Вывод? Электричество может сделать человека более осторожным, реже ошибающимся, легче адаптирующимся к новым ситуациям. И пусть положительный эффект измеряется лишь единицами процентов, он якобы значительней, чем достигаемый психотерапевтическими методами или фармацевтикой.
Понятно, разные исследователи изучают различные аспекты tDCS, но выводы их в целом схожи: пропуская строго дозированные, ориентированные, позиционированные токи через головной мозг, возможно влиять на психофизическое состояние человека. Стоит ли удивляться, что из научных кругов идея быстро просочилась в массы? Тут ещё здорово подсобили предприниматели новой волны, активно разрабатывающие сейчас ниву «мыслесчитывающих шлемов» — компьютерных манипуляторов, позволяющих управлять виртуальными объектами усилием мысли (суть: уловить изменения мозговых электрических ритмов и преобразовать их в движение компьютерного курсора или даже нажатия клавиш; см., например, продукты компании NeuroSky).
Вот параллельно с ними и сформировалась полукустарная индустрия домашней «электротерапии мозгов». Если даже серьёзные учёные рассматривают транскраниальную электростимуляцию в качестве возможной замены химическим методам, грех не попробовать самому, верно? Да ведь и токи ерундовые, и техника несложна. Вот так этот кошмар и начался.
Перечислять здесь всех, кто подвизался на поприще «домашней tDCS», опять-таки нет смысла. Достаточно рассмотреть кого-нибудь одного; все прочие занимаются тем же самым, плюс-минус поправки в формулировках. Типичный пример — канадская контора каких-либоMind Alive, предлагающая несколько приборов для транскраниальной электростимуляции в домашних условиях (CESta, OASIS II). На сайте компании висит честное предупреждение, что её приборы не считаются медицинскими и никакой регулирующий орган официальной медицины не признал за ними способность избавлять человека от болячек. Зато они якобы совершенно безопасны.
Выдавая запрограммированные потоки слабых электрических импульсов на множество точек черепа, они, как обещается, приносят расслабление, поднимают настроение. И стоят всего-то несколько сот баксов. Кстати, эта колонка иллюстрирована рекламными проспектами другой похожей компании, Foc.us, предлагающей tDCS-аппараты для дома ещё дешевле.
Но даже тратиться не обязательно. Домашний аналог той же вандербильтовской установки можно собрать вообще за копейки! Главное — знать электрические параметры и точки размещения электродов, а этими знаниями любители tDCS всегда готовы поделиться. 9-вольтовая батарейка, набор проводов и мягких контактов, простецкая вики-инструкция — и вот вам «улучшенные способности к счёту, быстрое усвоение новых знаний, повышенная креативность, более крепкая память, лучшие результаты в компьютерных играх» и даже «излечение от депрессии, невнимательности, табачной зависимости».
Любители такого рода экспериментов называют себя биохакерами — и тут они в общем точны: они практикуют именно хакерский — бессистемный, с изучением основ по ходу дела — метод исследований. В лучшем случае — на сертифицированном оборудовании, правдами и неправдами добытом на просторах Сети (многие ухитряются приобрести списанные медицинские приборы). В худшем — собирают всё сами.
Так в чём проблема? Токи малые, опыты безопасны. Самые тяжёлые из зафиксированных побочных эффектов ограничены жжением кожи, «вспышками» света да головной болью. Пусть желающие кипятят себе мозги, зарабатывают премию Дарвина! И всё-таки специалисты наблюдают за происходящим с нарастающим беспокойством. Они видят минимум две опасности.
Во-первых, любителями tDCS отсутствие доказательства (возможности негативных последствий) бездумно принимается за доказательство отсутствия (тех самых последствий). Никогда ещё опыты по транскраниальной электростимуляции не проводились с таким размахом: ведь сегодня на свой страх и риск ими занимаются десятки, может быть, сотни тысяч! И с этим связана проблема номер два: в домашних условиях контролировать параметры tDCS так же точно, как в лабораториях, естественно, невозможно. Как это влияет на риск, понятно без объяснений.
