Читаем без скачивания Источник - Майкл Корди

В комнате опять поднялся гул.

— То есть личность автора вам неизвестна? — спросил священник.

— Нет. Он не указал своего имени.

— А что вы рассчитываете обнаружить в еще не переведенном астрологическом разделе? — поинтересовался один из слушателей.

— Карту? — выкрикнул кто-то.

Лорен подняла руки, призывая к спокойствию.

— Давайте не будем терять голову. Следует помнить, что во время создания манускрипта — а это конец шестнадцатого века — шифровать свои записи было очень модно. Так что, боюсь, наш автор, обладая незаурядным интеллектом и своеобразным чувством юмора, всего лишь дал на досуге волю и тому и другому.

Она дождалась, пока уляжется смех.

— Так или иначе, манускрипт Войнича, безусловно, написан гением, и если вас интересует краткий конспект моего перевода, его можно найти на интернет-сайте Йельского университета, точнее, на страничке Библиотеки Байнеке.

В коридоре у входа в аудиторию все набросились на Лорен с вопросами.

Наблюдая за ней, Росс почувствовал укол зависти и сожаления. Ведь он тоже защитил диссертацию и мог бы заниматься наукой. Его звали продолжить исследования в Гарварде и еще трех уважаемых университетах… Он отказался. Уж если единственный ребенок, а тем более единственный сын, закончив школу, объявляет родителям, что отправляется в Принстон вместо того, чтобы взвалить на себя заботы о едва сводящей концы с концами семейной ферме, то он просто обязан добиться успеха. А для Росса успех означал деньги. Много денег. Так он и попал в нефтяную промышленность. И потом, если честно, научная карьера его не привлекала. Росс любил искать нефть: расталкивать локтями конкурентов, мотаться по самым заброшенным уголкам планеты, докапываясь до того, что не по силам никому другому.

Впрочем, все меняется в мгновение ока. Совсем недавно его звезда была в зените, карьерные перспективы — блестящи, а Лорен, с ее академической наукой, было предначертано оставаться в безвестности. Теперь же она — знаменитость. Росс видел, как жена отвечает на вопросы, и понял: она не осознает, чего на самом деле достигла. Лорен рассчитывала, что перевод манускрипта позволит ей занять более высокий пост на факультете, но Росс-то знал: стоит опубликовать материалы, и университеты всего мира будут ждать ее с распростертыми объятиями. Он вдруг представил себя в роли мужа, который сидит дома с ребенком, пока Лорен покоряет новые высоты. Впрочем, его немного утешила мысль о предстоящем трехнедельном отпуске, ну а беспокоиться о работе можно после возвращения.

Лорен улыбнулась и жестом подозвала мужа, как вдруг с ней неожиданно заговорил священник. Росс видел, как тот представился и, несмотря на стоящий кругом гам, расслышал слова:

— Я спрашивал вас об авторе, потому что в Ватикане есть секретные документы, проливающие свет на его личность. Кстати, и на астрологический раздел тоже.

Лорен удивленно посмотрела на собеседника:

— Вы серьезно?

— Да. Может, объединим усилия?

— Я бы многое отдала, чтобы взглянуть на эти документы.

— Мы с радостью предоставим вам все материалы, но есть ряд условий.

— Каких же?

— Ватикан хотел бы контролировать их публикацию, чтобы разглашение данных не нанесло вреда церкви.

На губах Лорен вспыхнула исключительно вежливая и в то же время зловещая улыбка — Росс сразу понял, что священник уйдет несолоно хлебавши.

— К сожалению, я вынуждена отклонить ваше предложение, — сказала она.

— Я обращаюсь к вам от имени ордена иезуитов, — заявил священник, словно сама мысль об отказе представлялась ему невероятной, — во благо католической церкви!

— Может, и так, святой отец, только работа — моя, и когда речь идет о научных исследованиях, я категорически против любых ограничений.

Повисла неловкая пауза, а затем священник достал откуда-то из сутаны визитную карточку и протянул Лорен.

— Я вынужден уважать ваше решение, доктор Келли, но если передумаете, то прошу вас, непременно свяжитесь со мной.

Лорен взяла карточку, и тут в разговор ловко вклинился Боб Найт:

— Не принимайте скрытность доктора Келли близко к сердцу, святой отец. Она ревностно охраняет свои открытия, даже файлы почти все дома держит. Я, глава факультета, и то толком не знал, что будет в сегодняшнем докладе! — Он взял Лорен под руку и, увлекая ее в сторонку, добавил: — А теперь прошу нас извинить…

Найт уводил Лорен дальше по коридору, а священник смотрел им вслед. В его иссиня-черных волосах едва проступала седина, лицо было совершенно гладким, однако по глубоким морщинам между глаз Росс понял, что тот гораздо старше, чем ему показалось вначале. Внезапно священник обернулся, их взгляды встретились, и Росс увидел, что черные глаза пылают бессильной яростью: святой отец был в бешенстве.

