Анна Каренина. Оказывается, за спасение жизни порой можно схлопотать моральную пощечину.
«Будет мне наукой», — подумала она и торжественно поклялась больше литературных героев не спасать.
Тем временем гости, как положено в приличных домах, опаздывали. Единственно, кто пришёл заранее, это соседка. Поблёскивая роскошным ожерельем, она пошла помогать на кухне. А ведь всегда казалось до жути вредной старухой. Вот что значит по-доброму отнестись к человеку.
Анжела, конечно, и о маме позаботилась. Но та попросила дочку сообразить, коль получается, что-нибудь попроще. И умолила Анжелу не одевать на неё высокие каблуки, нужно было у плиты хлопотать и в переднике бегать. Поэтому Энжи наколдовала ей «скромное» платье, расшитое золотом и натуральным розовым жемчугом.
Кира, Фира, Мира, Лира, Андрей, Вадик, Сергей и Борис Агафонович, мамин ухажер собрались ровно через час и, облизываясь, наблюдали, как из кухни появлялось очередное блюдо, хотя нет, сначала аромат, точно вкрадчивый кот, проникал в гостиную и принимался ластиться к гостям. Все выпили, кто вина, а кто и беленькой за здоровье именинницы, и пожелали счастья, а её маме крепкого здоровья и радоваться, что такую славную доцю родила, а скоро уже должны пойти внуки, а то уже девке восемнадцать, и одна. Последнее пожелание произнёс Борис Агафонович. Челюсти его приняли конфигурацию для произнесения «тридцать семь», однако он сказал именно «восемнадцать» из-за того, что Анжела наколдовала себе новую дату рождения.
Начались танцы. Ухажёр матери исполнил с именинницей фокстрот, потом танго и «ламбаду». Молодые гости, неопытные в управлении своим телом, оказались не столь изобретательны: кружили партнёрш в вальсе, добросовестно наступая им на ноги после третьего тоста. Когда принесли торт, Анжела не рассчитала силу и дунула на свечи так, что вспыхнули пламенем занавески. Возгорание дружно тушили, под смех и веселье. Каждый старался не ударить лицом в грязь перед окружающими. Один из парней, расстегнувший уже ширинку и начавший было свой полив, тут же был остановлен окриком соседки:
— Сдурел парень! Туалет в соседний комнате, спрячь свой «огнетушитель» подальше.
Любопытной Фире, не в меру выпившей и пожелавшей помочь прятать, мама Анжелы дала по рукам, чтобы не лезла куда не просят.
Борис Агафонович оказался самым сообразительным при тушении непредусмотренного фейерверка. Он схватил аквариум, рывком поднял его и запустил в подоконник. Раздался звук выбиваемого стекла, но осколки мирно разлетелись, никого не поранив.
Мама Анжелы воскликнула:
— Не переживайте, все равно давно пора было вызывать стекольщика.
Присутствующие на торжестве облегченно вздохнули, почувствовав прилив свежего ветерка с улицы через разбитое окно.
Пожар иссяк, потрясенный находчивостью почетного гостя. Все полезли собирать разбежавшихся кто куда от испуга золотых рыбок в трехлитровую банку, избегая острых осколков, у кого получилось. Вскоре возле именинницы выстроилась маленькая очередь от желающих избавиться от мелких стекольных «пиявок». Анжела вынимала их пинцетом, а ее мама замазывала зеленкой или йодом, кто что просил.
В основном пострадали коленки у девушек и ладони у мужчин.
После операции соседка накладывала пластырь на ранку и гордая или гордый обладатель маленького памятного «подарка» с именин отходил в сторону, чтобы выпить лечебную рюмку, как сказал Борис Агафонович. Лира, оказавшаяся абсолютно непьющей, потягивала все время через трубочку гранатовый сок, по цвету соперничающий с красным вином. Возмущенный Борис Агафонович, который был не в курсе, осуждающе качал головой.
— Такая молодая, а уже спилась.
Когда спасательная операция было окончена, обнаружилось, что пропал Вадик. Обыскали квартиру — нет его. Вспомнили про ванную. Действительно, Вадик сидел на полу, обнимая унитаз.
— Тебе плохо?
— Тс! Я рыбу ловлю. Не шумите, они твари хитрые, особенно щуки.
— Вадик, мы уже всех поймали в банку. И у нас живут только золотые рыбки, — напомнила Энжи.
— Нет! Я видел, она там. Эта наглая морда за всё мне ответит. Сожрала наживку и сбежала.
Пришлось отвлекать Вадика, чтобы незаметно подбросить в унитаз воблу. Метание доверили Борису Агафонович, который уже успел доказать свою меткость. Обнаружив рыбину, Вадик расплакался, как дитё:
— Я же мужик, сказал, что поймаю, и поймал!
— Молодец, Вадик! — Анжела обняла его.
Когда счастливец задремал на диване, то прижал воблу к груди, а на лице сияла улыбка младенца.
Праздновали шумно, долго, на удивление без рукоприкладства, пока соседи снизу не вызвали полицию, чтобы угомонить компанию. Только в три часа ночи весёлые гости разошлись по домам.
***
А на следующий день именинница открыла томик Толстого и прочитала там, к своему ужасу, вчерашний диалог с Анной. В голову ударило: «Ну и ну, разве подобным способом входят в историю мировой литературы?! Своим непродуманным желанием испортила бессмертное творение. Как теперь избавиться от этого несмываемого позора?»
В ежедневнике опять появилась сделанная кем-то новая запись: «Если не просят — не делай».
«Да, никому нельзя навязывать свои желания, это настоящее преступление», — с этой спасительной мыслью помолодевшая «тридцать с хвостиком» утонула под одеялом накрывшись с головой.
«Значит, если мы что-то желаем, то должны сначала подумать или это может кому-то навредить», — успокоилась она и крепко уснула.
Тут же возле столика с записной книжкой, которой Анжела доверяла сокровенные мысли, появился маленький лохматый горбун, он сладко потянулся и вздохнул. Другие спят, а ему предстоит работа. Сейчас нужно сделать очередную запись. Он пока не решался показаться Анжеле, поэтому избрал подобный способ общения. Но вскоре горбун наберётся духу и… От таких мыслей даже голова кружилась, а может, и от того, что трудиться приходилось без выходных.
Давным-давно с ним произошло невероятное. Он бродил, как обычно, между мирами, с любопытством наблюдая за их обитателями: нравилось изучать разные обычаи и характеры, любоваться захватывающими дух пейзажами и чудесами вселенной. Разглядывал он однажды планетарную туманность, как вдруг оказался в особенной туче. Она путешествовала по космическому пространству, и те, кто попадал под её влияние, могли реализовать любое желание. Увидев, с чем имеет дело, а подобные образования во вселенной большая редкость, горбун засуетился, задёргал ворот пиджачка, и от неожиданности брякнул так неразборчиво, что сам не понял, что хотел бы подружиться с обитателями. «Отныне ты тот, кто реализует желания, — провозгласил голос из глубины тучи. — Я давно искала помощника. — А значит, зовут тебя Тот