Конечно, вряд ли у «транскраниальных кустарей» будут зелёные дети. Но специалисты предлагают смотреть на ситуацию под другим углом: цена последствий (если они однажды проявятся) здесь точно выше цены (копеечной) аппаратуры. А это как минимум означает, что последствия будут массовыми, коснутся огромного числа людей. То, что минздравы до любителей tDCS и производителей сомнительной аппаратуры ещё не добрались, означает только, что они пока идут «ниже радаров».
Но популярность транскраниальной электростимуляции растёт. Не сегодня завтра на неё обратят внимание «народные целители», все эти малышевы и малаховы. И когда ваши родители, ваши бабушки с дедушками натянут на головы электродные сетки, вы будете знать, что час пробил.
К оглавлению
Как Dropbox распознаёт пиратские файлы
Андрей Васильков
Опубликовано 01 апреля 2014
На прошедших выходных в интернете поднялся шум из-за того, что пользователь платной подписки на облачный сервис Dropbox не смог передать друзьям ссылку на фильм, охраняемый законом об авторском праве (DMCA). Как же Dropbox определяет легальность контента, если в соглашении указывается, что содержимое пользовательских папок не анализируется?
Мы уже привыкли к тому, что традиционные файловые хранилища в Сети могут в любой момент прикрыть за нарушение какого-то закона — например, по требованию правообладателей. Иногда закрывают доступ ко всему ресурсу из-за одного файла, и практически всегда предписание сначала выполнят, а потом начнут разбираться.
В отличие от FTP-серверов и файлообменников, облачные хранилища многие считают настолько же приватными, как собственный жёсткий диск. Люди доверяют им сканы документов, автоматически загружают фотографии со смартфонов и хранят «в облаке» другую важную информацию, которую боятся потерять.
Разработчик каждого облачного сервиса убеждает своих клиентов в высокой степени защиты, упоминает в соглашении стойкие криптографические алгоритмы и уверяет в уважительном отношении к приватности. Между тем хотя бы поверхностный анализ загружаемых данных всё же выполняется. Изначально такие косвенные методы были нужны для оптимизации работы самого хранилища, но затем им стали находит и другие применения.
Проблема существовала давно, однако широкую огласку получила лишь в конце марта, когда дизайнер из Нью-Йорка Даррелл Уайтло (Darrell Whitelaw) попытался прислать друзьям через Dropbox ссылку на загруженный в облако фильм, но получил автоматическое предупреждение: «Некоторые файлы в этой папке не могут быть расшарены, согласно требованиям DMCA». Об этом он написал в Twitter, что породило волну возмущения со стороны других пользователей.
Скриншот сообщения Уайтло в Twiiter.
Комментируя ситуацию изданию Ars Technica, Уайтло сказал, что полностью разочаровался в облачных хранилищах: «Вы не можете считать Dropbox ни своим, ни персональным, даже если заплатили за него». Давайте разберёмся, что с ним не так.
Со стороны пользователя никакого шифрования файлов средствами Dropbox не ведётся, однако во время синхронизации всё же выполняется их криптографическая обработка по алгоритму AES-256, ключи для которой генерируются автоматически.
Помимо уникального контента вроде личных фотографий, пользователи часто хранят в облаке общедоступные вещи — дистрибутивы программ, образы дисков, фильмы, музыку и книги. Поэтому во избежание лишней траты дискового пространства и для экономии трафика перед загрузкой каждого файла определяется, нет ли его уже в облаке. Если точно такой же файл уже загружен другим пользователем, то Dropbox просто создаёт ссылку, избегая повторной загрузки.
Такая схема становится возможной благодаря тому, что клиент облачного сервиса вычисляет перед загрузкой каждого файла его хеш-функцию. При достаточной длине она служит как уникальная цифровая подпись файла. Теоретически на большой выборке возможна ситуация, когда у двух разных файлов хеши совпадают. Однако вероятность этого предельно мала. Например, наиболее популярный алгоритм хеширования MD5 даёт 2128 вариантов (для пользователя они выглядят как 1632), а SHA-512 — 2512.
База данных хешей загруженных файлов используется Dropbox с разными целями. Во-первых, как уже отмечалось, во избежание повторной загрузки имеющихся данных. Во-вторых — для отслеживания изменений и создания истории версий одного файла (редактируемого документа). В-третьих — для сравнения с другой базой, содержащей хеши файлов, распространение которых охраняется авторским правом.
