск, вместе со своими бывшими подчиненными по армии Вовой и Валерой,

перебрался на жительство в Уссурийск, находящийся в самом центре Приморского края. Отсюда они уже и разводили наркотик во все города и районы Приморья. Но если Вова с Валерой, как и когда-то в армии, продолжали оставаться у Леонида в подчинении и выполняли всю самую грязную и опасную работу; то друг детства Леонида великан Андрей, которого он вовлёк в это дело, став его полноправным партнером, с которым он уже и делил прибыль. В его обязанности входил контроль за доставкой опия в Приморье. Леонид сам связал его с крупными поставщиками и теперь с ними контактировал Андрей. Он постоянно разъезжал по «командировкам*, получая опий и сопровождая на расстоянии надежного курьера. Вот и сейчас, приняв ночью звонок от поставщиков, что товар готов к отправке, Андрей с курьером отправились за товаром, вылетев на самолете. На легке можно было и сэкономить время на дороге туда.

Леонид уже заканчивал расфасовку последних остатков опия, или, как его называли, ханки, когда дверь открылась, и зашёл Вовас каким-то крепким парнем.

— Вот. Иваныч, — кивнул Вова на своего друга, — это Антон, про которого я говорил. Человек надёжный, я за него ручаюсь.

Леонид недоверчиво посмотрел на Антона и спросил у Вовы:

- А ты откуда его знаешь, что он надёжный? Ты гут ещё и года не живёшь…

— Его мне Митяй посоветовал. Помнишь же Митяя, Иваныч? Со второй роты?

— Ну, — кивнул Леонид.

— Антон его брат родной, — опять кивнул Вова на друга.

Леонид посмотрел на Антона уже совсем другими глазами, теперь доверять ему начал и он. Уголовника Митяя он лично вызывал к себе в кабинет много раз, когда в части происходили какие-нибудь избиения или другие происшествия. И тот ни разу никого не назвал из принимавших участие во всех случаях, даже под угрозой дисбата. Удовлетворительно покачав головой, он подошёл поближе и спросил:

— Вова говорит, ты здесь всё и всех знаешь?

— Ну не всё и не всех, Иваныч, — поправил Антон, — но по вашей части связи большие. Разберёмся.

Леонид недовольно посмотрел на Вову, который сразу смутился и виновато сказал:

— Ну, я посвятил его в кое-какие детали, всё равно он же с нами будет работать.

— Ты-то откуда это знал? Ты что, уже за меня решать, что ли, начат? — огрызнулся Леонид, показывая перед новым парнем, кто здесь главный.

— Ну.. — начал было оправдываться Вова, но Леонид его перебил:

— Ладно, — сказал он, немного смягчив голос. — Посмотришь в деле, чего он стоит, и мне расскажешь. Потому что получать он будет на равных с тобой, так что смотри, чтоб он отрабатывал эти бабки.

Вова кивнул, и в это время зазвонил телефон. Леонид вытер ладонь о футболку и снял трубку.

— Слушаю, — буркнул он.

За спиной Леонида Вова посмотрел на Антона и, улыбнувшись, поднял вверх большой палец. Антон тоже улыбнулся в ответ.

— Кирилл, ты, что ли? Ты откуда? — спросил в трубку удивленный Леонид. — Ты уже приехал, что ли? На самолете прилетел? А дядя Андрей сказал, что к концу недели только будешь. Нет, его нет сейчас. он по делам уехал, завтра или послезавтра только приедет. Ну, ты давай, приезжай. Я щас за тобой машину пришлю. Ты же. аэропорту? Ну все, будь там, за тобой скоро приедут Темно-зеленый Крузер увидишь без номеров, это за тобой. Все, давай. Кирилл приехал, догадался Вова. Да, давай в аэропорт езжайте, сказал Леонид доставая деньги. Встречайте его и на рынок сразу заедете, шмоток ему купите по размеру. Леонид дал Вове деньги и свой сотовый телефон.