43. История внешней политики СССР, с. 426; История Великой Отечественной войны Советского Союза, т. 1, с. 403.
44. Г. К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 253.
45. W. Averell Harriman and Elie Abel. Special Envoy to Churchill and Stalin. New York, 1975, p. 80.
46. История Великой Отечественной войны Советского Союза, т. 1, с. 373—378, 382; А.М. Некрич. Указ. соч., с. 26—30.
47. В.А. Анфилов. Бессмертный подвиг. Исследование кануна и первого этапа Великой Отечественной войны. М., 1971, с. 137—148; J. Erickson. The Road to Stalingrad. Stalin’s War with Germany, vol. 1, p. 50—55.
48. Г.К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 250; В.М. Бережков. Рождение коалиции, с. 63,
49. I generali di Stalin.., p. 187—189.
50. Roy A. Medvedev. Op. cit., p. 547; Г.К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 256.
51. Г.К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 259; H.Н. Воронов. Указ. соч., с. 174.
52. Г.К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 232; I generali di Stalin.., p. 178—179; В. Емельянов. О времени, о товарищах, о себе. Записки инженера. — «Новый мир», 1967, № 2, с. 118, 120; А. Новиков. На дальних юго-западных подступах к Ленинграду. — «Военно-исторический журнал», 1969, № 1, с. 69.
53. Дж. Боффа. Указ. соч., т. 1.
54. N.S. Kruscev. Kruscev ricorda. Milano, p. 603 (далее: Kruscev ricorda). Г.К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 258—259.
55. H.H. Воронов. Указ. соч., с. 174.
56. История Великой Отечественной войны Советского Союза, т. 1, с. 398—399; История внешней политики СССР, т. 1, с. 419.
57. Этот эпизод воспроизводится многими авторами на базе германских дипломатических документов. См. W.L. Shirer. Op. cit., p. 908. См. также: Правда, 14 апреля 1941 г.
58. В.Л. Исраэлян. Антигитлеровская коалиция. Дипломатическое сотрудничество СССР, США и Англии в годы второй мировой войны. М., 1964, с. 11—12. Аналогичный вывод можно извлечь из работы: В. Г. Трухановский. Англо-советские отношения накануне Великой Отечественной войны. — «Вопросы истории», 1963, № 12, с. 69.
59. По этому поводу см. В.Г. Трухановский. Указ. соч. — «Вопросы истории», 1963, № 12, с. 66—67; L. Woodward. Op. cit., p. 148—149. Аналогичное мнение было высказано уже тогда американским послом Стейнхардтом (Steinhardt. Foreign Relations of the United States, 1940, vol. 1, p. 616).
60. Дж. Боффа. Указ. соч., т. 1.
61. История СССР с древнейших времен до наших дней. М., 1968—1973, т. 10, с. 16 (далее: История СССР).
62. История Великой Отечественной войны Советского Союза, т. 1, с. 447, 452— 457, 474—478; Г. К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 219—228, 234—238.
63. История второй мировой войны, т. 3, с. 387—388.
64. В.А. Анфилов. Указ. соч., с. 149—160; История Великой Отечественной войны Советского Союза, т. 1, с. 439.
65. История Великой Отечественной войны Советского Союза, т. 1, с. 441.
66. Г.К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 234; А.М. Василевский. Указ. соч., с. 104—110; Я.Я. Воронов. Указ. соч., с. 171.
67. И.В. Сталин. Сочинения. Стэнфорд, 1967, т. 1(14), с. 118.
68. История Великой Отечественной войны Советского Союза, т. 1, с. 471; Г.К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 259; А.М. Василевский. Указ. соч., с. 112—113; А.М. Некрич. Указ. соч., с. 81—82.
69. А.М. Василевский. Указ. соч., с. 110; Г.К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 235.
70. Пограничные войска СССР, с. 368—404, 485—492, 755—757.
71. Вопросы истории, 1965, № 5, с. 27; F.W. Deakin, G.R. Storry. Il caso Sorge. Milano, 1970, p. 254— 256; A.M. Некрич. Указ. соч., с. 119.
72. Kruscev ricorda, p. 603—604; A.M. Некрич. Указ. соч., с. 115—116; В.М. Береж ков. С дипломатической миссией в Берлин, с. 79.
73. A.M. Василевский. Указ. соч., с. 121; И.X. Баграмян. Так начиналась война. М., 1971, с. 67—68, 76—77.
74. Текст сообщения см. Правда, 14 июня 1941 г. Об эффекте, произведенном им в вооруженных силах и среди общественности, см. Л.М. Сандалов. Указ. соч., с. 78; статья И.X. Баграмяна в «Литературной газете» от 14 апреля 1965 г. Неоправданным поэтому выглядит скептицизм А. Верта (А. Werth. Op. cit., p. 142) по поводу отрицательной оценки, содержащейся в «Истории Великой Отечественной войны Советского Союза», т. 1, с. 404.
75. Г.К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 245—249; A.M. Василевский. Указ. соч., с. 119; H.H. Воронов. Указ. соч., с. 171—172.
76. Г.К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 259.
