Сегодня в офисе царила тишина. Главный бухгалтер отпросилась на полдня, директора тоже куда-то разъехались. Остались лишь Вика да самодовольно улыбающаяся Ирина — единственная, кого Колесниковой представили как положено. Ирину тоже совсем недавно приняли на должность заместителя Мухина по вопросам расселения и работе с администрацией. Женщина была одета в строгий брючный костюм. Несмотря на ее полноту, широкие плечи и пышную, сильно выдающуюся вперед грудь, костюм в тонкую полоску сидел на ней отлично, что, вероятно, и служило причиной ее самодовольства.
— Хочешь покурить? — спросила Ирина, сонно зевнув. На ее лице без единой морщинки промелькнуло что-то надменное и властное.
— Не курю.
— Вообще?
— Ага.
— Ну, пойдем. Хоть постоишь за компанию.
Вика кивнула. Женщины прошли по коридору к выходу, мимо двери в комнату архитекторов, — обычно те появлялись к обеду и засиживались допоздна.
На улице пахло травами. Колесникова с удовольствием повела носом, разглядывая свою спутницу и размышляя, что той могло быть сколько угодно лет — от тридцати до пятидесяти. Чистая, плотная кожа, крупные черты лица, с небесным оттенком глаза и небольшой, четко очерченный рот с ало-красной помадой на губах были бы вполне приятны, если бы не ярко-рыжие крашеные волосы до плеч. Впечатление ко всему прочему портили золотые украшения, в большом количестве нанизанные на толстые, но красивые пальцы. Вика почувствовала легкий дискомфорт — что-то неуловимо чужеродное читалось в облике Ирины, словно перед ней стоял человек с другой планеты, но привычный к тому миру, в котором приходилось жить и ей самой.
Ирина прикурила сигарету, глубоко затянулась и умиротворенно выпустила дым одновременно с вопросом:
— Как тебе хозяин?
— В смысле?
— В прямом. Очень интересный мужчина. Ты не находишь? Вылитый Аль Пачино!
Вика представила себе лицо Аль-Пачино и попыталась сравнить.
— Даже интереснее! — уверенно продолжала Ирина. — И потом, ты знаешь, кто он?
— Нет.
— Ну, ты даешь! Он один из самых богатых людей в городе. Олигарх! Хотя по нашему офису и не скажешь… Блин, повезло жене Ворона! Считай, одним махом обеспечила себя на всю оставшуюся. Если они официально расписаны, конечно. Недавно ребенка второго ему родила.
— Какая ворона? Не поняла…
— Сама ты ворона! Это фамилия хозяина — Ворон Вадим.
— Понятно…
— Как тебе новая работа, вообще?
— Не знаю пока… — пожала плечом девушка.
— А Мухин?
— М-м-м… Как-то мы с ним на разных языках разговариваем…
— Мухин был начальником отдела на заводе, сюда его Вадим перетащил. Конечно, здесь много нового, но он быстро учится. В первый раз от него услышала вчера про налог на прибыль, про сроки оплаты. Раньше он такими понятиями не оперировал. Вообще он человек настроения, так что не обращай на его выпады особого внимания — это не про тебя.
— Так вы вместе работали?
— Да. Много лет. Он меня сюда и перетянул. Вместе с Иваном. Ивана тоже, по-моему, замом директора назначили. Ты его уже видела?
— Нет еще. «Свои люди», значит? — едва заметно улыбнулась Вика.
— Вроде того. Тут сама видишь — два лагеря. Старый и новый.
— А я к какому отношусь?
— Не знаю еще. Ты у нас — связующее звено.
— Прокладка «Always»?
— Ну, если тебе так больше нравится, — хохотнула Ирина. — А как тебе главный бухгалтер?
— Нервная она очень. Гребет все документы под себя — ни бумажки врагу!
— Боится, что подсидишь?
— Программу новую изучать отказалась. Показывает кто здесь хозяин. Подружились бы — всем было бы проще.
— Ты в курсе, что у нее сын погиб недавно? Болтают, что от наркотиков.
— Мило! Тут с ума сойти можно!
— А мне и правда кажется, что с ней что-то не то, — заговорщицки прошептала Ирина.
— Лишний раз спросить у нее что-то теперь побоишься. Мало ли куда ее понесет?
Женщина понимающе кивнула. Мимо прошел дворник, метлой сгребая окурки и опавшие листья. Он укоризненно взглянул на курящую Ирину. Переглянувшись, Вика с Ириной скрылись внутри.
Чуть позже в кабинет Вики заглянула архитектор.
— Здравствуйте. Меня Оля зовут. У меня сегодня день рождения. Я торт принесла — угощайтесь. Вон там, на столе стоит, — девушка по-детски улыбнулась и показала на стол секретаря.
