Аура, окружающая Фицджеральда, окрасилась желтым цветом и вспыхнула мощным потоком энергии, напоминая собой надвигающийся торнадо. Взрывной волной всех троих отбросило в сторону на несколько метров.
— Он слетел с катушек, — отчаянно признал Ацуши, восстанавливая дыхание.
Айрис выглянула за борт и ужаснулась: они почти настигли город. Ночные огни Йокогамы переливались разноцветными бликами, даже не предвещая, что с минуты на минуту город настигнет мощнейший взрыв, поставив крест на всех его жителях.
— Ну же, нападайте! — крикнул им Фрэнсис в ожидании атаки.
Ничего не объединяет людей так, как общая беда. Сплотившись своими силами, Рюноске и Ацуши вновь активировали свои способности. Но как бы они не старались превзойти Фицджеральда, у них не получалось. Айрис не могла больше оставаться в стороне, несмотря на приказ Акутагавы, и бросилась к ним на помощь. Вот только крайность физических возможностей позволяла ей лишь уворачиваться от нападений Фрэнсиса. К сожалению, здесь была бессильна и она. Но парни не сдавались. Не собиралась и Миура.
Время утекало так же быстро, как и вода сквозь пальцы. Но сражение продолжалось. Отступать не собирался никто.
Тучи постепенно рассеялись, принося с собой не только солнечный свет, но и долгожданную победу, в которую и поверить то получилось не сразу. Ацуши выдохся и бессильно упал на пол. Акутагава тоже едва держался, чтобы не отключиться. Миура опустилась рядом с ним и подставила свою шерстяную спину в качестве точки опоры. Опомнившись, Рюноске достал украденный пульт управления, на дисплее которого отображались оставшиеся перед взрывом секунды, как Ацуши в то же мгновение вырвал его из рук и в панике начал зажимать кнопку отмены. Но пульт никак не реагировал.
========== V. Обратная сторона памяти ==========
Комментарий к V. Обратная сторона памяти
Спасибо, котики, за отзывы и оценки!❤️
Рюноске с раздражением отбросил неработающий пульт на пол, и тот, ударившись о поверхность, разлетелся по сторонам расколотыми частицами.
— Почему не сработало? — глаза Ацуши в ужасе забегали по палубе, теряясь в попытках зацепиться хоть за что-то, что могло бы их всех спасти.
— Не знаю, — безэмоционально ответил Акутагава. — Что-то явно произошло.
Ребята синхронно обернулись к будке капитана и со всех ног бросились к панели передач, хватаясь за нее, как за последнюю надежду. Перед ними предстала огромная панель управления с кучей разнообразных кнопок, дисплеев и рычагов. В этом никто из них не разбирался, но знания и не потребовались, ведь система не реагировала ни на какие действия, точно так же, как и сломанный Рюноске пульт. Чувство затягивающейся безысходности закрепилось в сознании еще сильнее, перечеркивая все шансы на удачное стечение обстоятельств.
— Бесполезно, — холодным басом констатировал Герман Мелвилл, подошедший к ним со спины. — Кто-то вмешался извне и захватил контроль.
— Не может быть, — отчаянно прошептал Ацуши.
— У нас все еще есть шанс, — послышался голос из динамиков.
Айрис не сразу узнала его. Это был голос Кёки. Рассудительный, спокойный и совершенно уверенный.
— Я в курсе текущей ситуации, — продолжила Изуми, — Если остановить падение Моби Дика нельзя, то есть шанс столкнуть его с чем-либо и разрушить судно в воздухе. Я воспользуюсь автопилотом.
— Слава богу, — выдохнул Ацуши. — Скорее надевайте парашюты! Тебе тоже нужно эвакуироваться, Кёка.
— Я не смогу, — обреченно ответила Изуми, — Меня взяли в заложники и приковали к трюму.
— Тогда меняй маршрут! — вспыхнул Ацуши, — Я не позволю тебе умереть.
— До этого я не видела и лучика света, — ровным тоном произнесла Кёка. — Но сегодня я поняла — у меня есть выбор. Если я пожертвую собой, чтобы спасти всех, то сдам проходной экзамен для сотрудника Агентства. И стану одной из вас. Пусть даже посмертно.