77. И.X. Баграмян. Указ. соч., с. 76; Я.Я. Воронов. Указ. соч., с. 173.
78. К.К. Рокоссовский. Солдатский долг. М., 1968, с. 9; И.В. Тюленев. Через три войны. М., 1960, с. 137—138.
79. История внешней политики СССР. М., 1976, т. 1, с. 429.
80. A.M. Некрич. Указ. соч., с. 144, 149—151; Г. К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 261,
81. Г.К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 265—266; История СССР, т. 10, с. 18—19; И.В. Тюленев. Указ. соч., с. 141—142.
82. I generali di Stalin.., p. 184; Я.Я. Воронов. Указ. соч., с. 176.
83. Г.К. Жуков. Указ. соч., т. 1, с. 266.
84. Там же, т. 1, с. 265.
85. Kruscev ricorda, p. 606—607; А.Чаковский. Блокада. — «Знамя», 1968, №11, с. 41; Я.Я. Воронов. Указ. соч., с. 179.
I. Нейтральный характер советской внешней политики в первый период второй мировой войны не раз ставился под сомнение не только в политических спорах, но и в научных исследованиях некоторых историков. Так, американец Адам Б. Улам (Storia della politica estera sovietica, 1917—1967. Milano, 1970, p. 405—406) говорит о настоящем союзе между СССР и Германией, якобы продолжавшемся с сентября 1939 по июнь 1941 г. Отвергаемый советскими историками, этот тезис не находит подтверждения и в тех западных исследованиях, которые посвящены анализу частных аспектов советской истории. Например, Джордж Гинзбург приходит к выводу, который я считаю правильным: «Официальное поведение СССР... в тот период не слишком отличалось от поведения большинства нейтралов» (George Ginsburg. The Soviet as a Neutral. 1939—1941. — “Soviet Studies”, v. 10, №1, p. 32).
II. После победного окончания войны Сталин изменил оценку, заявив в 1946 г., что вторая мировая война против держав «оси», в отличие от первой, с самого начала имела характер антифашистской, освободительной войны. В советской историографии встречаются различные оценки. Чтобы дать представление о тех выводах, к которым пришли советские историки, приведем оценку одного из последних и авторитетных трудов (История второй мировой войны, т. 3, с. 8): «Война началась как империалистическая, захватническая, несправедливая со стороны главных ее участников, а затем благодаря неуклонно возраставшей активности широких масс трудящихся в борьбе против гитлеровских захватчиков стала приобретать освободительный, антифашистский характер».
III. Даже в октябре 1941 г., при встрече с первой англо-американской миссией, прибывшей в Москву, Сталин требовал от британского представителя лорда Бивербрука разъяснений насчет дела Гесса. Интересно отметить, что советская историография до сего дня отказывается разделить наиболее распространенную на Западе интерпретацию этого эпизода, стремящуюся свести к минимуму его политическое значение (см. James Douglas Hamilton. Il folle volo di Hess. Milano, 1973). В целом советские историки продолжают считать, что: 1) Гесс действовал если не по прямому поручению Гитлера, то по крайней мере с его молчаливого одобрения; 2) англичане не просто ограничились выслушиванием Гесса, с ним велись самые настоящие переговоры (История Великой Отечественной войны Советского Союза, т. 1, с. 367—369; Ф.Д. Волков. Неудавшийся прыжок Рудольфа Гесса. — «Новая и новейшая история», 1968, № 6; Валентин Бережков. С дипломатической миссией в Берлин, 1940—1941. М., 1966, с. 84—88).
Трагическое лето 1941-го
Прорванные линии обороны
Когда 22 июня Молотов обратился по радио к притихшей стране, он сказал, что выступает по поручению «Советского правительства и его главы, товарища Сталина». Более всего в этой речи он позаботился подчеркнуть, насколько неоправданной была немецкая агрессия. Молотов добавил, что другой захватчик, Наполеон, потерпел в России поражение, и призвал армию и народ к войне «за родину, за честь, за свободу». Закончил он тремя лапидарными фразами: «Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами»[1]. Это звучало как клятва, ибо то, что происходило в те же часы на западной границе, напоминало всеобщий крах.
Немецкое нападение развертывалось на всем протяжении границы от Балтийского моря до Карпат и осуществлялось тремя группами армий: «Север», «Центр» и «Юг». Заданные им три главных стратегических направления были нацелены на Ленинград, Москву и Киев (с последующим выходом в индустриальный район Донбасса и Восточную Украину). Замысел нацистского командования состоял в том, чтобы за одну кампанию рассечь на части, окружить и уничтожить Советские Вооруженные Силы, причем на возможно более близких к границе рубежах. Наступление должно было завершиться оккупацией всей европейской части страны вплоть до линии от Архангельска до Волги, вдоль всего ее течения до самого устья. В соответствии со схемой, уже применявшейся при вторжении в западноевропейских странах, главной ударной силой служили четыре мощные бронетанковые группировки. Две из них были включены в состав группы армий «Центр», призванной быть главным наступательным фронтом, и по одной — в состав групп армий «Север» и «Юг»[2].