— Ой, поздравляю! — приветливо кивнула Вика. — А сколько стукнуло, если не секрет?
— Тридцать.
Изумленная Колесникова уставилась на Ольгу во все глаза — по виду той было не больше двадцати двух — двадцати трех.
«Интересно, почему она совсем не выглядит на свой возраст?» — подумала Вика и еще раз посмотрела на именинницу.
Огромные карие глаза Оли светились, словно две свечи, навевая образ теплого безмятежного огня, чистого, как у ребенка, не тронутого никакими тревогами и невзгодами. Колесниковой не раз говорили, что ее глаза, наоборот, придавали ей возраста.
— Хорошо сохранилась! — пошутила Вика. — Обязательно угостимся!
Девушка, с честью выполнив свою миссию, еще раз по-детски улыбнулась и юркнула к себе.
Глава 8
Месяц закончился. Вика понемногу начала осваиваться. Каверзные вопросы от главного бухгалтера следовали один за другим. Зная все тонкости законодательства, Инна Александровна умело пользовалась неосведомленностью Колесниковой и наслаждалась ее замешательством, доводя все ее проколы до сведения директора. Вика переживала ужасно, но поделать ничего не могла. Ей нужно было время. Отдавая себе в этом отчет, девушка допоздна засиживалась на работе. Она видела, что главный бухгалтер решила просто избавиться от нее.
Остальная «старая гвардия», посмеиваясь над многократными попытками Вики разобраться и узнать, с чего начинается и чем заканчивается строительство, приняла ее в свои ряды, видя в ее глазах неподдельный интерес и настойчивость.
Каждый день, приходя на работу, Инна Александровна открывала новую программу и молча смотрела в пустой экран, даже не пытаясь что-то понять. Стоило Вике выйти за порог, как женщина тут же открывала старую программу и как можно быстрее заносила туда все накопившиеся документы. Завидев на горизонте финансового директора, Инна Александровна сворачивала бурную деятельность и снова продолжала смотреть в пустой экран. Уговоры не действовали. Попытки надавить казались опасными. Единственное, что радовало, — к Колесниковой все чаще стали подходить сотрудники за информацией, зная, что получат быстрый и подробный ответ. Несмотря на плохо скрываемую ревность в глазах соседки, этот факт не мог не доставлять Вике удовольствия. Мухин держался от нее отстраненно, как, впрочем, и сама Вика, которая также старалась не попадаться ему на глаза, поняв насколько тот вспыльчив и неуравновешен.
Команда Мухина — Ирина и худенький и невысокий паренек в очках, Иван, — держалась с Колесниковой приветливо, сохраняя при этом нейтралитет под стать своему начальнику и выполняя все новые поручения Ворона. Вика, сидевшая отдельно, не имела о происходящем никакого понятия. Хозяина она видела редко, с опаской присматриваясь к нему, когда тот проходил мимо по коридору. Высокий, широкоплечий, громкоголосый, Ворон коротко здоровался с ней и исчезал в кабинете Мухина. Вскоре оттуда начинали раздаваться отборные матерные ругательства, слышимые далеко за пределами офиса.
— Чего он так орет? — округлив от удивления глаза, то и дело спрашивала Инна Александровна.
— Не знаю. Мухину каждый раз попадает так, что не позавидуешь.
— У нас директор тоже орал, но все же не так. Стекла не дрожали. И вопросы все решал. Я только говорила, что мне нужно, и все. А этот Мухин сидит себе в углу, как пень, ничем не интересуется. Что ни спросишь — не знает. Кричит да хамит. Сначала к одному руководству привыкаешь, потом без предупреждения новое приходит — снова привыкать нужно. Все другое, требования другие. Каждый ломает под себя, как хочет. Какая психика тут выдержит?
— А вы не знали, что фирму перекупают? — удивленная откровенностью главного бухгалтера, уточнила Вика.
— Откуда? Нам никто ничего не сказал, словно мы — стадо овец. Один раз пришел этот Ворон с аудитором. Какое-то время там посидели. Потом Зингерман сюда зашел, походил-походил, пару папок открыл, закрыл и ушел. А через неделю приехал Мухин. Нас всех собрали и познакомили с новым руководством.
Вечером Вика заглянула к архитекторам. Ее взору открылась небольшая комнатка, заставленная столами так, что двигаться приходилось боком. На столах, в углу, на полу — всюду, куда ни падал взор, лежали длинные рулоны бумаги. Оля тут же улыбнулась и предложила присесть.
— Чертежи? — спросила Вика.
— Ваши планировки. Сто пятьдесят вариантов, если не больше…