Лорен вернулась, сияя от возбуждения. Росс приобнял ее и повел к выходу.

— Поздравляю. Все только о тебе и говорят. А этот священник, кажется, места себе не находит.

Лорен поморщилась.

— Он утверждает, что в Ватикане есть интересные документы, но не хочет, чтобы мы что-то там публиковали, поэтому пришлось ему отказать.

— А что Найт? Он вроде полон энтузиазма?

— Полнее некуда.

Снаружи было темно и прохладно, а Лорен вдруг спросила с какой-то виноватой улыбкой:

— Сначала хорошую новость или плохую?

Плохие новости Росс не любил.

— Давай хорошую.

— Найт обещает мне золотые горы на факультете: профессуру, повышение зарплаты, словом, все, что душе угодно.

— Ну и отлично.

— Он хочет, чтоб я перевела последний раздел как можно скорее. Говорит, что нужно именно сейчас, пока у публики не пропал интерес.

Росс понял, к чему она ведет.

— Но мы же собирались в отпуск на три недели!

И снова виноватая улыбка.

— Ну да. Это и есть плохая новость.

ГЛАВА 6

Рим, следующий день.

Говорят, что в Риме властвуют три папы: Белый Папа — сам понтифик; Красный Папа — Великий инквизитор, в наше время он именуется «кардинал-префект Конгрегации доктрины веры», и Черный Папа — глава ордена иезуитов, генеральный настоятель Общества Иисуса.

Наследующий вечер после доклада доктора Лорен Келли в стенах Ватикана было спокойно, снаружи не доносилось даже отзвука обычной римской суматохи. Тем не менее когда Черный Папа вступил в лабиринт комнат и коридоров, прилегавших к Апостолической библиотеке, его нервы были натянуты как струна. Вчера генеральный настоятель ордена иезуитов Леонардо Торино вылетел из аэропорта Кеннеди и всю дорогу до Рима не мог сомкнуть глаз, размышляя об открытии доктора Келли и его последствиях. Несмотря на усталость, ему не терпелось добраться до архивов инквизиции и сравнить оригинал с копией из своего дипломата. Однако сначала пришлось выступить перед подчиненными с сообщением о поездке в нью-йоркскую провинцию ордена и о конференции в Фордемском университете, а затем сидеть на нескончаемых собраниях курии, где обсуждались планы по основанию второго Ватикана в какой-нибудь развивающейся стране. Наконец он доложил его святейшеству о результатах работы комиссии по чудесам, хотя комиссия эта, похоже, только опровергала существование чудес в современном мире.

Торино убедил папу восстановить полузабытую комиссию по чудесам лишь потому, что те сильно обесценились, ведь во времена его предшественника было официально признано больше чудес и канонизировано больше святых, чем когда-либо раньше в истории церкви. Орден иезуитов, самый большой и трезвомыслящий из католических орденов, идеально подходил для рассмотрения чудес — необходимо канонизировать святых и представлять всему миру неопровержимые доказательства существования Бога. Однако с момента повторного учреждения комиссия так ни одного чуда и не утвердила. Собственно, Торино лично приложил руку к тому, что по меньшей мере шесть ранее признанных чудес были отвергнуты.

Но все может измениться, если услышанное им на семинаре окажется правдой.

Когда Торино добрался до секретного архива, где хранились главнейшие тайны католической церкви, смотритель уже запирал дверь на ночь.

— Не закрывай пока, — приказал иезуит, — нужно кое-что проверить.

Старик смотритель, не поднимая головы, повернул в замке большой ключ.

— Уже поздно. Приходите завтра.

Подняв глаза, он узнал черную сутану Торино, и по его лицу пробежала тень страха.

— Простите, генерал, я не узнал вас.

Войдя в хитросплетение невзрачных пыльных комнат, Торино направился в самую дальнюю. Когда в 1998 году Ватикан открыл архивы инквизиции, большинство исследователей занялось документами по самым громким процессам, в частности, по суду над Галилеем — ученым, который заставил церковь содрогнуться, громогласно объявив, да еще и доказав, что Земля вращается вокруг Солнца, а не наоборот. Впрочем, запутанное дело, которое Торино собирался перечитать, могло бы вызвать ничуть не меньше споров.