Фукагава (передает слова Призрака). Он говорит: шумят, требуют скорее открыть контору…
Оба (окончательно приходит в себя). Рано, рано… Пока не соберем десять фото…
Призрак что-то говорит.
Фукагава (передает слова Призрака). Тогда, говорит, хотя бы дату открытия уточните… Потому что, судя по всему, успех огромный. Что, если назначить, скажем, на сегодня на семь часов? А фотографии будем принимать до шести, идет?
Оба (неопределенно). Ну что ж…
Призрак что-то говорит.
Фукагава (Призраку). Да пойми же, мне это очень трудноодновременно принимать посетителей, регистрировать фотографии и беседовать с тобой…
Оба. Вот я и говорю, что нужно повременить. Давай так: сперва соберем фото, а уж тогда…
Призрак что-то говорит.
Фукагава. Он говорит, нет больше терпения ждать…
Оба (растерянно). В самом деле?.. Но…
Призрак что-то говорит.
Фукагава (кивает Призраку). Да-да, так всем и передай. В семь часов начинаем… (Идет вслед за Призраком к дверям и утвердительно кивает, поддакивая словам Призрака, беседующего с товарищами.)
Оба (наблюдает за ним, потом изумленно пожимает плечами). Ничего не пойму… Если он что-то замышляет, так уж чересчур ловко притворяется… (Встает, распахивает дверь, ведущую на кухню.)
За дверью стоит Тосиэ.
Что это, ты меня напугала, честное слово!
Тосиэ (спокойно, медленно). Хорошее занятие! А вдруг сейчас появится призрак того, кого ты убил, тогда что?
Оба. Брось эти шутки!
Тосиэ бросает на него презрительно-негодующий взгляд, проходит через комнату и, не оглядываясь, уходит.
Оба (к Фукагава). Фукагава-сан, теперь ты больше не сомневаешься в моей искренности?
Фукагава. Что вы, что вы! Все призраки вам так благодарны!
Оба. Нет-нет, не о том речь… Можно задать тебе откровенный вопрос?
Фукагава. Насчет чего?
Оба. Скажи мне… Разве призраки действительно существуют?
Фукагава. Как, вы все еще сомневаетесь?
Оба. Нет, скажи… Они действительно существуют?
Фукагава. Конечно. (Призраку.) Правда?
Призрак что-то говорит.
Оба. Ну, тогда… докажи же как-нибудь!
Фукагава. Честное слово, это ужасно! Если бы мертвых можно было увидеть, живые относились бы к ним гораздо лучше!
Оба. Гм…
Призрак что-то говорит.
Фукагава (кивая в ответ на его слова). Правильно. Он говорит, если вы нипочем не верите, так лучше нам сразу же прекратить все это дело и уйти… Жаль, конечно, да ничего не поделаешь…
Оба. Нет-нет, зачем же… Да нет, я верю… Обязательно буду верить… А что, в самом деле, убытка не будет… Ладно, уже поверил!
Фукагава. Выходит, Оба-сан, вы до сих пор не верили и все-таки столько заботились о нас… Как это благородно с вашей стороны!
Оба. Чего там, пустяки… Ну, коли так, хотелось бы на всякий случай спросить у твоего Призрака вот что: нет ли среди них такого вот господина… Лет этак шестидесяти пяти-шестидесяти шести, росту примерно мне до подбородка, голова похожа на булку со вмятиной на макушке, очки в золотой оправе, толстый, как бочка, и с родимым пятном на лбу…
Призрак что-то говорит.
Фукагава. Он говорит, что-то пока не встречали…
Оба (обращаясь непосредственно к Призраку). Ну тогда… если он вдруг появится — будьте настороже… Товарища из него не получится, так что держитесь начеку…
Картина шестая
Кабинет редактора газеты «Китахама-Симпо». Обстановка такая же, как и во второй картине. Вокруг стола сидят Торий-младший, Марутакэ, мэр и Торий-старший, банкир. Поодаль стоит Хакояма. Он как раз заканчивает доклад.
Хакояма (достает объявление и показывает его присутствующим). Вот эти объявления…
Марутакэ (читает). Что такое?.. «Покупаем по высоким ценам фотографии покойников»?..
