знакомы и дружны, то новость о будущем родстве обе семьи восприняли очень положительно, дав влюбленным своё благословение и оказав помощь в скорейшей подготовке к свадьбе. Ожидаемо, что новость о скором пополнении в семье родители Сомы и Мии также восприняли с невероятным энтузиазмом, ведь с самого момента объявления об своих отношениях они почти сразу начали слышать вопросы от своих родителей о том, когда им ждать внуков, так что и с этим у молодой пары не возникло никаких проблем. А когда столь ожидаемый всеми ребёнок наконец появился на свет, общему счастью всех родственников новоиспечённых родителей не было предела.
С самого начала Мия и Сома понимали, что воспитывать ребёнка это очень большая ответственность, и что сам процесс будет отнюдь не лёгким, особенно первое время, однако они оба хорошо это осознавали и старались как можно лучше подготовиться к этому. Первое время всё проходило как нельзя лучше. Арата был на удивление спокойным ребёнком, который почти никогда не устраивал своим родителям бессонных ночей, а если и устраивал, то довольно быстро успокаивался. К вниманию Арата также был вроде бы и не особо требовательным, однако Мия невооружённым глазом видела, что ребёнку это самое внимание очень сильно нравится, а потому она старалась проводить с ним как можно больше времени. Единственное, что слегка смущало девушку так это то, что Арата довольно мало спал, во всяком случае Мия нечасто заставала своего сына спящим в светлое время суток, но сам Арата никак не выражал чего-то похожего на дискомфорт от подобного, а потому Мия хоть и взяла этот факт на заметку, но не стала раздувать из этого трагедию как любят делать некоторые люди. Однако, когда Арате исполнилось чуть больше года, его поведение начало сильно меняться, что уже довольно сильно насторожило девушку. В какой-то момент мальчик начал всё больше и больше плакать, причём не сказать чтобы на это были видимые причины. Сперва Мия с Сомой отнеслись к этому довольно спокойно, ведь в том, что маленькие дети периодически плачут нет ничего странного, но всё же подобное сильно отличалось от того, как вёл себя Арата изначально, а потому, чем чаще и сильнее он начинал плакать, тем сильнее начинали волноваться оба родителя.
— Я не понимаю. С каждым днём он начинает плакать всё сильнее, ему словно бы больно, но я не понимаю из-за чего.
— Хм, ты права, его плач и впрямь усилился в последнее время. Это совсем на него не похоже.
— Дорогой, что нам делать? Нельзя оставлять всё так.
— Само собой нельзя, но врачи все как один говорят, что с Аратой всё в порядке. Хм. Знаешь, у моего отца есть один хороший друг, он живёт в соседнем городе и считается там лучшим детским врачом, да и не только там. Я поговорю с отцом, чтобы он попробовал поговорить со своим другом о возможности встретиться с ним, может тогда что-то выяснится.
— Хорошо, и чем скорее тем лучше.
* * *
— Ну что доктор? Вы можете что-нибудь сказать?
— Хм. Знаете, я даже и не знаю что можно сказать по поводу вашего сына. Никаких болезней и отклонений в организме у него нет, внешне он также вполне здоров, но вспоминая всё, что вы мне сказали… Единственное, что меня сильно смущает так это его явно завышенная мозговая деятельность, что не является нормой для его возраста, но и видимого вреда это ему не приносит. Если честно, то я впервые сталкиваюсь с подобным явлением.
— Но что это значит? Что не так с его мозгом?
— Господин Ишимура, по тому что я наблюдаю ваш сын постоянно проводит максимально сильный мыслительный процесс, словно он максимально напрягает свою голову, причём создаётся впечатление, что он делает это намеренно. Но подобные мыслительные процессы для него по логике невозможны, правда, как я и сказал, какого-либо вреда за исключением фантомной боли в голове ему это не причиняет. Во всяком случае я не могу обнаружить что-то кроме этого.
— И-и что нам с этим делать? — подобные слова из уст человека за плечами которого тридцатилетний стаж работы и который зарекомендовал себя в качестве первоклассного специалиста вызвали немалое удивление у Сомы, ведь если он не может этого объяснить, то едва ли кто-то другой сможет сказать что-то более конкретное.
— Вероятнее всего ждать появления гения раз он уже в таком возрасте может так работать головой. Если же говорить про его текущее состояние… Могу лишь порекомендовать вам следить за ним и уделять ему как можно больше внимания. И не надо так удивлённо на меня смотреть, за свою жизнь я не единожды убеждался в том, что родительская поддержка может порой творить чудеса, так что всё это я сейчас говорю без всяких шуток.
— Уделять внимание? Но мы и так постоянно находимся рядом с Аратой, Мия последнее время так вообще от него не отходит.
— Увы, но сказать что-то кроме этого я пока не могу, ведь подобная картина и впрямь встречается мне впервые. В случае если у вашего ребёнка возникнут новые проблемы или симптомы обратитесь ко мне снова, а пока могу лишь пожелать вам удачи и что вашему сыну скоро полегчает, — разумеется подобные слова не могли полностью удовлетворить Сому, ведь речь шла о состоянии его сына, но что при этом он мог сделать, если даже такой опытный человек, что сейчас стоял перед ним, не имел возможности сказать что-то конкретное. Сома понимал, что доктор и так сделал всё, что мог и искренне хотел помочь, но, как отец, он всё же ощущал себя слегка подавленным от такого туманного и неоднозначного ответа и рекомендации.
— Я… я понял. Спасибо вам, что согласились помочь.
— Не следует, я ведь прекрасно понимаю, что вы ожидали совсем иного исхода, так что и благодарить меня толком не за что. Помогать людям это моя работа, однако я могу делать это лишь когда у больного есть симптомы, а ваш сын, несмотря ни на что, вполне здоров. Так что я просто не знаю как вам ещё помочь.
* * *
Знаете. Сейчас, когда я испытал, как лично мне кажется все возможные виды боли я начал очень хорошо понимать Нер'Зулла с его речами про незаживающие раны, вкус свободы и желание разделить свою ношу с другими, ибо переносить подобное в одиночку это просто какой-то пи**ец! И да, очень иронично, но мои воспоминания о вселенной Военного ремесла за всё это время почти не пострадали. Вероятно из-за того, что почти вся
