Глава 7
Вот вроде шепчет, едва можно расслышать, а тишина повисла такая, что было слышно даже жужжание мух. Каждый орк его услышал, будто сам ветер поднёс слова к ушам. Услышал и умолк, сгибая спину в почтительном коленопреклонении. От мала до велика, и стал и млад, даже вождь. Но кто может быть авторитетнее вожака?
Выглядел он необычно. Вместо кожаных доспехов расшитое письменами одеяние. Вместо оружия – светящийся посох из большой сухой ветки. Длинная седая борода… Духовник, не иначе. Местный священник, типа того. Ведь даже орки должны во что-то верить.
– Урук-Хай, – спрыгнул с соперника мой орк и поклонился немолодому соплеменнику.
– Я всё ещё жду ответ на свой вопрос, – неторопливо, без эмоций выговорил духовный лидер, растягивая слова.
Кинул на меня пренебрежительный взгляд, будто меня здесь и нет вовсе, и уставился на Дарга. Даже вождь не смел говорить без его разрешения.
– Она моя кайхэре, – вымолвил мой орк. – И я прошу духов о помощи.
– Кайхэре? – зашептались орки.
– Это точно? Я не ослышалась? – обеспокоилась женщина с младенцем на руках.
Интересно, что это значит. Мне бы переводчик где-нибудь раздобыть.
– Она всего лишь человек, так не бывает! – выкрикнул кто-то из толпы. – Предки отвернулись от них, они недостойны благословения!
– Не может быть, – встал с колена Громмаш. – Ты даже не чистокровный орк, с чего бы духам предков одаривать тебя истинной?
Всполошились все, лишь Урук-Хай и бровью не повёл. Стоял с таким умным видом, будто всё знает. Вообще всё на свете. Похоже, он и есть тот самый шаман, к которому меня тащил мой орк.
– Это ересь! Нельзя пускать отродье в нашу святыню! – забасил соперник Дарга.
Ясное дело, мстит за унизительное поражение.
– Это решат духи, – объявил шаман и распахнул полы шатра, впуская нас внутрь.
Никто не посмел ему перечить.
– Спасибо, милостивые духи, – шепнул мой орк и, подхватив носилки, потащил меня внутрь.
Как только мы вошли, шум с улицы как отрезало. Уши пронзила оглушающая тишина. Магия, не иначе.
В глубине шатра горел огонь. Шаман подкинул в него пучок каких-то трав, и дым костра из привычного чёрного превратился в белый, а воздух наполнился сладостным ароматом степных цветов.
Повсюду стояли письмена, высеченный на каменных плитах, пол устилали шкуры животных.
– Ты первый человек, который вошёл в нашу святыню, – заговорил со мной шаман. – Но кто я такой, чтобы спорить с духами, я лишь проводник их воли. Что с тобой случилось, дитя?
Старик не ждал от меня ответа, вместо этого он помахал надо мной своей светящейся палкой, и из моего солнечного сплетения тонкой струйкой поднялся голубоватый дымок. Он с шумом вдохнул его в себя и понимающе закивал головой.
– Орк и человек... – задумчиво произнёс он, устало прикрыв веки. – Духи всё больше благоволят смешению наших рас. Они хотят мира.
– Я не думал, что это возможно, Урук-Хай, – обратился к нему мой орк. – Но она точно моя, я это чувствую. И ты знаешь, что это значит. Если она погибнет, умру и я.
Седовласый орк понимающе закивал, тряся бородой.
– Никто не будет по мне скучать, – продолжил Дарг, – но я должен её спасти. Помоги мне. Попроси духов предков, тебя они послушают. Я готов обменять свою жизнь на её.
Дарг в очередной раз преклонил колено, почтительно опустив голову вниз.
Что? Не надо! Я хочу жить, но не такой ценой! Совесть замучает.
– Я так не согласна, – шепнула из последних сил.
– Как я уже сказал, это решат духи, – мудро произнёс старец и сел на землю рядом, начиная нашёптывать какой-то заговор и водить надо мной руками.
– Духи земли… – произнёс шаман, и земля подо мной завибрировала мелкой дрожью.
Дарг так и остался стоять, приклонив одно колено и опустив голову вниз. Не шелохнулся, глазом не моргнул. Только взял меня за руку, но тело настолько ослабло, что я уже не чувствовала его прикосновений.
– Духи огня… – призвал шаман, закатив глаза, и огонь в костре разгорелся ярче, обжигая лицо жаром языков пламени.
– Духи воздуха… – шаман стал раскачиваться из стороны в сторону в каком-то трансе, и сквозь полог шатра снаружи проник порыв ветра, заставив висящие на стене амулеты звонко побрякивать, ударяясь друг об друга.
Дарг взволнованно вздохнул и крепче сжал мою ладонь.
– Духи воды… – мелодично запел Урук-Хай, и у меня на лбу проступил пот. – Они здесь, можешь говорить. Только будь краток.
Дарг прочистил горло и тихо произнёс:
– Я прошу вашей милости, исцелите её.
Бросил на меня беглый взгляд и снова учтиво уставился в пол.
По шатру пронёсся едва уловимый шепоток, забегали причудливые тени. Я ясно ощутила присутствие потустороннего. Никогда в такое не верила, но сейчас я вижу это собственными глазами.
– Ты достойно сражался, – расшифровал шёпот предков шаман. – Это впечатлило предков. Сегодня ночью её судьба решится.
И вновь резко наступила тишина. Костёр почти погас, ветер стих, земля перестала дрожать.
– Благодарю вас, – сказал в пустоту Урук-Хай.
– Что это значит? – не выдержала и спросила первой. Умеют же эти духи запутать. Не могли осмысленный ответ дать?
– Что сегодня духи либо даруют тебе жизнь, либо заберут к себе за грань. И то, и другое – большая честь для человечки, – кивнул шаман и, по-старчески кряхтя, поднялся на ноги. – И они дали тебе новое имя. Грутха.
Уточнять, зачем мне новое имя, я не стала. Хотела пошутить «Я есть Грутха», чтобы разрядить обстановку, но лишь нервно хихикнула. Они меня не поймут. Орки и так считают людей странными, а с такими шуточками я и вовсе буду на дурочку похожа. Да и неуважительно это как-то по отношению к предкам. В общем побоялась говорить.
– Что я должен делать? – спросил Дарг, помогая старику подняться.
– Будь с ней рядом, не дай им забрать её. Они попытаются.
Дарг кивнул.
– Скоро закат. Этой ночью вас никто не потревожит, – шаман заводил руками у входа в шатёр. – До рассвета никто сюда не войдёт. И не выйдет.
И покинул нас, оставив наедине с моим орком.
Глава 8
– Какой-то ты неправильный орк, – шепчу, когда
