Группа «Ланг» начала свое продвижение вдоль дороги Гайсин – Теплик – Терновка, сбивая с нее немногочисленные красноармейские заслоны. На станции Кублич немцам удалось захватить три состава с боеприпасами и оборудованием. Используя растерянность отступавших советских войск, ударная группа продолжила движение, не обращая внимания на фланги, и заняла Гайсин, а после полудня – село Теплик. Прорыв, осуществленный на автомашинах, составил за день расстояние в 70 км. Ближайшие соседи отстали на 20 км, собственная дивизия – на 45 км[25]. Единственным действенным средством связи оставалось только радио. Маршем 1-й горно-егерской дивизии началось формирование южного фаса окружения группы Понеделина[26].
В результате прорыва, осуществленного егерями X. Ланца, советский 18-й мехкорпус оказался разорван надвое. 39-я танковая дивизия, сбитая с рубежа Китай-Город – Гайсин, начала отход в восточном направлении. К концу дня вместе она оказалась в районе Кублича, куда ранее отошли полки 47-й танковой дивизии полковника Г. С. Родина. Еще на марше тылы 47-й дивизии подверглись атаке противника и чудом избежали уничтожения. Не удержала своих позиций и 218-я моторизованная дивизия. Под натиском противника она была вынуждена отойти на рубеж Кублич – Соболевка.
Пользуясь общим отходом войск советской 18-й армии, соединения XXXXIX корпуса развивали преследование. Боевая группа «Кресс» образовала своеобразную подвижную моторизованную группу, наподобие группы «Ланг». Но действия советских частей препятствовали ее эффективному применению, и ее продвижение проходило замедленным темпом. Прорыв группы «Ланг» привел к потрясению советских оборонительных порядков, хотя и эта ситуация была быстро преодолена.
Перед немецкой 125-й дивизией на 26 июля была поставлена задача наступать на Михайловку с тем, чтобы воспрепятствовать отходу частей 6-й и 12-й армий на Гранов и далее на юго-восток. В дальнейшем дивизия должна была наступать на Краснополку и Ивангород.
В течение ночи 421-й полк немцев вел разведку против большого леса, с запада прилегавшего к Михайловке. Было установлено, что его занимают крупные силы советских войск. Занять Михайловку, не выбив их из леса, было маловероятно. Но лобовая атака грозила немцам ощутимыми потерями, тем более что прилегавшая открытая местность была хорошо пристреляна. Поэтому командир дивизии отдал приказ 419-му полку наступать на с. Чечелевка, чтобы занять расположенные за ней высоты 256 и 260. В случае удачи этого маневра советские войска, укрывавшиеся в лесу, были бы обойдены с фланга. Артиллерийскую поддержку наступлению оказывал 125-й артиллерийский полк, выдвинутый на позиции около вокзала в Гайсине.
В 16.00 2-й батальон 419-го полка 125-й дивизии начал выдвижение к Чечелевке. Атаку поддерживали два штурмовых орудия. Попытка немцев с ходу взять Чечелевку успехом не увенчалась. Как только они вошли в село, их атаковали красноармейцы при поддержке трех танков. В ходе завязавшегося боя огнем штурмового орудия был подожжен один из них, второй был подбит выстрелом из противотанкового орудия. Третий танк был подорван ручными гранатами, а его экипаж был взят в плен.
Однако и после гарнизон Чечелевки продолжал сопротивление. Только к 19.30 село и выс. 256 были заняты немцами. Вечером немцы заняли расположенное в трех километрах восточнее с. Рахмановку и здесь остановились[27]. Сопротивление, оказанное красноармейцами в Чечелевке, не позволило немцам выполнить поставленную корпусом на 26 июля задачу: Михайловка и выс. 260 к юго-востоку от нее остались в советских руках.
В течение дня немецкие позиции под Гайсином, мосты и дороги, по которым двигались войска, неоднократно подвергались обстрелам тяжелой артиллерией и налетам авиации. По этой причине немецкое командование оценивало положение своих войск в районе Гайсина как неустойчивое и даже критическое. Оно надеялось, что положение под Гайсином смогут облегчить действия 97-й и 295-й пехотных дивизий. Но 97-я дивизия увязла в тяжелых боях против укрывшихся в лесах советских войск. Только после массированного применения артиллерии удалось занять с. Шабельня и Пархомовка, но на опушке леса, прилегавшего к Дашеву, соединение снова наткнулась на стойкое сопротивление. Неоднократными советскими контратаками продвижение 97-й дивизии на этом участке было остановлено.
