Читаем без скачивания Сердечные перемены - Джуд Деверо

Мой дорогой Илай!

Я очень обрадовался, получив твое последнее письмо. По-моему, твоя новая теория об искусственном интеллекте просто замечательна, но, видимо, тебе что-то мешает развивать ее дальше.

У одного из моих братьев родилась чудесная девочка - ее румяные щечки напоминают розы. Я возлагаю на нее большие надежды, хотя она пока даже не умеет говорить.

Так же, как и ты, я люблю получать подарки в дни рождения. Великолепные запонки, полученные от тебя в прошлый раз, я обязательно надену, когда отправлюсь на встречу с президентом.

Как поживают Челси и твоя мама? Если твой отец, опять начнет тянуть с выплатой денег, дай мне знать немедленно. Среди моих знакомых есть и порядочные адвокаты, и наемные головорезы - так или иначе мы преподадим ему хороший урок.

С любовью и уважением,

Фрэнк.

Майкл перечитал письмо три раза, но даже после этого все еще сомневался в том, что оно действительно написано его старшим братом, и не верил своим глазам. Обычно, узнав, что кто-то из родственников обзавелся очередным ребенком, Фрэнк говорил одно и то же "У кого же из вас хватит ума остановиться?

" Такое нежное упоминание о новорожденной не имело ничего общего с его высказываниями в кругу семьи.

Таггерт аккуратно сложил письмо и вручил его Илаю - Итак, - деловито продолжала Челси, - Илай хочет познакомить свою мать с мистером Фрэнком Таггертом в обстановке, ставящей их в равное положение. Она могла бы ухаживать за ним до полного выздоровления... Только вот нам никак не удается вычислить, где он сейчас находится, горы-то большие.

Майкл взглянул на часы - до встречи с женой оставалось минут десять, не больше.

- Послушайте, у меня сейчас обед... Может, присоединитесь?

...Майкл никогда не считал себя тупым, но окончательно понял все лишь через сорок пять минут, да и то при помощи своей жены Саманты. Кроме того, до него наконец дошло, кого ему так напоминал Илай - не внешностью, но манерами, мальчик удивительно походил на Фрэнка: та же невозмутимость, властный взгляд, блестящий ум, настойчивость...

Прочитав письмо старшего брата к Илаю Харкурту, Майкл терялся в догадках.

Чем же этот странный ребенок так разбередил душу обычно холодного и расчетливого Фрэнка, чем вызвал в нем почти отцовские чувства? Однако, внимательно слушая Илая, Майкл все более убеждался, что мальчик действительно заслуживает такого отношения.

- По-моему, все это необычайно романтично, - неожиданно заметила Саманта.

- А по-моему, бедная женщина придет в ужас, познакомившись с моим братцем, - пробормотал Майкл, но, получив от супруги довольно болезненный пинок ногой, умолк.

- Итак, как же мы все это организуем? - Видимо, Саманта не на шутку увлеклась этой идеей. - Кстати, какой размер одежды у твоей матери?

- Пятидесятый, рост первый, - возбужденно проговорила Челси. - Она невысокая и толст.. - Илай бросил на нее такой свирепый взгляд, что Челси остановилась на полуслове. Казалось, он до сих пор чувствовал неприязнь к Майклу. - Я хотела сказать кругленькая, - поправилась девочка.

- Я все поняла, - успокоила ее Саманта, вынимая из сумочки небольшой блокнот.

- Какое тебе дело до ее размера? - удивился Майкл.

Илай безучастно уставился в тарелку, но Саманта и даже маленькая Челси посмотрели на Таггерта как на идиота.

- Неужели ты полагаешь, - прошипела Саманта, - что она должна прийти в дом Фрэнка в потертых джинсах и спортивном свитере? Челси, девочка, может, сходишь со мной в универмаг и поможешь мне выбрать кашемировое платье?

- Кашемировое?! - одновременно воскликнули Илай и Майкл.

Изумление объединило их - оно отражало извечное противостояние: Мужчина против Женщины.

Саманта не обратила внимания на реакцию мужа.

- Майкл, ты сегодня же напишешь письмо миссис Харкурт с предложением...

- Не Харкурт - Стау. Теперешняя жена моего отца потребовала, чтобы мать взяла свою девичью фамилию, и, честно говоря, Рэнди не видела особых причин для отказа.

Саманта бросила на мужа суровый взгляд, и он встревожился, ощутив, что безвозвратно теряет состояние внутренней гармонии. Сейчас Майкл согласился бы на все, что успели придумать эти безобидные с виду детки.

Глава 6

Рэнди, с облегчением вздохнув, соскочила с лошади и нерешительно вошла в домик. События последних дней развивались так быстро, что она даже не успела как следует обдумать их.

Вчера во второй половине дня в больнице появился незнакомый мужчина и предложил ей поработать две недели на частного клиента, начиная с завтрашнего утра.

