Орн кивнул. Он все еще находился под впечатлением быстро развивающихся событий, не чувствуя в полной мере облегчения.
— Теперь рассмотрим находящееся перед нами поселение,— вел дальше Стетсон.— Обрати внимание на флаг. Довольно часто флаги превращаются в знамена, с которыми идут в бой. Но не всегда. Тем не менее данный случай надо взять на заметку, особенно на фоне всего остального.
— Я понимаю…
— А эта покорность гражданского населения? Совет правителей на Гамале — не что иное, как аристократия, тонко использующая религию для управления государством, имеющая богатый опыт в шпионаже.— Еще один неизбежный аспект развития армий.
— Да, все верно: они аристократы,— согласился Орн.
— Правило первое,— Стетсон повысил голос,— гласит: там, где ты обнаружил имущих и неимущих, ищи средства для сохранения существующего положения дел. А это всегда означает наличие армии, хочешь — называй их войсками, полицией или охранниками. Бьюсь об заклад, эти игровые площадки с желто-зелеными мячами — не что иное, как замаскированные учебные полигоны.
Орн проглотил слюну.
— Я так и думал.
— Конечно. Неосознанно. Подсознательно ты чувствовал здесь фальшь. Это мучило тебя. Поэтому ты и нажал на кнопку тревоги. Пожалуй, ты прав. Еще один урок,— продолжал Стетсон.— Наиболее важный момент определения агрессивности: мирное население, истинно мирные люди даже не обсуждают проблему мира. Они же разработали механизм отказа от применения насильственных методов, при котором традиционная концепция мира просто не возникает. Они даже не думают о ней. И единственное объяснение повышенного интереса к миру, как мы можем допустить, лежит в периодически проявляющемся хаосе разрушения.
— Конечно.— Орн глубоко вздохнул, глядя на прилепившиеся к склону гор хижины.— Но как же в таком случае расценивать отсутствие укреплений? Я имею в виду то, что нет ни крепостей, ни…
— Мы можем объяснить это наличием у них артиллерии,— сказал Стетсон.— Гм-м.— Он потер подбородок.— Хотя, вероятно, и этого будет достаточно, но, несомненно, мы еще обнаружим нечто наподобие кавалерии, объясняющее отсутствие каменных крепостей.
— Сомнительно…
— Происшедшее здесь выглядело примерно так,— продолжал Стетсон.— Первый Контактер, этот шлеммлер, который, вероятнее всего, будет гнить в военной тюрьме, сделал слишком поспешные выводы относительно Гамаля. Гамалитяне объявили перемирие, скрыли или замаскировали все возможные признаки войны, обратились с воззванием к населению, а потом принялись доить нас, вытягивая все, что только можно. Они уже направили делегацию на Марак?
— Да.
— Мы должны найти их.
— Представляю себе.— Орн откинулся назад, чувствуя огромное облегчение, смешанное с непонятной тревогой, поднимающееся откуда-то из глубин сознания. Его собственной карьере ничто не угрожает, но что теперь случится с Гамалем? Весь О-корпус! Военная оккупация несет в себе угрозу обеим сторонам.
Голос Стетсона прервал его мысли:
— Я хочу рекомендовать тебя оперативником в Р — У.
Орн уставился на него:
— Ты можешь это сделать?
— В нашем правительстве еще осталось несколько умных голов. А иначе мы не имели бы такого веса.— Он нахмурился.— И потом. Слишком много агентов мы нашли таким же образом в шаге от катастрофы.
Орн с трудом проглотил слюну.
— Это…— Он замолчал, увидев рядом с вездеходом крестьянина, толкавшего поскрипывающую на ходу тележку.
Мужчины в вездеходе уставились в спину крестьянина, тяжело ступавшего по пыльному полотну дороги. Повозка, доверху груженная овощами, плавно катилась впереди него.
— Я леворукий фрулап! — пробормотал Орн, указывая на удаляющуюся фигуру.— Вот ваша кавалерия. Эта чертова повозка — не что иное, как колесница!
Стетсон хлопнул кулаком по открытой ладони.
— Черт возьми! Все время перед нашими глазами! — Он криво усмехнулся.— Посмотрим, как удивятся местные жители, когда О-корпус высадится здесь.
Орн молча кивнул.
«Почему нет других методов предотвращения войн? — думал он.— Гамалю нужна новая религия, способная научить людей жить счастливо в собственном доме, в мире со всей Вселенной. Но с Амелем, зорко следящим за малейшими отклонениями, вряд ли это возможно. Нет такой веры, способной уравновесить системы,— ни на Каргоне, ни даже на Мараке. И, уж конечно, нет ее и на Гамале».
«Любое разумное существо нуждается в религии».
Ноа Аркрайт Священная книга Амеля.
Умбо Стетсон не находил себе места в рубке управления своего разведывательного крейсера. Звук шагов по полу, служащему глухой стеной рубки во время полета, раздражающе действовал на нервы. Корабль покоился на хвостовых стабилизаторах, возвышаясь красно-черной четырехсотметровой громадой над буйной зеленью планеты Гиена III. Сквозь раскрытые люки рубки виднелось маслянисто-желтое солнце, поднимающееся над горизонтом.
Ситуация становилась опасной, а ему совсем не хотелось использовать неопытного агента. Угнетающе действовал еще и тот факт, что этого агента рекомендовал в Службу Р — У руководитель сектора Умбо Стетсон.
«Я притащил его сюда и теперь посылаю на верную смерть,— думал он, взглянув на сидящего напротив Льюиса Орна — новоиспеченного младшего полевого агента Службы Р — У.— Обучен, умен, но неопытен».
— Мы должны очистить эту планету от всего живого,— пробормотал Стетсон.— Очистить, словно яйцо от скорлупы!
Замедлив шаг у правого борта, он выглянул через открытый люк вниз, на выжженную поверхность земли вокруг крейсера. Руководитель сектора стоял, ссутулившись больше, чем обычно, и голубая заношенная форма, мешковато сидевшая на нем, лишь подчеркивала это. На форме отсутствовали знаки отличия, хотя он руководил операцией, обладая полномочиями дивизионного адмирала. Его запущенный, неопрятный вид мог ввести в заблуждение кого угодно.
Орн, застыв у противоположного люка, вглядывался в линию горизонта. Время от времени он посматривал то на хронометр, находящийся над пультом управления, то на большую карту с высвеченным их месторасположением, свисающую с верхней переборки. Он ощущал смутную тревогу, чувствуя, как перенапряжены его мышцы от тяготения Гиены III, составлявшего семь восьмых по стандартной шкале. Шрамы на шее, где хирурги вживили микрокоммуникационную систему, адски зудели. Он почесался.
— Ха! — рявкнул Стетсон.— Политиканы!
Черное насекомое с узким телом и перламутровыми крылышками, влетев через люк Орна, спикировало на его рыжие, коротко остриженные волосы. Он осторожно достал его из волос и выпустил на волю. Жучок, пролетев через всю рубку, исчез в открытом люке рядом со Стетсоном.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