Тем временем 295-я дивизия наступала из района с. Ильинцы на Кальник. Здесь ей удалось создать плацдарм, и вскоре основные силы соединения вышла на линию Кальник – Жаданы. На этом участке фланг дивизии подвергся сильной атаке пехоты, поддержанной артиллерией из района села Кошланы. В таком положении дальнейшее продвижение вперед казалось невозможным, и 295-й дивизия отказалась от активных действий до подхода 24-й пехотной дивизии соседнего корпуса[28].
4-я горно-егерская дивизия противника, действовавшая в качестве корпусного резерва, достигла села Немиров. В дальнейшем ее предполагалась перебросить на правый фланг, где предусматривались главные действия по охвату отступавших советских войск.
На 27 июля приказ по корпусу гласил: «1-я горно-егерская дивизия преследует вдоль дороги Гайсин – Теплик – Терновка. Основные силы должны следовать ускоренным маршем. 125-я ид после достижения района Михайловки продолжает преследование вдоль дороги Ивангород – Умань. 97-я лид в тесном взаимодействии с 295-й ид улаживает положение у Дашева и Кальника. 195-я ид продолжает преследование на Китайгород. Дальнейшее направление преследования – вдоль цепочки озер в направлении села Севастьяновки»[29].
Вечером поступил новый приказ по армии. В нем для немецких войск не содержалось ничего нового. Вновь подчеркивалось, что «русские» продолжают отход на Умань и что перед дивизиями XXXXIX корпуса остаются только разрозненные части прикрытия, обороняющиеся в районе города Оратов. Опять требовалось наступать на восток с достижением линии Рыжевка – Умань. Командующий армией настойчиво требовал как можно скорее захватить такой важный транспортный узел как Умань[30].
В полосе действий XXXXVIII корпуса утро выдалось спокойным, если сравнивать с предшествующими днями. Несмотря на сильный артиллерийский огонь, который можно было бы расценить как подготовку к новому крупному наступлению, никаких массированных атак со стороны 2-го мехкорпуса проведено не было. Воспользовавшись этим обстоятельством, немцы начали медленное продвижение вперед. Первой перешла в наступление группа «Шведлер». Ей вскоре удалось занять высоты, расположенные по обе стороны от с. Ильинцы.
Немецкая авиаразведка вскоре донесла, что советское командование, видимо, из-за опасений охвата с запада и юга, начало отвод своих войск из северного сектора. За линией фронта резко активизировались железнодорожные перевозки, особенно по ветке, ведущей с северо-запада на Умань. Со станций Франтовка и Монастырище в направлении на юго-восток отбыли 17 составов. В этом же направлении двигались по дорогам колонны советской пехоты и артиллерии[31].
В таких условиях от немецких войск требовалось решительное наступление, чтобы нарушить линии сообщения и затруднить вывод советских войск из формирующегося котла. Так как 16-я танковая дивизия глубже всех остальных соединений корпуса продвинулась в южном направлении, ей было поручено нанести удар танковыми полками по станции Монастырище. Атака оказалась удачной. Был взорван эшелон с боеприпасами, станционные пути и постройки разрушены. После полудня позиции 16-й танковой дивизии подверглись сильному артиллерийскому обстрелу и авиационным ударам.
Напротив, 16-ю моторизованную дивизию командование XXXXVIII корпуса решило высвободить и перебросить на левый фланг 11-й танковой, откуда нанести удар в юго-восточном направлении. Задача казалась сложной для соединения, не имевшего в своем распоряжении танков. В дальнейшем цель наступления была конкретизирована – 29 июля солдатам 16-й моторизованной дивизии поручалось захватить Тальное – населенный пункт в глубоком тылу 6-й и 12-й армий. Оттуда можно было развивать наступление на Новоархангельск и, далее, на Первомайск.
В полосе действий «Лейбштандарта» в течение дня никаких существенных изменений не произошло. Разведка доносила о начавшемся отходе советских войск за ручей Конела. На участке обороны немецкой 11-й танковой дивизии генерала Л. Крювеля ситуация была более серьезной. После полудня соединение отразило попытку наступления, проведенную после сильной артиллерийской подготовки в направлении с. Соколовка. На этом направлении действовала 15-я моторизованная дивизия генерала Н.Н. Белова. Её 16-й мотострелковый полк в течение дня после ряда атак сумел взять под контроль дорогу Соколовка – Кишенцы. 11-й мотострелковый полк захватил высоты, расположенные юго-западнее села Соколовка, а 321-й мотострелковый полк концентрировался юго-восточнее села Нестеровка. 14-й танковый полк полковника И.А. Фирсова сосредотачивался у села Добрая. Потери дивизии генерала Н.Н. Белова за день составили 19 убитых и 59 раненых.