Рэнди сражу же отказалась - такие вопросы не решались без санкции администрации, однако оказалось, что посетитель уже переговорил с главным врачом, которого она никогда не видела.

Тогда Рэнди сообщила, что, помимо всего прочего, ее несовершеннолетний сын нуждается в постоянном присмотре. В ту же секунду ее попросили к телефону звонил Илай. Он радостно сказал, что семья Челси приглашает его в увлекательное путешествие на яхте. Может, она и воспротивилась бы, поскольку не желала, чтобы сын пропускал занятия в школе, однако мальчик так мечтал прокатиться по морю...

Кроме того, Рэнди отлично знала, что Илай мгновенно догонит класс. Словом, у нее не хватило духу отказать ему.

Когда Рэнди положила трубку и обернулась, мужчина все еще терпеливо ждал ответа.

- Ладно, но только две недели. По истечении этого срока я должна вернуться домой.

После того как Рэнди согласилась, мужчина заявил, что пациент живет высоко в горах, куда, впрочем, несложно добраться на вертолете, а на худой конец, и на лошади. Правда, возле дома нет посадочной площадки, но если миссис Стау согласится...

Рэнди решительно отвергла вертолет - ее ничуть не прельщала перспектива спускаться на тросе с высоты в несколько десятков метров - и выбрала лошадь.

Рано утром она вскочила с постели и поцеловала сына так страстно, будто уезжала на год, не меньше.

Ей предстояло проехать тридцать миль на машине до подножия гор. В условленном месте Рэнди должен был встретить старик по имени Санди и проводить ее до места новой работы.

Санди стоял на обочине рядом с двумя оседланными лошадьми и тремя понурыми мулами, навьюченными, как ей показалось, сверх всякой меры. Дорога заняла почти весь день. В конце путешествия Рэнди уже думала, что, возможно, вертолетный трос ничуть не хуже лошади.

Правда, горный воздух сейчас, в конце осени, был таким разреженно чистым и так благоухал опавшей листвой, что усталость как рукой сняло. Они поднимались все выше и выше. Только здесь, на высоте, уже безошибочно ощущалось неумолимое приближение зимы.

Более уединенного места, чем то, где стоял этот дом, Рэнди не видела никогда: здесь не было ни дорог, ни телефонных кабелей, ничего, что указывало бы на связь его одинокого обитателя с внешним миром.

- Далековато, а? - обратилась она к Санди, разгружающего одного из мулов.

- Фрэнк уверен, что это самое лучшее место на земле, и, поверьте, он, несомненно, прав. Просто электричество проведено под землей, чтобы не портить окружающий вид. - Он внимательно посмотрел на Рэнди и добавил:

- Автономная система канализации работает вполне исправно.

- Хозяин - законченный мизантроп, если ему нравится такой уединенный образ жизни. - О пациенте Рэнди знала лишь то, что у него перелом правой руки, ему наложили гипс, а это не позволяет больному обслуживать себя. - Должно быть, чудак, выживший из ума на старости лет, - пробормотала Рэнди. - Он живет здесь постоянно? Санди посмотрел на нее с недоумением:

- Мэм, зимой высота снежного покрова в этих местах иногда достигает двенадцати футов. А Фрэнк живет там, где ему вздумается. Сюда он приезжает, как бы выразиться точнее, зализывать свои раны, что ли. Вообще-то Фрэнк весьма неразговорчив... Послушайте, почему бы вам не зайти в дом? Мне еще нужно развьючить мулов.

Рэнди последовала совету старика: вошла в дом и, даже не оглядевшись, рухнула в кресло и мгновенно заснула. Сколько времени она проспала? Час?

Меньше? Проснувшись, Рэнди обнаружила, что старика с животными и след простыл.

О его пребывании здесь напоминали лишь груда коробок и беспорядочно наваленные кульки. На нее неожиданно нахлынуло ощущение, будто она затерялась в огромном мире дикой природы, но оно вскоре отступило.

С точки зрения канонов архитектуры в этом домике не было ничего, что говорило бы об участии живого человека в его проектировании. Казалось, этот дом создал бездушный компьютер, стремившийся только обеспечить жильцам всевозможные удобства. Здание имело Г-образную форму. Один конец стены упирался в камин, рядом с ним стояли кушетка и пара стульев. Возможно, эта мебель выглядела бы неплохо, если бы не тяжелые, уныло-серые покрывала, прочные и долговечные. На полу не было даже самого примитивного коврика, ни одна картина не оживляла голые стены. На столе стояла незатейливая лампа из серой керамики единственное, на чем мог задержаться взгляд. Угол буквы "Г" был отведен под кухню, точно соответствующую по стилю всему прочему, - ничего лишнего. В конце кухни стояли две аккуратно заправленные кровати с покрывалами из той же грубой ткани, но только коричневыми. Дверь чуть подальше вела в ванную комнату, где были лишь душ, туалет и раковина.