Хакояма. Такие объявления, штук пятнадцать-шестнадцать, они расклеили по всем улицам. И сразу же сегодня утром явилась женщина, продала фотографию. Я с ней беседовал. Говорит, они расспрашивали ее о разных подробностях биографии покойного, а затем уплатили двести пятьдесят иен.
Все удивлены и взволнованы.
Торий-младший. О его компаньоне удалось что-нибудь разузнать?
Хакояма. Вид у него не слишком-то презентабельный… Точнее, жалкий… Если сформулировать всю эту их затею в газетном стиле, заголовок можно было бы дать такой: «Нелегкое ремесло. Новая тактика: источник прибыли фотографии мертвецов!»
Торий-младший. Я же тебе сказал — в данном случае можешь не думать о статье для газеты!
Хакояма (обиженно). Привычка. Профессия… Итак, как мне быть дальше? Продолжать наблюдение?
Торий-младший. Погоди… (Смотрит на присутствующих.) Мы посоветуемся, а ты пока подожди…
Хакояма, поклонившись, уходит.
Марутакэ. Ну, как вы считаете?.. Мне все-таки кажется, тут какой-то шантаж…
Торий-старший. Да, но что касается той истории, суд уже давно вынес решение о прекращении дела, да и у него вряд ли есть какие-нибудь веские доказательства.
Мэр. Это верно… Но выборы — всегда риск. Из-за любых, пусть даже самых невероятных слухов все может полететь к черту…
Торий-младший. Точно, точно, все именно так, как говорит господин мэр… В этом вся загвоздка.
Торий-старший. Зачем заранее волноваться?
Торий-младший. Нет, вы не правы, братец… Вот и в «Экономической теории инвестиций» что говорится? Город, естественно, растет в сторону земельных владений состоятельных собственников… Однако для того, чтобы эта закономерность осуществилась, прежде всего необходимо, чтобы бразды правления в городе находились в наших руках. Поэтому, если он вернулся в расчете на это обстоятельство…
Марутакэ. Правильно. Человек, восемь лет не подававший о себе вестей, внезапно появляется в городе, и как раз накануне выборов… Это, знаете ли, неспроста…
Торий-старший (с силой). Прошу вас, держитесь, господин Кубота!
Мэр. Я что же… Если вы все меня поддержите…
Торий-старший. Я думаю, мой банк сможет вернуть вам половину той суммы, которую вы внесли в залог…
Мэр. Вот на этом спасибо!
Торий-младший. Итак, что мы решаем? Я думаю, продoлжим наблюдение, пока обстановка не прояснится, а?
Все согласно кивают.
Картина седьмая
Магазин «Хикари-дэнки». Внизу, у каменных ступенек, появляется Хакояма. Он медленно приближается к дому. Спустя некоторое время отворяется дверь кухни, выходит Оба, утирая рот платком. Включает электричество; комната озаряется ярким светом. Хакояма испуганно замирает на месте. Следом за Оба в комнате появляется Фукагава.
Оба (похлопывая себя по животу). Ну и дрянь эта лапша с овощами! Часу не пройдет, как снова голоден. Так что в конечном итоге никакой пользы от нее нет.
Фукагава (оглядывается, выбирая, куда лучше поставить стол). Оба-сан, помогите-ка передвинуть стол!
Вместе выносят стол на середину комнаты. Хакояма заглядывает в приотворенную входную дверь.
Оба. Пожалуй, лучше было бы повернуть сюда…
Фукагава (твердо). Нет, это по указанию моего друга…
В дверях кухни появляется Мисако.
Мисако. А мне можно взглянуть?
Фукагава. Конечно, пожалуйста…
Мисако (оглядываясь в глубину дома). Мама, а ты не хочешь посмотреть?
Оба. Перестань шутить!
Фукагава. Почему же… Мой друг тоже хочет, чтобы пришла ваша супруга. Чем больше народа, тем веселее…
Оба. Всякий раз ссылаться на Призрак — это, знаешь ли, немножко того…
Фукагава (решительно его прерывает). Не говорите так! Он больше всего не любит, когда о нем говорят подобным тоном…
Мисако и Тосиэ входят в комнату и прикрывают дверь в кухню. Хакояма переходит с места на место, выискивая наиболее удобную позицию для наблюдения. Призрак что-то говорит.
Фукагава (утвердительно кивает в ответ на его слова). Хорошо, сейчас начнем! Оба-сан, прошу вас, откройте входную дверь!