Айрис будто бы пригвоздили к полу. Она просто не могла поверить тому, что слышала. Это действительно была Изуми. Но сказанное больше не принадлежало убитой горем и ненавистью к себе девочке. Кёка изменилась. Она, наконец, смогла обрести друзей, а на горизонте только-только замелькала настоящая жизнь, наполненная разными эмоциями, а не только лишь болью. И теперь она должна была умереть? И каким образом Миура могла допустить это? Как бы ей пришлось после случившегося смотреть в глаза Озаки, душа которой погибнет вместе с Кёкой?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
К лобовому стеклу постепенно приближался объект столкновения. Миура выждала для себя удобный момент, пока Рюноске пытался оторвать от заблокированной панели паникующего Ацуши и нацепить на того парашют, и в последний перед прыжком момент ускользнула. Зубы оборотня в полнолуние могли разорвать все, что угодно. Главное — успеть. Волчица неслась по узким изворотливым коридорам сломя голову, не слыша и не видя ничего перед собой. Она была сконцентрирована только на запахе. Когда девушке удалось спуститься в трюм, она ощутила аромат Кёки. Здесь было темно и холодно. Влажный воздух неприятно заполнял легкие и тяжестью оседал в них. Айрис вновь сконцентрировалась на ощущениях и последним рывком почти добралась до Изуми.
Скованная по тонким рукам и ногам тяжелыми холодными цепями, Кёка обреченно сидела на мокром полу. Она смирилась со своей смертью. И действительно ни о чем не жалела. Сейчас Айрис, как и все животные, ощущала эмоции человека. Страха в Изуми не было ни грамма. До сокращения дистанции оставалось каких то несколько вытянутых рук, но взрыв опередил ее. Однако мгновением позже Кёка каким-то чудом смогла освободиться и разрубила оковы катаной Снежного демона. От удара с самолетом волчицу отбросило в сторону, и Миура совершенно бы не удивилась, отключись она и в этот раз. Айрис перевела дыхание, благодаря всех существующих и несуществующих богов, что осталась в сознании, и, обнаружив, что Кёки здесь больше нет, поспешила покинуть вспыхнувшее огнем судно.
Изуми приземлилась на причале, где ее покорно ожидали Ацуши, Дазай и Фукудзава, способность которого спасла ей жизнь. Ведь теперь, судя по всему, она стала сотрудником агентства.
— Где Айрис? — сдавленно прошептала Кёка, — Она пыталась спасти меня.
— Она не сотрудник, — покачал головой Юкичи, — На нее моя способность не распространилась.
Рюноске оторвал болезненный взгляд от утопающего судна, что поглощала в свои объятия мрачная морская гладь, и заторможенно развернулся. Он с болью впился пальцами в переносицу, приводя мысли в порядок, после чего безуспешно направил в лицо Фукудзавы Расёмон:
— Она бы не пыталась спасти Изуми, если бы знала о ваших блядских играх по вступлению в агентство, — прошипел Акутагава. Его голос звучал надломлено и прерывался.
Отстраненно, будто теряя связь с реальностью, он сделал несколько шагов в сторону и остановился, с отвращением обращаясь к Дазаю:
— Просто, чтобы ты знал, — выплевывая слова, бросил он, — Миура хотела спасти и тебя. Это единственная причина, по которой она воспользовалась амнезией. И если она по твоему не заслужила быть выслушанной, то пусть будет хотя бы услышанной.
***Длинная густая шерсть сразу же намокла и стала в несколько раз тяжелее, упрямо утягивая тело ко дну и затрудняя возможность движения. Соленые морские брызги то и дело попадали в уши и разъедали слизистую носа. Оставшиеся пятьсот метров волчица доплывала уже на последнем издыхании, жадно глотая воздух. Когда уставшие лапы ощутили под собой сушу, сил уже совсем не осталось. Хотелось рухнуть прямо на берегу и как следует отоспаться. Но уже светало, а это означало лишь то, что скоро Миура превратится обратно в человека. Вот только никакой одежды у нее при себе не было. Поэтому Айрис собрала все оставшиеся силы в кулак и, едва ли переставляя трясущиеся лапы, побрела в сторону дома. Сейчас у нее были все шансы просто отключиться на любой из улиц в ненадлежащем виде, потому что на свою выносливость девушка уже не рассчитывала. Перед глазами все плыло, мокрая шерсть с каждым шагом становилась тяжелее, а лапы, не привыкшие к городским дорогам, болезненно отзывались при соприкосновении с землей. Было очевидно одно: Айрис сглупила. Куда безопасней было остаться на берегу. Утреннее солнце начало припекать и слепить глаза яркими лучами, а свинцовые веки так и норовили закрыться под собственной тяжестью. Здравый смысл начал постепенно сходить на нет, вытесняемый желанием просто свернуться калачиком и уснуть. Когда Айрис окончательно выдохлась, она забрела в расположившуюся слева от нее подворотню и, подперев шерстяным боком мусорный контейнер, закрыла глаза.
